Книга теней
Шрифт:
Удержать при себе часть истории, рассказав ее правдиво, но лишь наполовину, - вот основной прием магов. Эффект от этого такой же, как от лжи в свою пользу. Однако ложью такой прием не является; правда, тем, кого маг использует, от этого не легче.
Для того чтобы успешно применять подобные трюки, требуется высокое искусство. И не обмана, а игры.
Игры словами, которым Инеррен владел в совершенстве.
– Вас интересуют мои устремления?
– спросил он.
– Меня интересует
Сама напросилась, подумал чародей, подключаясь к потоку энергии Сферы Хаоса. Образы пришли сами. Осталось облечь их в подходящую форму изящной словесности...
Отбросив прочь все шансы на успех,
Я позабыл и счастье, и невзгоды
И лишь холодный, неспокойный смех
Заполнил душу. Верно ли, что грех
Мой так велик? И в чем его природа?
Оставив в прошлом всех своих врагов,
Оставив в прошлом всех своих друзей,
Я не унял пылающую кровь.
Быть может, есть еще... ах да, любовь
Зажат мой разум меж ее цепей.
Забыть нельзя всего. Сильней, чем мрак,
Эмоции. Сильнее мысли - чувства;
Они бунтуют против всех преград,
Они в самой душе моей сидят
И побеждают все мое искусство.
Колдун, кудесник, заклинатель, маг,
Волшебник, чернокнижник, чародей
Какое имя выбрать мне? И как
Себе свой выбор объяснить? Мой враг
Не Хаос и не Тьма, а Путь Теней.
Мое проклятие - Тень - имеет право
Со мной играть. Мы не были врагами,
Она - союзник мой. Но нет управы
На тех, кто видят лишь одну забаву
Во всех делах и в цели всех мечтаний.
Игра Теней. Без правил и без судей,
Игра, в которой выиграть нельзя.
А может быть... нет, не бывает чуда
Не будет выхода из Карусели Судеб,
Но есть один союзник. Это - я.
Как знать... Один - и против всей Вселенной
Не должен выиграть. Но идет Игра,
И я не сдамся. Все мое уменье
Уйдет на то, чтоб одолеть забвенье
И чтоб усилья не пропали зря.
Ваш ход. Не зная правил и позиций,
Не зная, с кем мне встреча предстоит,
Я отступать не буду. Как и рыцарь,
Я честь свою храню. И вам сразиться
Придется с тем, что тверже, чем гранит!
Ответом было молчание. Долгое и холодное, оно словно висело в сумеречном воздухе.
– Теперь я понимаю, почему ему был вынесен именно такой приговор, наконец пробормотала женщина, обращаясь словно к самой себе.
– Ни один рассказчик не может этого передать.
– Так что там по поводу нашего пари?
– поинтересовался беловолосый. По-моему, кое-что он уже пустил в дело.
– Этого недостаточно, чтобы спасти его.
Они не обращали никакого внимания
"Итак, Сфера Хаоса контролируется не мной, хотя именно я должен был получить ее как награду за всю эту катавасию, - подумал он.
– Раз уж я не могу извлечь из нее пользу, абсолютно незачем, чтобы эта польза доставалась противнику."
А они противники?
Да, по крайней мере, сейчас.
Следовательно, нужно действовать. И немедленно.
Нити предварительных чар протянулись к союзникам чародея, выделив нужные предметы. Затем он опустил руку в карман, извлек оттуда кристалл энергии и, раздавив между пальцами, прошептал:
Змея и Череп
Сквозь пламя веры
Верните нам разум и дух.
Топор и Свиток
Сияньем синим
Закроют забвению путь.
Клинок волшебный
Раздвинет двери
Сомнений, надежд и мечты,
И Арка Смерти
Над постаментом
Открыла Врата Пустоты.
– Что?..
Женщина не успела закончить фразу, так как разряд молнии, ударившей прямо в нее из треснувшей Сферы, сопровождался оглушительным громовым раскатом. Посох Змея и Кровавый Бич, оба заклинания - кристалл и свиток, волшебный меч и топор Конана растворились в ослепительной вспышке.
Подставка из змеиных голов была пуста. Не было и Инеррена.
– Пари выиграно, - подвел итог беловолосый.
– Теперь ты не можешь этого не признать.
– Да получишь ты свой выигрыш, - отмахнулась женщина, подымаясь на ноги и отряхивая одежду, - только объясни мне, как тебе удалось добиться этого?
– Очень просто. Не мешая тебе.
– Но как ты связался с ним и передал...
– Повторяю: я не делал ничего. Всем происшедшим ты обязана человеку, который называет себя Повелителем Теней. И себе самой.
Инеррен сбросил опостылевшие красные одеяния, заботливо переложив в потайной карман старой черной накидки все трофеи. Осмотрев комнату и убедившись, что следов не осталось, он вышел наружу.
Дверь осталась незапертой. Во-первых, в комнате не было ничего важного, так что тот, кто захочет поживиться оставленным там барахлом, мог спокойно приниматься за работу. А во-вторых, возвращаться туда чародей не хотел.
Машинально он свернул к двери из цветного стекла. Витраж призван был изображать некий эпический сюжет, однако у создававшего его мастера явно обнаружился недостаток материалов и избыток воображения. В результате рыцарь больше напоминал орка, а дракон - дохлую ящерицу. Общий же вид был таков, что под витражом, вместо "Беовульф швыряет дракона в Бездну", следовало бы написать что-то вроде: "Орк готовит себе завтрак".