Код Шекспира

Андервуд Джон

— Папа, — сердито заявила она, — я в состоянии заплатить за свою дорогу и не рассчитываю, что ты или твоя газета будете оплачивать мой билет, договорились?

— Расслабься, детка, давай не будем ссориться. Авиабилеты стоят дорого.

— У меня есть деньги. Ты не забыл, что бабушка оставила мне наследство?

Ах, он и забыл о завещании ее бабки по материнской линии, которая оставила ей деньги на образование. Получалось, что поездка в Лондон как раз попадает под эту категорию. Ну хорошо. Ему пригодится помощник в расследовании. Мысленно он сделал для себя заметку чуть позже поговорить с Флэнниганом.

— Отлично. Если ты не шутишь,

добро пожаловать в Лондон, — сказал он и добавил: — И если ты не против того, что ванна у нас будет одна на двоих.

— Папа, ты не забыл, что я учусь в колледже? — Она рассмеялась.

— Хорошо. Сообщи мне, когда прилетишь, я встречу тебя в аэропорту. Не забудь только указать в каком. Хитроу или Гатуик.

— Обязательно. До встречи. И она повесила трубку.

«Есть люди, которые своей решительностью выбивают у меня почву из-под ног», — подумал Джейк.

Мелисса принадлежала к их числу. С другой стороны, он подозревал, что она у многих людей выбивает почву из-под ног — по разным причинам.

Глава 10

Да успокоится он, грешник, с миром!..

У. Шекспир. Генрих VIII(Перевод В. Томашевского)

Расхаживая по гостиной снятой им квартиры на площади Рассела, Профессор пытался решить свою дилемму. Задуманное им дело и без того было непростым — пусть и оправданным, — а теперь еще появилось новое осложнение, о котором он только что узнал. Проблема заключалась в том, что еретик Льюис связался с известным журналистом, и теперь, если появится хотя бы намек на нечистую игру, ситуация может сильно измениться. Маленький костер легко затоптать; большой — не погасят даже реки! А теперь по его следу идет журналист, а он не может терять ни минуты драгоценного времени.

Доктор Льюис горел желанием поведать миру свою безумную теорию и опубликовать новую книгу как можно быстрее. Ту самую, которая теперь находилась в руках Профессора. Последняя серьезная угроза для Имени возникла еще до его рождения, более века назад. Но с ней, как и всегда, успешно справились. Однако сейчас единственное, от чего он всеми силами оберегал великое Имя, самый худший сценарий из всех, удалось предотвратить только чудом. Но ему необходимо было выяснить, а пока сделать этого не удалось, каким образом Льюис пришел к таким ужасным и разрушительным выводам, не говоря уже о том, как мог решиться открыть их всему миру.

«Один костер выжигает другой, одна боль становится меньше перед лицом другой боли», — напомнил он себе.

Он не знал, что станет делать, если не сумеет ничего добиться. Он боялся, что так оно и будет. В конце концов, Льюис продержался почти неделю.

Из соседней комнаты послышалось приглушенное проклятье. Профессор вошел, включил свет и посмотрел на связанного, с кляпом во рту мужчину, который полулежал на диване, его твидовый пиджак был помят и порван, глаза горели яростью и презрением. Поколебавшись пару мгновений, Профессор подошел к нему.

— Есть хочешь? У меня в холодильнике сосиски.

Его пленник быстро закивал головой.

— Если я выну кляп, ты обещаешь, что не будешь кричать?

Новый быстрый кивок.

— Отлично, впрочем, я сомневаюсь, что тебя здесь кто-нибудь услышит, особенно учитывая твое состояние, — пожав плечами, заявил Профессор. — Кроме того, в этих старых домах прекрасная

звукоизоляция.

Он вынул кляп, и его пленник закашлялся.

— Воды! — взмолился он.

Профессор прошаркал в маленькую кухоньку, которой не часто пользовались, чтобы достать из холодильника не слишком свежие сосиски и налить воды из-под крана.

— Знаешь, нам с тобой пришлось многое пережить, — проговорил он, складывая все на поднос. — И как сказал старый король: «Наши лучшие времена в прошлом. Махинации, коварства, плутовство и разрушительные беспорядки». [10]

В его голосе звучала печаль. С подносом в руках он возвратился в комнату.

— «Благородный верный Кент изгнан! Этим наносится оскорбление честности. Вот что странно!» [11] — резко ответил пленник, мрачно глядя на холодную еду.

10

Шекспир У. Король Лир. Перевод Б. Пастернака.

11

Продолжение монолога Глостера из «Короля Лира».

Несмотря на тяжелое положение, Льюис не хотел поддаваться этому человеку и мириться с тем, что находится в его власти. Он с трудом подавил в себе желание броситься к подносу, который оставался вне пределов его досягаемости. Руки у него были по-прежнему связаны, и он изо всех сил боролся с отчаянием.

«Неужели это очередная изощренная пытка, придуманная врагом? — подумал он. — Или Профессор слишком занят своими мыслями и просто не заметил, что сделал?»

— Ты представляешь себя Кентом? Вряд ли это так. Скорее ты Гонерилья. Или Йорк, — заявил Профессор, в волнении расхаживая по гостиной.

— Послушайте, я сожалею, что не поблагодарил вас за ваш мизерный вклад, и все такое. Но где моя книга? — резко спросил Льюис. — Неужели вы действительно рассчитываете, что вам сойдет с рук то, что вы меня силой захватили, да еще совершили кражу?

— Кражу? Ты еще смеешь говорить о воровстве? — возмутился Профессор, засунул руку в карман, достал пистолет и, нахмурившись, уставился на него так, словно тот был предметом, которому здесь не место. Глаза Льюиса широко раскрылись. — Итак, сэр Предатель. Если не возражаешь, я хотел бы услышать имена тех, кто знает о твоей гипотезе и поддерживает ее.

Льюис с вызовом покачал головой.

— «Не каркай, черный ангел, нет у меня для тебя еды». [12]

— С меня достаточно.

Профессор подошел к нему и с яростью, удивившей его самого, ударил Льюиса в лицо рукоятью пистолета, потекла кровь.

— «Из ничего не выйдет ничего. Так объяснись». [13]

Ему потребовалось нанести лишь два удара, чтобы услышать имя.

«Проклятье, — подумал он, — еще один вонючий иностранец».

12

Шекспир У. Король Лир. Перевод Б. Пастернака.

13

Шекспир У. Король Лир. Перевод Б. Пастернака.