Книга вторая: Флот
Шрифт:
– Слушай, Зиг, может возьмешь нас “в компанию”, если такой оптимист?
– Да запросто! И у тебя, и у меня фрегаты, просто у тебя – немножко толстые. Только один момент: согласен быть “отдельной группой” под своим же командованием?
– А будто я сейчас не это самое!
– Тогда вообще не вопрос. Надо только с Жан-Клодом согласовать, но это формальность.
– Будучи начальником штаба, – сказал на общей Дюпон, – Подтверждаю переподчинение и все такое прочее. Надеюсь, что все довольны. Натаниэль, Зигфрид, подтверждаете?
– Си,
– Зашибись. Конец связи.
– Офонареть. Никогда бы не подумал, что на флоте, и вообще в армии, вопросы могут решаться так быстро.
– Так мы и не на флоте, – заметил Жан Грандье.
– А где же мы?! – удивился Натаниэль Трехо.
– Потом поймешь, Нат! – засмеялся Жан, – Пока пойди вон направляющие рэйлганов отполируй!
– Да они у меня вроде и так в порядке.
– А у меня вся команда их третий день драит. Уже как в зеркало смотреться можно.
– Зачем до такой степени, Жан?!
– Абсолютно незачем, ты прав. Но зато никому не скучно, а это ведь тоже важно. Целое соревнование на крейсере – кто отполирует рэйлган до максимального коэффициента светоотражения. Как-то раз вахта Ферье добилась восьмидесяти процентов.
– Ну вы даете, парни! Восемьдесят процентов светоотражения у направляющих? Круто! Жаль только, что первый же выстрел сведет на нет все усилия.
– Так в этом же и смысл, Нат! Будь оно не так – дальше для команды не было бы работы.
– Интересно служить на крейсере, да.
– Не завидуй. Нечему.
– Хотел бы я посмотреть на эту твою “вахту Ферье”, Жан! Небось крутые ребята.
– Это запросто, на первой же стоянке, но боюсь, Нат, у тебя не получится.
– Что не получится?
– На вахту посмотреть. Видишь ли, вахтенный командир, старший лейтенант Люси Ферье – она девушка, прямо скажем, хммм, с очевидными достоинствами. И когда ты ее увидишь – сомневаюсь, что начнешь рассматривать всех остальных.
– Да ну тебя, камрад!
– Я же шучу, Нат!
– Капитан Грандье, – спросил адмирал Рождественский, – А каким составом вы полируете направляющие? Мне идея понравилась.
***
– Ваше величество, меня крайне беспокоит активность САСШ. Считаю, что это должно беспокоить и вас.
– Вы серьезно, князь? – Вадим Шестой откинулся в кресле.
– Абсолютно серьезно, к сожалению. Сначала они пытались воздействовать на нашу часть галактики силами британцев, но им не удалось.
– Именно, – перебил царь, – Они решили с разных сторон надавить на аргентинцев, но те всем утерли нос, насколько мне известно. И не без нашего участия. Разве не так, князь?
– Так. Но они не отступились. И теперь практически открыто финансируют любых экстремистов и революционеров, которых только могут найти. А вот подобных больше всего как раз у нас, а не в Аргентине. Именно мы – следующая мишень, даже если это произошло случайно, а не намеренно.
– “Русский бунт”?
– Который,
– Вы сообщили Галанину?
– Еще нет, ваше величество. Мои “выкладки” свежие, и первым в России новости должны узнавать все-таки вы. Тем более если уважаемый глава третьего отделения жандармерии не затруднился все выяснить и доложить лично.
– Хватит “прогибов и экивоков”, князь. Если вы считаете, что ситуация серьезна и существует угроза – немедленно проинформируйте этого самого Галанина. Упомянув, что приказ о повышении бдительности исходит от меня. Его подразделение жандармерии специально создано для борьбы с бунтовщиками и террористами. Зря я им, что ли, жалованье плачу? Это их работа, вот и пусть работают.
– Будет исполнено, ваше величество! Сейчас же с ним свяжусь.
– Не смею задерживать. Однако, князь…
– Слушаю?
– Вечером, вне службы, приходили бы вы к нам на ужин. Дочки соскучились, ваши поморские сказы им не передать как нравятся. Донимают – мочи нет: “Папа, а когда князечка придет?”
– “Князечка”?
– Они вас так называют, – покраснел царь, – Но я этого не говорил. Однако же, могу ли я вас пригласить? Часов в восемь, в малой резиденции, протокол – “без протокола”. А, Сергей?
– Обязательно приду, Вадим. Обязательно.
***
– Сеньор адмирал, вижу засветки! – проорал офицер-навигатор.
Системы обнаружения “Адмирала Бельграно” были несколько лучше, чем вообще предполагалось возможным, являлись секретными и представляли собой перманентную головную боль “особиста” Гомеса.
– Далеко?
– Очень далеко. Но много. И несколько больших. Направление – на нашу цель. Выход – предположительно одновременно с нами, ну или чуть позже.
– Боевая тревога по эскадре, тьфу, по флоту.
Боевая тревога в гипере – это “неприличный цирковой номер”, поэтому без крайней необходимости ее там не объявляют. Быстро двигаться-то нежелательно. Так и не успевшему закончить “рыбу-фиш” Жан-Клоду, бегущему на центральный пост, мерещилось, что он раздвигает собой неподатливую воду, а за ним наблюдает целый косяк изысканных анчоусов. “Глюки гипера”, ничего с этим не поделаешь.
– Вы кильки! Вы всего-навсего кильки! – сказал он.
– Ты уверен, Жан-Клод? – спросил, усмехаясь, Энрике.
– Ты – нет. Они – да. Просто кильки.
– Эк тебя вштырило, камрад! – сказал Лелекай, – Однако, с такой чувствительностью к гиперу и травы не надо! – он затянулся своей неизменной трубкой.
– Хорошо. Я, вроде, уже в норме. Что случилось?
– Нарываемся на встречный бой и, похоже, с серьезными силами.
– “Вскрывай” общую, еще есть время поговорить.
– Так уже!