Код Маннергейма
Шрифт:
Были и более изобретательные схроны — широко известна придумка римлян, когда открытый текст наносили на тщательно обритую голову раба и, подождав, когда волосы отрастут, отправляли его к адресату — там, естественно, его вновь брили наголо.
Способы сокрытия постепенно становились все более изощренными — появились так называемые симпатические чернила, надпись которыми проявлялась только после специальной обработки. Я, кстати, нагревая письма, как раз проверял, не написал ли Маннергейм что-нибудь между строк. Например, модным в революционных ячейках девятнадцатого века молоком… Прошу. — Он протянул ей чашечку с кофе.— Кстати, ни молока, ни сливок, ни сахара для кофе не держу,
Он искоса глянул на нее и поинтересовался:
— Не утомила вас моя лекция?
Анна энергично помотала головой.
— Тогда продолжим. Параллельно разнообразной, так скажем, физической защите открытых текстов развивались и способы тайнописи, которые не позволяли прочесть исходный текст даже в том случае, если он попадал в руки непосвященному, то есть — шифры. Кстати, криптография — в переводе с греческого «тайнопись», — она-то как раз и ведает разнообразными шифрами. Один из первых примеров, известный нам благодаря римскому историку Светонию, — шифр Гая Юлия Цезаря. Суть его в том, что использовался алфавит с циклическим сдвигом влево на три знака, — таким образом, в современном русском первой должна стоять буква «Г», а не «А». Буквы открытого текста заменялись соответствующими буквами «сдвинутого» алфавита. Для того чтобы прочесть секретное сообщение, нужно произвести обратную замену. Подобные шифры так и называются — шифры замены. Но римляне здесь, как, впрочем, и во всем остальном, лишь продолжали греческие традиции.
О тайнописи упоминал еще Гомер, а одному из героев его «Илиады» — троянскому полководцу Энею — принадлежит ряд идей, в том числе и первых физических шифроносителей, — например, нити с узелками, завязанными на разном расстоянии. Продернув нить через отверстия шаблона, можно прочесть буквы сообщения.
Древние эллины придумали много чего любопытного. Но нам интересен так называемый квадрат Полибия, который имеет непосредственное отношение к вашему случаю. Играли ли вы в детстве в «морской бой»?.. Ну, знаете, когда на тетрадном листе в клеточку отмечают разного размера «корабли», а потом пытаются угадать, как расположил такие же противник?.. Помните?.. Так вот, эта игра демонстрирует слегка модифицированный принцип применения квадрата Полибия. Суть в том, что в ячейки квадрата вписываются по порядку буквы алфавита и каждая из них при составлении шифра заменяется на две, обозначающие ее координаты. Они могут быть буквенными или цифровыми. Подобный принцип использовали и в рунической тайнописи. Вы что-нибудь слышали о рунах?
Анна, вспомнив рассказы Николая, быстро кивнула.
— Замечательно, тогда позвольте вам только напомнить, что германский рунический алфавит — так называемый старший футарк — содержит двадцать четыре руны. Наиболее полный рунический ряд этого футарка вырезан на готском камне из Килвера, что на шведском острове Готланд… Так вот, этот футарк разделен на три части — они называются атты. Каждый имеет свое собственное имя. Первый — атт Фрея, второй — Хеймдалля, третий — Тюра. В каждом — по восемь рун. Этот порядок, как и положено приличному алфавиту, остается неизменным.
Для сокрытия рунических письмен придумали так называемые разветвленные руны. Иначе — квист-руны. Каждая из них обозначалась вертикальной чертой, у которой число левых «отростков», назовем их так, указывает номер атта, а количество правых — порядковый номер руны. Иногда эта тайнопись имела строчный вид, но чаще вписывалась в какую-нибудь геометрическую фигуру. Скажем, «снежинки» в письмах Маннергейма — это просто отсутствующие круги. И сейчас мы с вами установим, какие именно руны скрыты в этих посланиях…
В одном из шкафов,
— Так-так. — Склонившись над рисунком, он выписывал на листок бумаги рунические знаки. Закончив, он победно глянул на Анну поверх пенсне: — Ну-с, извольте, — и протянул ей листок.
Она достала из кармана расшифровку, сделанную Николаем, и положила оба листа рядом на краешек стола.
Мардерфильд озадаченно взглянул на совершенно одинаковые ряды рун и слегка обиженно произнес:
— Что ж вы не сказали, что все знаете?..
— Извините, — смутилась Анна, — но мы знаем только это.
— Чего ж вам еще?.. — Михаил Александрович был явно уязвлен.
— Мы не знаем самого главного: где именно Маннергейм спрятал то, что необходимо найти.
— Ах ты боже мой, современные юные девицы еще верят в клады!.. Видите ли, сударыня, я осведомлен об истории и общих принципах криптографии, и я поделился с вами своими знаниями. Но то, о чем вы просите, — это непростая работа даже для опытного дешифровщика. И, кстати сказать, очень недешево стоящая.
— У меня есть деньги. Я готова заплатить, сколько потребуется…
Но Мардерфильд перебил ее:
— Простите, юная леди, но я не возьмусь за такую работу — не обладаю, увы, достаточной квалификацией.
Заметив, каким грустно-обиженным стало лицо Анны, он поморщился:
— Ну-ну! Вот только расстраиваться, а тем более предаваться греху уныния не надо. Поймите, я не сомневаюсь в том, что вы кредитоспособны и можете оплатить работу. Хотя, если честно, я все еще неловко себя чувствую, когда платит женщина, тем более столь юная и очаровательная — феминистки пригвоздили бы меня к позорному столбу за дремучий мужской шовинизм, но это так — мысли вслух… Для того чтобы расшифровать маннергеймовские послания, надо ответить на уйму разнообразных вопросов. Почему, например, он избрал именно руны?.. И на каком языке написан исходный текст?.. Тут может быть как минимум три варианта. Что, собственно, содержится в этом тексте?.. Есть ли там какие-то цифровые данные — например, указание географических координат или описание точного порядка действий — ну, знаете, как в пиратских романах: «сделай тридцать шагов на юг от гнилого пня и в заброшенном колодце найдешь сокровище» — et cetera, et cetera.
Так вот, для такой работы у меня недостает ни умений, ни времени. Но я вожу знакомство с одним очаровательным стариком — таким, знаете ли, осколком сталинской эпохи. Криптограф от Бога! Сейчас он уже давно пенсионер, но до того, как уйти на покой, более тридцати лет был главным шифровальщиком Большого дома. Он начал там работать еще во время блокады, так что наверняка имел дело и с различными финскими шифрами. Если он согласится, то можете быть уверены — вы узнаете, что скрывал Маннергейм. Конечно, при условии, что эти руны вообще поддаются дешифровке. Однако должен предупредить: плату он берет весьма высокую.
— Это неважно, главное, чтобы он согласился.
— Ну что ж, я сегодня же ему позвоню и, если он возьмется, передам письма. Сообщите мне номер вашего телефона.
Анна продиктовала номер, оставила Мардерфильду копии писем и, поблагодарив, направилась к двери. Он остановил ее:
— Простите, еще одно соображение. Знаете, есть такая старая загадка: длина привязи осла — девять метров, а копна очень вкусного сена находится на расстоянии двенадцати метров от его морды. Тем не менее, не разрывая и не растягивая привязь, он спокойно умудряется лакомиться этим сеном. Почему, как вы думаете?..