Князь
Шрифт:
— Я такой, — с трудом сглотнув, я немного отстранился. Меня пугает подобное поведение. Не то чтобы я был против, но привык сам добиваться внимания девушек.
— Главное, не путай самоуверенность с наглостью. Здесь очень тонкая грань, — она заглянула мне в глаза, прекрасно понимая, какое впечатление производит на молодых людей и на меня, в частности (трудно было не почувствовать напряжение в моих штанах), — а скоро выйдет твоя песня с Агатой? — как бы мимоходом поинтересовалась, давая понять, что осведомлена значительно больше других.
— Не знаю, — я постарался взять
— Что бы тебе не говорили, Нео, о недостойности выбранного тобой пути, но альбом бесподобен! С нетерпением жду новых песен! — Выдав эту фразу, Татьяна наконец-то отстранилась от меня, и танец мы закончили в молчании под злобный взгляд её братца, который откуда-то вынырнул и, встав у стены, следил за каждым моим движением.
К счастью, рядом с ним стояла красивая женщина с властным лицом, скорее всего, мать, и он не решился устраивать скандал в её присутствии. Татьяна же, стоило закончить танец, не прощаясь, надменно задрав подбородок, направилась к своей семье.
В принципе, бал уже подходил к концу, и приличия вполне позволяли покинуть данное мероприятие. В свет вышел, не опозорился, не подрался. Даже не так уж и плохо провёл время, ожидал, честно признаюсь, худшего. Так что я с чистой совестью отправился домой.
Отъезд к Аннулету мы перенесли на пятницу, а четверг я посвятил музыке и ничегонеделанью. Всё-таки у меня каникулы, и хотелось просто расслабиться. Связался с Ухом, обсудил продвижение и рекламу. Полистал социальные сети. Погулял по городу. Давно мне не было так спокойно и хорошо.
На следующий день, рано утром, за мной заехал Араслан. Притащился он в семь утра, наглым образом подняв меня с кровати бесконечным звонком в дверь.
— Да что ж в такую рань! — недовольно встретил я его у двери.
— Ты сам хотел посетить Аннулета. Раньше отправимся, раньше приедем, — он встал у двери, всем своим видом показывая, что садиться не собирается, а ждёт, чтобы я бегом собрался, — и в путь!
Пришлось по-быстрому приходить в себя и одеваться. Араслан обещал где-нибудь по пути остановиться и накормить меня завтраком.
В дороге я то дремал, то листал сеть. Араслан был не очень разговорчив, хотя я его, конечно, слегка помучил вопросами по магии. Но ничего нового не узнал.
Меня вышел встречать лично Ураз. Спустившись с крыльца, он подошёл ко мне и дружески обнял. Я понимал, что вряд ли этот человек испытывает ко мне тёплые чувства, но восток есть восток. Ураз прямо-таки источал радушие.
— Как доехал? — поинтересовался он, пропуская меня вперёд.
— Да нормально, без проблем.
— Очень рад, стол накрыт, так что приводи себя в порядок и проходи в столовую. Десяти минут тебе хватит? Все уже собрались, только тебя ожидают!
— Хватит.
По кивку Ураза ко мне подбежал какой-то мальчишка и, взяв мою сумку, направился вглубь дома, попросив следовать за ним.
Меня поселили в ту же комнату, что и в прошлый раз. Я отправился в душ освежиться, затем переоделся. Вообще,
Закончив все свои дела, я вышел из комнаты. Мальчишка, так и стоявший всё это время у дверей, провёл меня в столовую.
За большим, уставленным яствами столом собрался весь совет. Я внимательно их оглядел, освежая в памяти. Здесь был, конечно, Ураз, сегодня на нём был вышитый кулмек — длинная рубаха. Рядом с главой рода расположился Михаил Максютов, этот был в привычном моему взгляду деловом костюме. Следующим был Юсуф, самый старый из собравшихся. Он был в светлой рубахе без узоров, на голове — тюбетейка. И последний из совета — Павел Богданов — в слегка распахнутой тёмно-бордовой рубахе, из ворота которой выглядывала массивная золотая цепь.
Все сидевшие при виде меня встали со своих мест и слегка поклонились.
— Рад всех видеть, — я тоже поклонился в ответ и сел на единственное свободное место, которое мне оставили, во главе стола.
За ужином мы почти не разговаривали. Меня расспросили, как прошёл мой первый бал, и поздравили с этим событием.
После еды мы переместились в кабинет. По пути я задал вопрос Уразу: дом, вроде как, мой, и без моего разрешения никто не может войти, так почему столько народу? Тот объяснил, что я слишком быстро уехал, не активировав защиту алтаря. Из чего Ураз сделал вывод, что всё остаётся по-старому, и нет смысла меня дёргать по пустякам.
У меня было время обдумать сложившуюся ситуацию, и я пришёл к выводу, что в первое моё посещение всё действительно произошло слишком внезапно. Аннулет резко возжелал назначить меня главой рода, а совет не мог ослушаться. Но попытался договориться. Тем более, обо мне они ничего толком не знали.
Договориться удалось. Задарили подарками, наобещали золотых гор и отправили восвояси. Потом-то уже было время обо всём подумать, взвесить, собрать информацию. Вот и начали наглеть. Домом пользуются, мои просьбы о сборе информации и какой-нибудь помощи с Платовыми, которую я озвучил Араслану после общения с Арсеном, вообще пропустили мимо ушей.
Конечно, в этом и я виноват. Не поставил их на место, спихнул с себя все проблемы, отдав власть обратно в руки Ураза. Но у меня есть оправдание. Всё-таки учёба занимает много времени, да и далеко они от меня. Особо не наездишься, а вникать в дела рода Максютовых у меня нет никакого желания.
Я молча наблюдал за собравшимися. Павел Богданов, когда вошёл, сразу налил себе коньяка в бокал и устроился в кресле. Было видно, что он привык здесь хозяйничать, поэтому знал назубок, где что стоит. Юсуф закурил какую-то неказистую и жутко вонючую трубку. Михаил Максютов что-то читал в планшете, полностью игнорируя окружающих. Ураз в напряжении сидел в кресле, периодически бросая на меня всполошённые взгляды. Похоже, разговор никто начинать не собирается. Всех всё и так устраивает. Тогда мне пора к Аннулету. Я решил отложить серьёзный разговор на потом.