Кочегарка
Шрифт:
И тут, совершенно неожиданно, звук прекратился.
Никто так и не понял, что было сказано, если вообще что-то говорилось, но казалось, что голос прервался на середине предложения – после такого гиперактивного бормотания внезапно наступившая тяжелая тишина давила на уши.
– Представление закончено, ребята! – объявил Уинстон, все еще пытаясь говорить веселым тоном. Но на эту удочку никто не попался, и жильцы разошлись по своим комнатам молчаливые и пришибленные.
Анджела встретилась глазами с Уинстоном и поняла, насколько бестактно и вызывающе вела себя во время вечернего разговора, насколько не поняла всю серьезность
По-видимому, Уинстон и Брок почувствовали ее состояние и, как телохранители, проводили ее наверх. По дороге они ничего не услышали и не увидели, а когда все трое подошли к входной двери, то ее открыла Крисси.
– Ну, как? – спросила она.
Анджела не знала, что ей ответить.
– Звук шел из духовки, – сообщил Брок.
– А вы что-нибудь… видели?
Они все покачали головами.
– Только голос, – ответил Уинстон. – Как и всегда.
– Я хотела бы поблагодарить тебя за прекрасно проведенное время, но… – Анджела повернулась к Уинстону и попыталась улыбнуться.
– Увидимся утром, – ответил тот, и они с Броком повернулись и двинулись вниз по ступенькам.
Анджела вошла в квартиру, и Крисси закрыла и заперла за ней дверь.
– Страшно было? – спросила она.
– Да, – призналась Анджела, кивая. – Очень страшно. – Она не хотела ничего обсуждать, не хотела даже думать об этом, поэтому, подавив зевок и махнув рукой, скрылась в своей комнате.
Там она легла в постель, но заснуть так и не смогла.
Крисси ушла к себе в комнату, так же как и другие жильцы, вернувшиеся в свои постели. Анджела бодрствовала, прислушиваясь к звукам, раздававшимся в погруженном в тишину доме, – ее тело все еще было покрыто мурашками, и она никак не могла забыть это безумное, невразумительное бормотание. Что это было? Что его вызывало? Что оно значило? На эти вопросы ответов у нее не было, и она наконец заснула. Ей приснилось черное желеобразное существо, без глаз, но с невероятным количеством зубов, которое жило под домом и ждало ее…
На следующей неделе состоялось их второе свидание с Брайаном, и хотя ей и не терпелось рассказать ему о призраке, она промолчала. Все это было слишком невероятно. Она знала, что действительно слышала голос, знала, что это произошло в реальности, но за пределами Бэббит-хауса, в обычном мире людей, машин, магазинов и ресторанов, любое описание произошедшего показалось бы смехотворным.
Однако на протяжении всего обеда и фильма, который за ним последовал, Анджела могла думать только об этом.
Естественно, что Брайан видел, что что-то произошло, но он недостаточно хорошо ее знал, чтобы вызвать на разговор, поэтому решил не заострять на этом внимание. И за это Анджела была ему благодарна. В конце она достаточно оживилась для серии поцелуев и объятий в машине, а на пути к дому взяла инициативу в свои руки и пригласила Брайана на джазовый концерт в пятницу. Казалось, что он удивился, и Анджела не могла понять, произошло ли это из-за того, что она была слишком прямолинейна – все-таки он был из Висконсина, – или потому, что из ее поведения заключил, что не слишком
Анджела же не знала, что чувствует Брайан, но, с ее точки зрения, они уже стали почти что возлюбленными. Такое понятие выглядело несколько старомодно и даже неубедительно в эти дни быстрых съемов и скорых отношений, так что она ничего не стала говорить об этом Брайану, но когда-нибудь, и очень скоро, им придется все это подробно обсудить.
Он довез ее до Бэббит-хауса и припарковался перед открытой лужайкой. Ночью здание выглядело жутковато и отталкивающе. Насколько Анджела могла судить, в нем не горела ни одна лампа, но на дворе была среда, и не так уж поздно, поэтому она была уверена, что дома кто-то есть.
А если нет?
– Хочешь зайти? – предложила Анджела, надеясь, что Брайан не заметит ее волнения.
– Конечно, – ответил он. – Это будет классно.
Они вышли из машины, и Анджела оперлась на его руку, благодарная за эту поддержку. Она никогда не думала о себе как об утонченной юной девушке, которой необходима защита большого и сильного мужчины, но ее совсем не радовала перспектива одной войти в темный дом с привидениями. Брайан о чем-то небрежно рассказывал, но все ее внимание было сосредоточено на фасаде викторианского здания, к которому они приближались по казавшейся бесконечной лужайке. На мгновение ей показалось, что в верхнем окне, там, где находилась комната Рэнди, она заметила какое-то движение, что сильно ей не понравилось. Скорее всего, у этого было простое и безобидное объяснение, но в том состоянии, в котором она сейчас находилась, ей почудился какой-то кошмар: голый Рэнди, шпионящий за ней… убийца, который убил Рэнди… призрак…
Они подошли к входной двери, и Анджела открыла ее своим ключом.
В холле было темно – хоть глаз выколи.
– Осторожнее! – раздался из темноты голос Уинстона. Он появился из своей квартиры, подсвечивая пол фонариком так, чтобы они видели, куда идут. – Электричество отключилось. Брок проверяет предохранители.
– А что случилось? – спросила Анджела.
– Не знаю. Фонари горят, и с другими домами на улице, кажется, все в порядке. Так что, скорее всего, это просто старая проводка в нашем доме. Может быть, одновременно включилось слишком много компьютеров или микроволновок…
В эту секунду включился свет, и в разных квартирах заработали телевизоры и магнитофоны. Неожиданно дом наполнился жизнью, и Анджела с облегчением выдохнула и почувствовала, как ее мышцы расслабились. Ей показалось, что Брайан смущен. Келли шла по холлу им навстречу, Крисси спускалась вниз по лестнице, а Уинстон с фонарем в руке все еще стоял в дверях своей квартиры.
– Думаю, я лучше пойду, – сказал Брайан.
– Да, становится поздно, – кивнула Анджела, поняв, что ни о каком уединении сегодня речи быть не может.
– Позвоню завтра.
Перед всей этой толпой жильцов она неловко поцеловала его на ночь, а потом помахала рукой, наблюдая, как он идет через лужайку. После того как Брайан сел в машину, Анджела закрыла дверь.
– Ну, и как у вас все прошло? – поинтересовалась Крисси.
Анджела на секунду задумалась, а потом улыбнулась.
– Совсем неплохо, – ответила она. Но тут, через открытую дверь квартиры Уинстона и Брока, увидела их кухню, и ей вновь пришло на ум чужеродное бормотание. Анджела передернула плечами.