Ко(с)мическая опера
Шрифт:
Смотрю в серые глаза, лучащиеся смехом. Глаза человека по-настоящему счастливого. Неужели все эти двенадцать лет она только и ждала встречи со мной? Не хватало других шутов для развлечения?
— Как вам будет угодно. — Поворачиваюсь, старательно фокусируя взгляд на чем угодно, только не на лицах людей.
— Эй, Кейни, может, угостишь меня коктейлем? По старой дружбе? Впрочем, судя по твоему костюмчику, и на стакан минералки рассчитывать не приходится. Ладно, возьму расходы на себя!
— Прошу прощения, миссис Корт. Вам лучше поискать другого собеседника.
Спешу добраться до лифта, но его двери закрываются только после того, как в кабину врывается Амано.
— Что за красотка? Запоминающаяся дама, где-то я ее видел.
— Мы учились вместе.
— Это я уже понял, не дурак.
Наверное, меня основательно перекосило, потому что напарник поспешил сгладить впечатление от своих последних слов:
— Я не то хотел сказать...
— Что хотел, то и сказал.
— Брось, ну что ты, в самом деле? Чем щедрее природа на внешние краски, тем... Есть замечательное хокку, кстати. Любишь поэзию?
— Ненавижу!
— А зря. Так вот, оно звучит примерно так:
Иней на стекле. Дыхание очага. Что ближе сердцу?— Понятно, что имеется в виду?
— Ни капельки!
Да какие, к черту, сейчас стихи? Он что, издевается?
— Красота хороша для удовлетворения органов зрения, а для остального требуется совсем другое. И потом, ну пошутила девушка немного, и что? Не обращай внимания на чужую глупость!
— Немного? Выставила на посмешище перед всем отелем!
— Ну не перед всем, а только перед теми, кто был в холле, — внес разумную поправку Амано.
— Этого мало?! Да мне теперь из номера нос не высунуть!
— Прямо! Забудут через пять минут.
— Забудут? Как бы не так! Уж что-что, а такие моменты из памяти не стираются!
— Вообще, ты сам виноват, — заключил Сэна. — Мог же отшутиться в ответ? Мог. Так нет, опять впал в свой любимый ступор.
— Никуда я не впадал!
— Ага. Стоял столбом и старательно делал вид дурнее, чем обычно. И как назвать такое поведение? Дурак дураком.
— Сам дурак!
— Главное — взрослый же человек, и не такое видевший и слышавший, а ведешь себя, как мальчишка.
— Спасибо, хоть с девчонкой не сравниваешь!
— Ой, не нравится мне твое настроение, — шутливо сдвинул брови Амано. — Тебе надо пойти баиньки: утро вечера мудренее.
— И пойду! Слава богу, у нас хоть номера в разных концах коридора!
— А что?
— А то! Шел бы вместе с Линн: вы составили бы чудную пару! И у вас была бы бесконечная
— Да что ты взвился? Из-за такой ерунды...
— Ты не понимаешь!
— Чего?
— Ничего!
Лифт наконец-то остановился и распахнул двери. Я вывалился на этаж, в расстроенных чувствах задевая все, начиная от стен и заканчивая предметами интерьера. Кажется, напольная ваза моего дурного настроения не пережила. Ничего, впишут в счет. Как обычно. Уж к этому-то я привык.
Амано покачал головой и отправился восвояси. В ближайший бар, по всей видимости, — нежиться в лучах восхищенных женских взглядов. Хорошо ему. Нет, не бару, а моему напарнику. Над ним-то в детстве и юности никто не смеялся. Никто не считал тупым уродом. И главное — никто не орал об этом у него над ухом с утра до вечера.
Сил хватило только на то, чтобы войти в номер и закрыть за собой дверь. А потом я просто рухнул пятой точкой на пол. Прямо у входа. Прислонился спиной к стене.
Опять все плохо, плохо, плохо... Складывается впечатление, что мне противопоказано появляться в людных местах. Абсолютно противопоказано. Надо искать работу где-нибудь в пустыне, далеко-далеко от цивилизации. Там, где меня не будут поджидать за каждым углом тени прошлого.
Стук в дверь. Это еще кто? Амано? Не нашел девицу по своему вкусу и решил скоротать время со мной? Ну, сейчас я ему все скажу... И даже покажу!
Наверное, мое раздражение передалось механизму открытия двери, потому что створка рванулась в сторону с непривычно большой скоростью: меня качнуло вперед и...
— Ну, ты и слон!
Упс. Изумрудные пятна на белом атласе. Прямо на груди. Высокой и крупной груди. У Амано такая за несколько минут вырасти не могла...
— Все платье испортил! А я еще хотела его угостить!
Линн огорченно рассматривала два полупустых бокала в руках.
— Простите.
— И что мне теперь делать? Хоть бы пригласил даму в номер. Салфетки у тебя есть или уже все израсходовал?
— Я...
— Так пустишь к себе или нет?
— Конечно... Проходите... Я сейчас поищу полотенце.
Линн буквально втолкнула меня внутрь.
— Ну, ты и тормоз! Совершенно не изменился. Я попробую почистить платье, а ты... Организуй хоть пару стаканов сока на балконе. Если сумеешь, конечно.
Пока Линн плескалась в ванной, я уныло любовался расстилающейся внизу панорамой Морены. Да, двести метров над уровнем города — это не шутка: голова кружится не переставая. Если бы перила балкона не были усилены для надежности гравитационным леером, ни за что не решился бы подойти к краю.
— Красиво?