Книга стихов
Шрифт:
Но дело твое. Хочешь -- верь, а хочешь -- не верь.
В себе сомневаешься -- на других оглядывайся.
Только не надо ломиться в чужую дверь.
Ведь и раньше, наверное,
было все точно так же.
Из настоящего вырастало будущее.
Но все казалось, я не умею предсказывать,
и все двери -- мои, и подарки -- будут еще...
1986 г.
* * *
Мне
я не хочу разобщаться.
Я не хочу нарушать границ,
я не хочу -- разрушаться.
Всего, что потом будет вольно мне,
мне и не перечислить.
Но в этом времени, в этой стране
я бы хотела -- мыслить.
1986 г.
ПОГИБШЕМУ ОДНОКЛАССНИКУ
От детского желания взрослеть
иль повинуясь общему стремленью
увидеть больше, чем уразуметь,--
я к старшему тянулась поколенью.
Не думая столкнуться с подлецом,
я мысленно оправдывала многих,
но проходила с каменным лицом
мимо ровесников не в меру длинноногих.
Я ужаснулась этому теперь.
Как будто компас из ладони выбит.
Так вот как прозревают от потерь!
Так вот как современников не видят!
1986 г.
МАЯК
Горит маяк. Вернулись рыбаки.
Уже ни с кем беды не приключится.
И только чайки вьются у реки.
Сегодня о маяк разбилась птица.
1986 г.
* * *
Все меряют, меряют, меряют --
а вдруг как душа здесь мелка!
– -
вопросами и недоверием,
и взглядами исподтишка.
Замеры необременительны
для озера или реки,
а души -- они ведь чувствительны,
пусть даже и неглубоки.
1986 г.
* * *
Я посмотрела в зеркало. И что же!
Мы снова равнодушно разошлись.
Та незнакомка на меня похожа,
но мне известна только эта жизнь.
А ей известна только та, другая,
где я -- лишь отражение ее.
Встречаемся, друг друга отвергая.
Расходимся -- ах, было все мое!
1986 г.
* * *
Что ни рассвет -- то слякоть и туман.
Дождливым стеклам больше не до лоска.
Свернула осень пестрый балаган,
облезла краска с мокрого киоска.
Слетает с вишни одинокий лист,
смирилась с неизбежностью
И только ветер -- честный эгоист --
гремит железом яростно у входа.
Себя являет, будто человек,
доверившийся ветреным порывам.
Пройдет отчаянье. Обнимет землю снег,
и все окажется случайным, суетливым.
1986 г.
ДИРЕКТРИСА
Вот эта дама -- женщина у власти.
Вуаль на шляпке, напомажен рот.
Она глядит на вас всегда отчасти,
а говорит, скорей, наоборот.
Но что ее волнует, что тревожит?
Не может быть, чтоб только встречный план.
Смотрите, как она сейчас уложит
платочек шелковый в отглаженный карман.
Нет, я над нею не смеюсь нисколько.
Да и она не знает, проходя,
что вот идет, но как-то слишком бойко,
по-строевому руку отводя.
1986 г.
* * *
Как странно жить одной в чужой квартире.
Зачем-то к телефону подходить.
Пыль вытирать на хрупком сувенире,
глаза от писем честно отводить.
Рассматривать бесчисленные фото,
без надобности жечь повсюду свет.
И замечать, что очень добрый кто-то
с улыбкой грустной смотрит тебе вслед.
А то -- сидеть, ссутулившись убого,--
здесь я могу себя не проявлять.
Узнать так много, неприлично много!
И жизнь чужую так благословлять!
1986 г.
СНЫ
Так тихо все вокруг.
Я слышу сны твои.
Качает лунный круг
ночные фонари.
И веет от окна
прохладой талых льдин.
Холодная волна
коснулась наших спин.
Далекий шторм утих,
иссякло в мире зло.
Но что же в снах твоих
сейчас произошло?
1986 г.
ХИРОСИМА
На небе орехового цвета
маленькая черная точка.
Только не птица это, не птица!
И зонтики никого не спасут.
1986 г.
* * *
Мне обещали новый мир,
но мир не слишком новый.
Пусть деньги -- больше не кумир,
но раб на все готовый.
Пусть почвы больше нет нигде,
сорняк, однако, всходит.