Кобра

Форсайт Фредерик

Если рассматривать карту Италии как сапог, то Калабрия будет мыском, расположенным к югу от Неаполя, напротив Сицилии, отделенной от нее Мессинским проливом. В далекой древности на этой суровой, выжженной солнцем земле существовали греческие и финикийские колонии, и местный язык, который с трудом понимают остальные итальянцы, восходит к греческому. Название «Ндрангета» означает просто «почетное общество». В отличие от всем известной сицилийской мафии или прославившейся в последнее время неаполитанской «Каморры» калабрийцы до сих пор остаются в тени, чем очень гордятся.

Однако эта преступная группировка является

самой многочисленной, и у нее больше всего связей за рубежом. И еще, как выяснили итальянские правоохранительные органы, в «Ндрангету» труднее всего внедриться. Это единственная организация, в которой до сих пор свято соблюдается «омерта», клятва хранить полное молчание.

В отличие от сицилийской мафии, в «Ндрангете» нет «дона всех донов»; эта организация не имеет формы пирамиды. В ней отсутствуют иерархические структуры, и членство практически исключительно основывается на кровном родстве. Отступники из числа своих являются чем-то неслыханным; успешное судебное преследование удается крайне редко. Для Комиссии по борьбе с мафией «Ндрангета» является настоящим кошмаром.

Вдали от административного центра провинции Реджо-ди-Калабрия и идущего вдоль побережья шоссе начинается территория уединенных деревушек и маленьких городов, лепящихся на склонах хребта Аспромонте. В здешних многочисленных пещерах до самого недавнего времени содержали заложников, за которых требовали выкуп, грозя в противном случае смертью. Здесь находится город Плати, неофициальная столица Калабрии. Любой посторонний, любая незнакомая машина сразу же привлекают к себе внимание, и встречают чужаков крайне негостеприимно. Туристов здесь не бывает.

Однако Кальсадо встретился с главарями «Ндрангеты» не здесь, ибо «почетное общество» подмяло под себя весь преступный мир крупнейшего города Италии, индустриальной энергетической установки страны и ее финансового мотора – Милана. Настоящая «Ндрангета» давно переместилась на север, превратив Милан в свою вотчину и сделав из него, вероятно, крупнейший в Европе перевалочный пункт кокаина.

Ни одному из главарей «Ндрангеты» даже в голову бы не пришло пригласить посланника, каким бы важным он ни был, к себе в дом. Для этой цели существуют рестораны и бары. Три южных пригорода Милана находятся под властью калабрийцев, и встреча с человеком из Колумбии состоялась в баре «Лионс» в Буччинаско.

Увидеться лицом к лицу с Кальсадо и выслушать его извинения и заверения пришли местный капо и двое его заместителей, в том числе «контабиле», счетовод, принесший очень удручающие цифры прибыли.

Именно вследствие особых качеств «почетного общества», его закрытости и не знающей прощения безжалостности в деле установления своих порядков дон Диего Эстебан оказал ему честь стать своим основным европейским коллегой. «Ндрангета» быстро сделалась крупнейшим импортером и оптовым поставщиком кокаина на континенте.

Группировка получала товар как через находящийся под ее полным контролем порт Джоя-Тауро, куда он попадал с побережья Северной Африки, проделав долгий путь по суше из Западной Африки, так и от испанских мореходов-галисийцев. Кальсадо дали ясно понять, что оба канала поставок оказались нарушены. Калабрийские мафиози ждали, что колумбийцы что-нибудь предпримут по этому поводу.

Хорхе Кальсадо встретился с единственными главарями европейских преступных

группировок, кто осмеливался говорить с главой колумбийского «Эрмандада» как с равным. Он вернулся к себе в гостиницу, как и его шеф Ларго, с нетерпением ожидая возвращения в родную Боготу.

Полковник Дос-Сантос нечасто приглашал на обед журналистов, даже если речь шла о главных редакторах крупных изданий. Обычно все происходило наоборот. Это газетчики могут позволить себе большие расходы. Но счет за обед, как правило, ложится перед тем, кто просит о встрече. И на этот раз о встрече просил глава разведывательного отдела уголовной полиции. Причем делал он это ради друга.

У полковника Дос-Сантоса сложились хорошие рабочие отношения с главами местных отделений американского УБН и британского АБОП. Сотрудничество, заметно упростившееся при президенте Альваро Урибе, было взаимовыгодным. И хотя Кобра оставил «крысиный список» себе, поскольку это не имело прямого отношения к Колумбии, другие драгоценные камни, обнаруженные телекамерами постоянно кружащей высоко в небе «Мишель», оказались у колумбийцев. Так что нынешнюю встречу с газетчиками полковник Дос-Сантос устроил ради британского АБОП.

– Отличный сюжет, – настаивал полицейский, как будто главный редактор «Эспектадора» сам не мог узнать хороший материал.

Отпив вино, редактор взглянул на предложенную статью. Как у журналиста у него возникли сомнения; как редактор он понял, что в случае содействия может рассчитывать на ответное одолжение.

Статья была посвящена полицейскому рейду, устроенному в Англии, во время которого была обнаружена только что доставленная в страну партия кокаина. Ну хорошо, партия была действительно крупная, целая тонна; однако кокаин обнаруживают постоянно, и это стало слишком «обыденным», чтобы действительно быть новостью. Все случаи похожи один на другой. Уложенные горой тюки, сияющие сотрудники таможни, угрюмые задержанные в наручниках. Почему этот сюжет из Эссекса (редактор впервые слышал это название) заслуживает подобного внимания? Полковнику Дос-Сантосу это было известно, но редактор не осмеливался у него спросить.

– В нашем городе есть один сенатор, – рассеянно промолвил полицейский, – который посещает один очень неприметный дом терпимости.

Редактор с самого начала рассчитывал получить что-нибудь взамен, но это было просто смешно.

– Подумаешь, какой-то сенатор любит девушек, – возразил он. – Вы еще скажите, что солнце восходит на востоке.

– А кто говорил про девушек? – спросил Дос-Сантос.

Редактор выразительно принюхался. Наконец в воздухе запахло чем-то действительно интересным.

– Ну хорошо, в завтрашнем утреннем выпуске ваш сюжет о гринго выйдет на второй полосе.

– На первой, – выразительно промолвил полицейский.

– Спасибо за обед. Это нечастое удовольствие – не расплачиваться по счету.

Редактор понимал, что его знакомый что-то замыслил, но он даже представить себе не мог что. Да, фотография и сопроводительная заметка пришли из крупного информационного агентства, но лондонского. На снимке был изображен какой-то молодой бандит по фамилии Кокер, стоящий перед грудой тюков с кокаином, один из которых был вскрыт так, что виднелась бумажная обертка. И что с того? Однако на следующий день эта фотография появилась на первой полосе «Эспектадора».