Книга Иоши
Шрифт:
– Иош, – обратился ко мне хриплым голосом Славик, – ты с нами?
– Не знаю, я правда ссыкую. Лучше опиши, что чувствуешь. Может и решусь.
– Блин, чувак, просто это кайф, просто хорошо. Короче, счастье.
У меня действительно были сомнения. Мне было необходимо отдохнуть от происходящего. Где-то в глубине история с отцом все равно коробила меня, я ненавидел в ту минуту и отца, и мать. Хотелось доказать себе и им, что я из себя представляю, назло матери убиться, ведь она так боялась, что начну много пить, а вещества так вообще были всегда под запретом. С другой стороны,
– Согласен, – уверенно сказал и уселся рядом со Славиком.
– Ес! – чуть ли не подпрыгнув, выкрикнул Мелкий.
Ребята в кругу приступили к готовке «трубки мира». Я не сильно вникал в обряд, а лишь доверял их действиям. Они уже знали, что делать, и передавали бутылку друг другу, после Славика она досталась мне, и я повторил все за ним. Дыхание, а главное жжение в горле, придушили меня, и я закашлял. Все смеялись вокруг надо мной. Это напомнило первый раз, когда закурил с Мансуром.
– Молодцом. – Славик хлопнул меня по плечу, а Владик зааплодировал. – Посиди чутка, и тебе еще заварим.
Я откинулся на пол и поплыл. Все звуки вокруг заглушились, а обстановка вокруг давила. Народ вокруг веселился, но я толком не мог вникнуть, о чем речь. При любой попытке вслушаться, голова завывала от боли и тянула вниз. Чтобы как-то облегчить давление, приложил свой затылок к подушке. Странное ощущение, как будто все вокруг замедлилось, растянулось.
– Как ты, друже? – где-то в пустоте прозвучал голос Владик.
– Прикольно, но нужно на свежий воздух.
– Пойдем, мне тоже нужно.
Не помню, ответил ли я ему что-то, но все вокруг так резко перевернулось, и я залипал в пробитую в стене дома арку, из-под которой красовались красные кирпичи. В этом что-то было, выполнено неровно, но стильно. В этом был вкус. Это удивило, ведь вкус и Славик не сочетались. Я стоял в середине комнаты и хихикал, пока меня дергали за рукав рубашки.
Щелчок. Кадр перед глазами изменился на разваленное крылечко. Внутри меня все расслабилось, и я наконец-то вернулся в привычный ритм.
– Что это было? – пробормотал я под себя и поднял голову. Уже была ночь, все небо окутали звезды, умиротворяющие, спокойные. Ничего не изменилось. Мир не изменился. Я оглянулся вокруг, со мной залипали Шпага и Владик. Совсем не помню, как мы оказались на улице. – Жесть. Я совсем потерялся.
– Это нормально в первый раз, – промямлил Леха.
– В первый? А в чем разница после?
– Просто будешь легче расслабляться.
– Ка-а-айф. – очнулся Владик. – Это лучше любого бухла… надо повторить в Москве.
– Зови к себе, – отвечал я, – с радостью приеду.
– Тогда лучше приезжай с концами. Будем регулярно так убиваться. Блин, давай поступай в Москву, нахрен тебе этот Ястребск С твоими мозгами надо расти вверх.
«Интересно, а мой отец бы радовался моему приезду?» – это все, что крутилось в моей голове. От этого бесился, ведь пока был под кайфом, мысли о семье не стучались в голову. Было хорошо. Было.
– Не полагайся на батька, – влез в разговор Леха, – рано или поздно его не станет.
– А твой где батек? – спросил Владик.
– Без понятия. Последний раз видел, как забирают в отрезвитель. С тех пор его и не встречал.
– А мать что?
– А матери давно нет. Я сам по себе и хорошо. Никто мне не нужен. Только моя братва.
– Ребят, идите в жопу, – не выдержал я от разговоров о семье. – Не грузите так. Давайте о чем-то хорошем. Пойдемте за добавкой лучше.
Никто не спорил, и мы вернулись в дом. Вечеринка продолжалась, только увеличилось количество алкоголя, как и градус веселья, в который так и тянуло нырнуть. Народ в задымленной комнате разбрелся по дому, и уже никто не расслаблялся, как ранее, ведь все запасы, купленные Славиком, закончились, но, к нашему счастью, у Шпаги была своя заначка, которой хватило ровно на нашу компашку, чтобы убиться до конца.
Забвенье снова ударило в голову. Счастье превратилось из конкретного события в фоновое состояние, из которого не хотелось выходить. Краски перед глазами самостоятельно куда-то текли. Эффект отличался от предыдущего. Обстановка менялась. Казалось, что я был в лесу и мчался вглубь вместе с растекающимися оттенками вокруг. Память о том, что меня окружали прекрасные люди, которым я доверял и разделял свою свободу от проблем, возвращала меня на место. Перед глазами появлялся Владик, который уплывал в таком же блаженстве, и Шпага выглядел как отец-наставник, который всему нас учит и в случае ошибки не будет ругать, а только даст дельный совет.
Отец… какова его настоящая роль? Что значит быть отцом? У меня были лишь стереотипные ответы на эти вопросы. Кого-то отец научил играть в футбол, кого-то справляться с дрелью, а меня он научил, что людей с легкостью можно вычеркнуть из жизни.
От мыслей об отце моя голова тяжелела и хотелось ею удариться пару раз об пол. Мои руки то хватались за голову, то за сердце. Я не понимал, почему мне не по себе.
– Братан, с тобой все хорошо? – забеспокоился Леха. – Дышать тяжело? Пошли на улицу, воздухом подышишь.
Мне было все равно, где сгнить, поэтому лишь подчинился Шпаге, который взял меня под руку и повел прочь из дома. Когда я поднимался, то не отрывал взгляда от пола, и во время моего вывода наружу увидел блаженное лицо Владика, который получал удовольствие и не обращал внимание на происходящее вокруг, особенно на меня. Видимо, Леха действительно был нашей Матерью Терезой, который оберегал нас от неприятных последствий забавы.
Шум вокруг убавился, хотя только недавно все кутили на полную. Я не мог поднять голову, чтобы осмотреться вокруг. Свежий летний ветерок снова привел меня в чувства. Я с наслаждением поднял голову и любовался ночным небосводом. Все вокруг было отличным лекарством от всего, как подорожник от душевных ран.