Книга теней
Шрифт:
Так что он, не говоря лишних слов, определил места, где должны находится стертые линии, и мысленно нарисовал их в воздухе. Слабо светящийся узор проплыл над Лабиринтом и занял свое место.
– Что ты делаешь?
– спросил Лабиринт с некоторой нервозностью.
– Заткнись, пожалуйста, - бросил Инеррен, обнажив кинжал.
– Иди пока прогуляйся куда-нибудь и не мешай.
– Я в некотором роде имею отношение к этой операции!
– Именно. В некотором роде. Ты сделаешь то, что я говорю? Скажи "нет" - и Логрус уничтожит и
Восстановив таким образом прерогативы, чародей подошел к Лабиринту и коснулся серебряным острием черного пятна. От поверхности поднялись искры и окружили его, однако теневая оболочка защитила от ожога.
Всаживая кинжал в мягкий мрамор, Инеррен проводил один штрих за другим, точно следуя форме отсутствующих линий. Вселенная стонала вместе с Лабиринтом, будто эта операция без анестезии проводилась именно на ней...
Лабиринту показалось, что минула целая вечность, когда обжигающая боль, наконец, утихла. Он взглянул на собственный узор - и увиденное чуть не заставило его потерять сознание: чародей, ядовито усмехаясь, заполнял проделанные его кинжалом борозды каким-то серым веществом...
– ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?!!
Громоподобный глас Лабиринта ничуть не испугал Инеррена.
– Тень принимает ту форму, какая будет угодна ее повелителю, снизошел он до пояснений.
– В настоящий момент я делаю ее тем же, что составляет остальную часть тебя...
– Но где же он сам?
– наконец задал вопрос Мефистофель.
– Ушел.
– Тон Рэйдена был очень странным.
– Куда?
– Он сказал, что возвращает долг Вселенной и снимает с нее всю ответственность за то, что она произвела его на свет.
Воланд судорожно сглотнул. Это могло означать лишь...
– Джек был с ним?
– спросил он.
– Да, Джек и еще один.
– Кто?
– Роджер его звали, - сказала Айра.
– Они прошли сквозь Врата и так хорошо их запечатали, что я даже не могу найти то место.
Рамирес кивнул.
– Кажется, я понял. А ты?
– Рэйден наклонил голову.
– Тогда дело подошло к концу. Ты, кажется, хотел сделать выбор?
– Я сделал его, - ответил Рэйден и оставил это имя вместе с обликом.
– А ты хотел сейчас дать мне новый урок, Учитель?
– Нет, Коннор. Новый урок преподам тебе не я и не сейчас...
Этт и Хранитель, проверив сохранность Ткани Существования, недоуменно переглянулись. После того, что случилось, тут непременно должны были остаться рубцы, а их не было. Барьер стоял прочно, как будто и не разваливался на части.
– Не понимаю, - сказал наконец Этт.
– Никто не понимает, - мрачно заявил Хранитель.
– Боюсь, Необходимость потребует дополнительного расследования.
– Что ж, - усмехнулся Делвин, - я мог бы даже предположить, кого именно она назначит специальным следователем.
– Только не это!
– хором произнесли Хранитель и его помощник.
– Повелитель Теней покинул Реальность и ушел
– Равновесие восстановлено, и даже Логрус с Лабиринтом объявили перемирие...
ЭПИЛОГ
Сумерки, словно в старые времена, окружали Инеррена. Но это не были Серые Страны, подвластные Богу Смерти; это не были ужасающие Дома Боли и непредсказуемые миры Теневой Тропы.
Это была безводная и бессолнечная земля, где властвовало Ничто. Нет, не Пустота и не мифический Лимб, преддверие ада. Звезды, во множестве мерцающие в серой ночи, не могли разогнать мрак - но и не давали ему возможности заполонить все вокруг.
Королевство Сумерек... Инеррен уже бывал здесь. Он точно знал, где располагается выход на Тропу Теней. Но не стремился туда.
– Я выведу вас отсюда, - тихо сказал он, - но сам останусь.
– Зачем?
– спросил Роджер.
– Сам не знаю. Я должен.
Джек покачал головой.
– Похоже, тебя не зря называли сумасшедшим, - произнес он, просто констатируя факт.
Чародей пожал плечами.
– Я не отрицал этого. Никто не смог бы зайти так далеко, как я, и остаться в здравом уме. Может быть, со временем...
– Здесь нет времени, - заметил Роджер.
– Но ты прав. Я остаюсь: на той стороне мне больше неинтересно...
Джек ухмыльнулся.
– Мы слишком хорошо понимаем друг друга, - сказал он.
– Однако у меня появилось несколько идей. Барьер надежен?
Инеррен окинул взглядом стену, сложенную из старых камней.
– Да. И останется таковым.
– Тогда прощайте, - проговорил он и, пожав руки обоим, удалился прочь.
Роджер слегка прищурился:
– Он вернется. Я почти уверен в этом.
– Быть уверенным в чем-либо - это такая скука!
– криво усмехнулся чародей.
– Ничего, вскоре ты это поймешь.
Через стену перебрались две фигуры: крепкий юноша со старинным мечом у пояса и пожилой человек с длинным магическим посохом. Обменявшись несколькими словами, они пошли по берегу широкой реки, в которой никогда не текла вода.
– Я хочу пить, - произнес юноша.
– Здесь пьют пыль, - ответил его спутник.
"Это уже чересчур!" - подумал Роджер, сообразив наконец, ЧТО он видит перед собой; Инеррен же ничего не сказал, так как это была не первая увиденная им сцена, описанная в книге и материализованная в бескрайних просторах Множественной Вселенной.
Тем более здесь, в мире нереального и фантазии. Здесь, где оживают все мечты и все кошмары. Здесь, где наполовину свихнувшийся от безысходности Инеррен некогда получил свое могущество из своих собственных рук - и сошел с ума окончательно...
К О Н Е Ц
Повелители Нереального сидели на мраморной скамье, не ощущая ни окружающего холода, ни жесткости ее сиденья. Рожденные смертными, они больше не были таковыми. Память оставалась при них, как и сила; но исчезло другое. Чувство страха.