Код Шекспира
Шрифт:
— Я готова согласиться, — заявила Мелисса. — В любом случае, никто не поставил их слова под сомнение.
— Давайте не будем забывать о мотивах, — вмешался Джейк, купивший на всех билеты для проезда в метро. — Каковы мотивы участников?
— Прежде всего нужно было убедить всех, что Марло мертв, — ответил Сунир. — Затем доказать, что это было убийство при самообороне, чтобы заговорщики могли избежать наказания.
— И этот результат был достигнут. Им требовалось мертвое тело. Любое мертвое тело. Конечно, они нуждались в алиби, и тут они проявили излишнюю изобретательность, как вы сказали. В
— Любопытно, — сказала Мелисса. — Это значит, что Томас Уолсингем к тому же получил обратно свой денежный залог.
Поезд остановился возле платформы, и всей компании удалось занять сидячие места, поскольку час пик уже давно миновал.
— Таким образом, все оказались в выигрыше, — сказал Джейк, откидываясь на спинку и закрывая глаза. — Во всяком случае, так показалось участникам истории. Марло обрел свободу и отправился в Европу, заговорщики не пострадали, Шекспир стал богатым и знаменитым, королева получила возможность и дальше наслаждаться своими любимыми пьесами, Уолсингем продолжал принимать активное участие в театральном деле. К этому времени оно начало приносить доходы.
— А архиепископ Уитгифт?
— Уитгифт, Гарвей и иже с ними решили, что их враг мертв, и принялись праздновать, — ответил Джейк.
— Совершенно верно, — заметил Сунир. — И они не стеснялись в выражениях.
Джейк в смятении покачал головой. Он слишком устал, чтобы думать. Более того, упоминание Мелиссы об архиепископе заставило его вспомнить, что в таинственном списке Десмонда Льюиса есть еще Ламбет, объяснение которому они до сих пор не нашли. Он посмотрел на Сунира, когда поезд тронулся.
— Кстати, как вы думаете, почему Десмонда Льюиса интересовал Ламбетский дворец?
Сунир удивился.
— А откуда у вас такая информация?
Джейк и Мелисса переглянулись, и она слегка кивнула.
— Мне кажется, пришло время показать вам кое-что, — сказал Джейк. — Мы нашли список ключевых слов в кармане костюма доктора Льюиса. Возможно, вы захотите на него взглянуть. — Джейк вытащил из блокнота листок со списком.
Сунир изучал его с растущим возбуждением.
— Да, да, это и есть основные отправные точки! — воскликнул он, перекрикивая растущий шум поезда. — Пока я ничего не могу сказать по поводу Ламбета. Сначала мне нужно кое-что проверить. Но я обещаю, что вы узнаете ответ в течение ближайших двух дней. «В. А.» вертится на кончике языка. Что это такое? И у меня есть идея относительно последней записи.
— Герберт? — спросила Мелисса, заглянув в список.
— Да. Это будет самым ошеломляющим откровением из всех, если мое предположение окажется верным.
— А почему вы не можете сказать нам сейчас? — нетерпеливо спросила Мелисса.
— Я должен сначала все проверить, — ответил он и отказался говорить на эту тему.
Когда они прошли через турникет, Крис попрощался и поспешил на свою девятичасовую встречу.
— Мне тоже пора, — сказал Сунир. — Я пересяду здесь. До связи.
Мелисса помахала ему рукой, и в этот момент из ее сумочки раздался мелодичный звон.
— Это мой. Сообщение.
Мелисса вытащила свой сотовый телефон, глянула в него и побледнела.
— Все в порядке? — спросил у нее Джейк, когда они подошли к эскалатору.
— Да, никаких проблем. — Она со щелчком закрыла телефон и нервно огляделась по сторонам.
Это было безумием. Сообщение явно послал тот, кто напал на нее в комнате. Но кто? И как он узнал ее телефон? Никто из тех, кого она знала, не стал бы посылать ей такое. Быть может, Десмонд Льюис, сам того не понимая, не поладил с какими-то людьми? Она посмотрела на отца. Возможно, надо обо всем ему рассказать? Нет. Не стоит тревожить его еще больше, слишком много всего произошло в последнее время. Но чем больше она размышляла, тем очевидней становилось, что ей только что угрожали смертью.
Глава 26
Ради Христа, воздержись…
Мелисса и Джейк поднялись на эскалаторе наверх, и их со всех сторон окружили звуки шумного веселья. Толпы людей начали собираться на Трафальгарской площади и вокруг знаменитой статуи. Мелиссе захотелось хоть немного отвлечься от мучительных переживаний этого вечера.
— Папа, уж не знаю, как тебе, но мне необходимо выпить. Давай зайдем в какой-нибудь бар.
— Честно говоря, мне в голову пришла такая же мысль, — признался Джейк. — У тебя есть что-нибудь на примете?
— Ну, мы же в Англии, а я всегда мечтала посидеть в одной из тех чисто английских пивнушек, о которых столько читала у Диккенса и Артура Конан Дойля.
— Ты права, в этот приезд я и сам еще ни разу не был в настоящей пивной.
— Да ладно. Ты шутишь.
— Честно. Я оказался в городе, где десять тысяч пивных, но не был ни в одной из них.
— Ты провел в Лондоне почти две недели и не побывал в пивной? Что с тобой? — Она рассмеялась. — О чем ты думал?
— Ну, это было в моем списке.
— В твоем списке? А что там еще было? Чай с королевой? Нам нужно многое успеть.
— Я даже не знаю, может быть, нам следует…
— Пойдем, — решительно сказала Мелисса. — Мы немедленно исправим твою ошибку. Ты отправляешься со мной. — Она взяла его под руку и потащила за собой.
Было холодно и сыро, влажный воздух проникал под пальто, пиджак и свитер, до самой кожи, а потом пробирал до костей. Оба дрожали, когда пришли к соглашению о том, в какую пивную отправиться, — было выбрано заведение в Блумсбери, где уже набралось немало народу. Пивная называлась «Джереми Бентэм» и могла похвастаться фасадом в стиле Тюдоров со старыми английскими окнами. Все здесь казалось настоящим.
«Впрочем, внешность может быть обманчивой, — подумал Джейк, — как это проклятое Первое фолио, с которым мы, кстати, еще не закончили».
Он сожалел, что не может вспомнить, о чем Льюис рассказывал ему той ночью. Однако он определенно помнил, что тот упоминал Первое фолио.
В пивной было полно университетской публики, приятное разнообразие после бесконечных туристов.
— Мне кажется, мы нашли отличное место, — заключила Мелисса, глядя на молодых людей, одетых в черное, среди которых попадались солидные профессора в твиде.