Книжные черви 3

Грин Фаусто

– Брось, каким людям. Колбаски, хлеба с мазиком да водочки сейчас купишь, и ничё от тыщи не останется. Платят нам, один хрен, как лохам каким-то. А потом удивляются, что их побрили.

– Что же это, тысячи рублей мало?

– Рублей! Тут и тыщи баксов мало. Давай, одна нога здесь, другая там.

*

В магазине Родион испытал настоящий шок, увидев ценники с трёхзначными числами. Прикинул он, что тысяча рублей – это как рубль раньше. Почти столько

же, сколько часы его стоили. И такая злость обуяла его, что аж в глазах потемнело. Тогда все деньги молодой человек в магазине и оставил, а сам накупил продуктов и пива на всю компанию.

Кто-то перешёптывался, что, дескать, Маугли подмазывается, а кто-то просто молча ел и пил за его здоровье.

Наконец Илья (высокий лысый татуированный лесоруб) задал вопрос:

– Маугли, ты вон какую поляну накрыл, а так добрым людям не раскололся. За что ходка? Мы там все, ясное дело, ни за что оказались.

– Ага, ни за что. Ты двустволку замокрил вместе с её любовничком. И глазом не повёл, – хихикнул один из бригады.

– И ещё раз бы это сделал, – вскочил Илья с явным желанием подраться. Но наперерез ему встал Виталий.

– Ша! Параши закрыли. Как бабы базарные. Сколько раз говорил: там всё осталось. Позади. Нет же, тащите с собой.

– Я хотел проверить свою теорию, – спокойно начал Родион, – и двух человек убил. Только бабку хотел…

Мужчины, которые до этого пытались слушать серьёзно, залились громким смехом.

– Так тебя не Маугли надо было назвать, а Раскольников! – заорал Илья.

Юношу как будто пронзило. Он схватился за голову, вскрикнул, потерял сознание и чуть не упал в костёр.

*

Пришёл в себя парень уже сильно за полночь. Большинство лесорубов давно спали. Ветер доносил едва уловимый горький запах, но Родион не мог понять его природу. А больше всего его насторожила дымка, которой не должно было быть в это время суток.

Грохот прокатился по лагерю. Раскольников увидел, как промчался напролом, сбивая железные вёдра, через весь лагерь огромный лось. Из вагончика на шум выбежал Виталий.

– Что тут?

– Тут лось. Туда побежал, – махнул Маугли в противоположную сторону.

Мужчина нахмурился.

– Да тут последние пару дней живность активизировалась. Туда-сюда бегает. Хоть на шашлык, – Виталий закурил, посмотрел на юношу. Затем на часы. – Сломались, по ходу. Светает.

Со стороны рассвета то и дело пролетали птицы, большие и малые.

– Чем-то не тем пахнет, – сказал Раскольников. – Запах… не знаю, что это.

Виталий принюхался.

– Сука, торф это долбаный, а не рассвет! – закричал мужчина и бросился заводить лесовоз. – Пожар! Пожар! Атас!

Просыпайтесь! Минута на сборы, как в армии, нах! Бегом!

Родион забегал в вагончики и расталкивал самых сонных коллег.

Мужчины собирались впопыхах, пытались забросить в КамАЗ пожитки и инструменты.

– Соляру, соляру давай в железо! В железо переливай!

– Воду бери!

– Виталя, а грузить-то это всё?

– Жопу грузи! Надо в посёлок, там наверняка эвакуируют уже. Илюха, вы впятером грузитесь в КамАЗ. Мы в эту коробку упакуемся. Ходу, ходу!

*

Чем дальше от лесоповала уезжала машина, тем больше матерился бригадир Шабудинов и тем отчётливей становился запах горящего торфа. Родион видел, как становилось светлее. Словно они направляются в пожар, а не от него. А затем парень стал понимать, что огонь замыкался в кольцо. Это понимали и остальные рабочие.

– Спокуха, прорвёмся! – уверенно руля и куря сигарету, гарантировал Виталий. – Давай, ласточка, ты сможешь. Сука тупая, давай, моя хорошая… Вечно у нас всё в последний момент делают, хоть бы про эвакуацию что сказали бы…

Загудел грузовик. Водитель остановил машину, заглушил мотор.

– Нашёл время поговорить!

– Виталь, не в посёлок надо. К реке надо! Я Ленке звоню, она трубу не берёт. Их там наверняка вертолётами уже вывезли всех.

– Так успеем. И нас вывезут.

– Не успеем! Никто зеков ждать не будет! – крикнул Илья. – Дядя Виталь, они вчера нам всё могли сказать. А вместо этого, такие добрые: «это возьмите, то возьмите»… Знали же, мрази!

Родион часто слышал, что в посёлке рабочих сильно недолюбливали. Хоть те ничего неправомерного не совершали, да только люди всё равно их боялись.

Шабудинов заглушил мотор и спрыгнул из кабины.

– Пру-пу-пу-пу…

– Всё, как ёжики тут зажаримся, – сказал кто-то из лесорубов.

– А если к реке? – спросил Родион. – Часть леса же сплавляют. Там, может, что осталось. Далеко ли до реки?

– Часа два.

– Маугли дело говорит, – кивнул Илья. – Там плоты могли остаться. На крайняк соберём что-то. Течение там не злое должно быть.

*

До реки бригада добралась без приключений. На месте сплава оставались ещё связки брёвен, которые ждали паводка. Да только без паводка их в воду даже с помощью крана-манипулятора невозможно было спихнуть. Но и крана-манипулятора тоже не было. Ласточка проехала свой последний рейд и больше уже не заводилась. Мужики бросились мастерить плоты. Время ещё оставалось, но запах дыма был уже нестерпимым. Таким, что пришлось рвать одежду и делать маски.