Кобра
Шрифт:
— По-моему, да.
— Значит, сегодня вы сняли на камеру Заколку?
— Да, они вели его и записывали…
— Хорошо. Спасибо.
Тейроне побежал в парк «Кампани-Гарденз». Оттуда можно позвонить Наде, чтобы его не подслушивали.
Она не отвечала. Его переключили на автоответчик, он вздохнул, собираясь оставить ей сообщение, но потом передумал и отключился. Что бы такое сказать, чтобы не напугать ее?
Она наверняка выключила звук. Сейчас она на лекции. Без двадцати час. Через двадцать минут она освободится.
К этому времени копы наверняка найдут
Ему обязательно надо оставить Наде сообщение. Просто скажет, что у него новый номер… Нет, он скажет, что у него временно новый номер, старый телефон он потерял, пусть она ему перезвонит, у него срочное… нет, он должен рассказать ей кое-что важное. Пусть перезвонит как можно скорее.
Тейроне глубоко вздохнул. Главное, чтобы она не догадалась, как он взволнован. Он набрал номер.
Мбали только что заметила дыру от пули в двери, которая вела в торговый центр. Она внимательно изучила отверстие, а потом попыталась понять его смысл — в контексте того, что случилось на месте преступления.
Она открыла дверь и вышла в коридор торгового центра. Перчатки и бахилы по-прежнему были на ней. Глазами она отыскивала камеру, которая могла наблюдать за дверью в ПЦН.
Нашла одну, в десяти метрах, камера висела под самым потолком.
Она прикинула угол обзора. Возможно, вся дверь не попадает в объектив, но широкий коридор перед дверью должен просматриваться хорошо.
— Мбали! — услышала она знакомый голос и обернулась. Бенни Гриссел. Приехали Гриссел, Купидон и Шепелявый. Она вздохнула с облегчением. Гриссела она любила больше всех из сослуживцев. К сержанту Дэвидсу тоже относилась вполне терпимо. Хотя его манера одеваться и стричься казалась ей немного скандальной, свое дело он делал неплохо и знал свое место. Вот Купидона она не выносила. Но она была профессионалом и должна справиться со всем.
Мбали поздоровалась со всеми троими и остановилась у двери, ведущей в торговый центр.
— Место преступления начинается отсюда. Вам придется надеть бахилы и перчатки.
Глава 26
Надя Клейнбои вышла из аудитории.
В коридоре какой-то парень за ее спиной спросил:
— Такие джинсы продаются вместе с красивой попкой или приходится доплачивать?
Она обернулась, усмехнулась. Легкий флирт. Ей нравилось внимание. Она не была такой тощей, как ее брат.
— Твои икры должны были достаться мне, — всегда говорил Тейроне.
А она отвечала:
— Зато у тебя лицо правильное.
— С твоим лицом тоже проблем нет. Ты красавица.
Но Надя-то знала, что из них двоих красавчик — ее брат. Все ее подружки любили крутиться у дома дяди Солли в надежде, что там окажется Тейроне. Надо сказать, дома Тейроне появлялся нечасто. Хотя всегда приходил, когда был ей нужен.
Только когда она вышла на улицу, под бледное зимнее солнце, она достала сотовый телефон.
На нем сразу высветилось два текстовых сообщения.
«У вас два пропущенных вызова».
«У вас два голосовых сообщения».
И тут же телефон зазвонил, и она увидела номер Тейроне. Она ответила.
— Привет, — сказал парень с красивым французским акцентом. — Я на Рюневельд-стрит. — Правда, он произнес «Ринерваль»,
— Я знаю, где это. Буду через две минуты.
— Tres bien, [14] — ответил француз. — Я стою у входа на парковку. Рядом с серебристым «Ниссаном-X-Trail».
14
Очень хорошо (фр).
— Хорошо, — ответила Надя и отключилась.
Интересно, подумала она, как выглядит этот француз? У него очень приятный, сексуальный акцент, и голос красивый — в нем угадывается веселость, как будто все происходящее его забавляет.
Гриссел взял гильзу рукой в перчатке:
— Змея такая же. И буквы.
— Ясно, — ответила Мбали и сухо, сжато изложила им все, что произошло, по словам охранников.
— Кобра переквалифицировался в карманники? — спросил Купидон, недоверчиво тряся головой.
Мбали сделала вид, что не слышала.
— Это не Кобра. — Купидон показал на монитор и на снимок, прикрепленный к щиту. — Здесь парень с очень темной кожей. Учти, Мбали, я не расист, но с фактами не поспоришь.
Она на него не взглянула. Сказала Грисселу, что им необходимо сделать труднейший выбор: на каком этапе Шепелявому можно сесть перед панелью мониторов и отмотать запись назад. Дело в том, что мониторы расположены в самом центре места преступления и, если они будут тут ходить, есть риск повредить важные улики. Но Толстый и Тонкий уже в пути, а их работа, фотографирование, видеозапись, первичный осмотр патологоанатома и вынос тел займет много времени. Чем дольше они ждут, тем вероятнее, что все возможные видеодоказательства окажутся бесполезными. Преступник успеет сбежать.
— Все просто, — сказал Купидон. — Никакой загадки здесь нет. Он пришел, пострелял и ушел. А мы уже здесь. Давайте смотреть!
Мбали его будто не замечала. Она смотрела только на Гриссела.
— Он прав, — кивнул Гриссел, — и все же нам нужно вести себя очень осторожно, чтобы ничего не повредить на месте преступления.
— Ладно, — сказала Мбали. — Есть еще одна проблема. Из-за того, что стреляли в ограниченном пространстве, а начальнику участка «Си-Пойнт» удалось все сделать без шума, стрельба еще не привлекла всеобщего внимания. Но когда сюда приедут судмедэксперты, патологоанатом и машины скорой помощи, все изменится. Кому-то нужно поставить в известность руководство торгового центра. Им придется как-то сдерживать внимание публики и журналистов.
— Не смотри на меня, — возмутился Купидон.
— Где начальник участка? — спросил Гриссел.
— Ему пришлось уехать. На его участке снова стреляли.
— Снова? — с тяжелым сердцем переспросил Гриссел. Он не верил в совпадения.
Надя увидела серебристый внедорожник, а рядом с ним — блондина в линялых джинсах и белой футболке. В руке он сжимал мобильный телефон и озирался по сторонам, как будто кого-то искал. Волосы ежиком, узкие бедра, широкие плечи, белая, но загорелая кожа, похож на серфера. Может, он и в самом деле серфер.