Книга Лета

Зеленжар О.

— Только между нами… Мало ли, что там может всплыть. Может, такое, о чем знать и не захочется.

Кьяра снова рассеянно кивнула. Она бы предпочла подключить умную голову к разрешению этой загадки, но семейные тайны — есть семейные тайны.

— Мне приступить прямо сейчас? — спросила девушка.

Кьяра готова была поклясться, что эльф на секунду замялся.

— Мне любопытно, но это не срочно. Просто просьба.

“Так я и поверила”, - хмыкнула про себя тифлингесса.

— Тогда я приступлю к переводу, а вы настройтесь, пожалуйста, на кольцо.

Она достала артефакт и вложила прямо ему в ладонь, и не отвела взгляда, пока не удостоверила, что он его надел. Эльф

устроился на кушетке, а Кьяра села за письменный стол и приступила к расшифровке почерка загадочного волшебника. Процесс оказался таким увлекательным, что девушка потеряла счет времени и просидела за письмами дольше, чем планировала. Она очнулась, когда Эридан, все это время сидевший недалеко, прервал молчание:

— Устала? Тебе необязательно так усердствовать. Иди отдыхать.

Вздрогнув от его голоса, девушка ответила:

— Хорошо пошло, вот и увлеклась.

— Что-то уже разобрала?

Тифлингесса развернулась на стуле и протянула эльфу черновики перевода двух первых писем. Эридан принялся с интересом читать.

«Добрый день, мой старый друг. Прости, что давно не писал тебе, но там, где я сейчас обитаю, нет налаженного почтового сообщения. Ха-ха! Ненавижу гитиянки. Они вечно норовят убить меня. Помнишь, какой у них скверный нрав? Отправляю немного сувениров. Помню, ты хотел в коллекцию.

Однако большую часть времени я провожу на Лимбо, в цитадели Ал-Ча-Кар. Нет ничего сложного в том, чтобы придавать порядок хаосу, а эти гитцераи считают это особенностью, достойной восхищения. Знали бы они, что знаю я. Они надоедают своим фатализмом. Когда я сказал, что хочу сделать, пялились, словно я сказал им надругаться над Зертимоном. Да, кстати. Я решил, что если не могу ничего сказать или написать, то, может, смогу показать? Уже работаю над новой формулой, но пока секрет.

Ненадолго вернулся домой забрать ингредиенты и отправить тебе письмо. Ответ отправь в Эйлевар. Только заколдуй его как-нибудь, чтобы мой дурак-сын его не сжег или еще как не изничтожил. Он все никак не изменится… Если все выйдет!… Ох, предвкушаю!»

«Добрый день, вечер! Фоморово ухо, вообще неважно! Я вернулся, цел, и, главное, преуспел! Калар, прости, меня переполняют эмоции, и эти голоса все время перебивают. Теперь могу рассказать, над чем работал. Я смог открыть портал сквозь время и пространство. Это безумно сложный процесс, и необходима подпитка из Лимбо. Достичь его стабильности составило большого труда. Знаешь, куда я решил заглянуть? Посмотреть на Ао [1] , на рождение богов. Это было так волнительно, но я чуть не умер. Пишу левой рукой, прости за почерк. Принес оттуда сувенир. Помнишь сказку про божественную эссенцию? Она существует. Точнее, существовала. Давно. Я украл немного. Надеюсь, боги не сильно в обиде. За все годы работы со мной так и не заговорил ни один! Досадно. А ведь как здорово было бы поболтать с богом за бокалом вина.

Ой, я отвлекся. Я провел эксперименты. Она работает! Три дня сидел в лаборатории и экспериментировал так и этак. Сын шарахается от меня как от чудовища. Я не писал тебе, что он женился, пока я путешествовал? Если он думал, что меня заденет, что я не был приглашен, то сильно ошибается. Надеюсь, жена умнее его. Хотя от меня шарахаются и слуги. Это раздражает. Приходится бегать за ними по коридорам. Кажется, они совсем все отупели и не понимают, что я говорю. В общем, можно создать такие невероятные, немыслимые комбинации жизненных форм! Я еще поэкспериментирую

и после напишу, что еще можно выжать из этой крошки. И да, я получил твое письмо. Но что за тарабарщину ты пишешь? Только не говори, что выжил из ума, старый негодяй!»

Оставив Эридана наедине с письмами, Кьяра удалилась переодеться в халат, а когда вернулась, застала его с ошарашенным выражением лица.

— Не могу поверить, что он действительно мог делать то, о чем писал, — сказал он, покачав головой. — Это не укладывается у меня в голове.

— А я не понимаю другого, — призналась Кьяра, присев на кушетку. — Я тут подумала… есть же заклинания, позволяющие понимать чужую речь, в том числе и письменную. С помощью такой магии я понимаю эльфийский язык, и мне слабо верится, что Калар не настолько искусен, как Зариллон…

Эридан кивнул, обдумывая эти слова.

— Калар не просто так взял письма с собой на коронацию, — поделился он своей мыслью. — Не таскает же он их у сердца каждый день, — он поморщился вдруг от нахлынувшей усталости. — Лучше дайте мне врага и направление до него, а загадки оставьте себе.

Тифлингесса потянула его в спальню, находу задув свечи в канделябре:

— Я бы тоже так хотела. Знать, кто враг, и не думать, а просто биться. Когда азарт заставляет забыть обо всём. Даже когда не на жизнь, а на смерть, и надо быстро соображать….Это я умею, — остановившись у кровати, с нежностью погладила его по плечу. — А ты, поди, эти дни не спал?

— Тут уснешь, конечно, — горько усмехнулся эльф, распуская шнуровку на рубашке. — Зариллон сварил нескольку зелий для бодрости, так что развлекался. А сейчас еще и мысли мешают. Но ты ложись, я тоже постараюсь заснуть, — он потянул рубашку, стягивая, через голову.

Они легли отдыхать, и девушка быстро погрузилась в усталый сон. Спустя несколько часов эльф неосторожно потревожил ее, когда вставал с постели.

— Спи, еще рано, — шепнул он, погладив по плечу, и она вновь уснула.

Кьяра проснулась от запаха свежих гренок и чая с ягодами. За аркой спальни доносились тихие шаги слуг, которые накрыли переносной столик для завтрака прямо у постели. Эридана не было. Он, как обычно, уже занимался делами. После завтрака девушка принялась за книгу, подаренную Задаром. Сказки дались ей проще, чем она боялась. Встречались незнакомые слова, но общий смысл был понятен. Первая сказка называлась “Ледяное сердце” и повествовала о летнем рыцаре, сердце которого похитила злая Королева Воздуха и Тьмы, владычица Неблагого двора. Рыцарь разделил с ней правление в королевстве вечной ночи и зимы. Забавно, что-то подобное шептали слуги об Эридане. Голубокожий тонкий эльф на картинке, наверное, и был тем самым Принцем Мороза, а эта странная женщина с черно-синими крыльями — Мэб.

Немного почитав, она спустилась в надежде позаниматься эльфийским с Задаром и увидела, что все гвардейцы высыпали на площадку перед подъемником, среди них было несколько новых лиц. Вонтара и Хатаэ она уже видела, но эти ребята были ей незнакомы. Русоволосый парень с колчаном и длинным луком за плечом. Знакомый бандитской наружности эльф из Керам. Узкое лицо словно кинжал, стальные волосы отливали голубыми бликами. Мундир гвардейцев не скрывал теперь его худобы. Крепкий черноволосый и красноглазый юноша и еще один парень, который сразу привлек к себе внимание. Какой же красивый. Волосы как смоль, ярко-зеленые нахальные глаза, в которых плясали изумрудные искры ореола. Движения выверенные и гибкие, и мундир только подчеркивал статную фигуру. Кьяра невольно подумала, что он похож на кота в эльфийском облике, а затем ее посетила мысль, что без одежды он, наверное, и того краше.