Книга Иджила
Шрифт:
— Они идут.
Карн уже увидел. Он сделал неожиданный разворот и нырнул в глубокую долину. Через некоторое время флиттер уже был в долине, среди ущелий, без какого-либо шанса быть замеченным или обнаруженным радарами Совета. Он резко сворачивал, нырял вниз, взлетал, повторяя изгибы ландшафта.
— Если Ричард еще жив, Совет получит его только из моих рук, — сказал Карн жестко. — Ничего другого не может быть.
Тень флиттера скользнула за ними, создавая ощущение, что они очень близки к земле, и они на самом деле были очень близки. Ближе, чем Иджил, самый рискованный пилот, когда-либо летал раньше. Серая стена выросла прямо перед ними. Карн
Выступ в стене сделал ущелье еще уже. Карн резко развернул флиттер, чтобы обойти его, так что были видны песчинки на берегу. Темный выступ вырос из тени прямо впереди. Флиттер развернулся вправо, почти касаясь стены. Неожиданный новый изгиб в стене, и Карн поворачивает флиттер уже в другую сторону. Вода закипала от ветра, когда они пролетали. Река впадала в другую, большую по размерам. Вспышка солнечного света. Крутой склон. Веточки…
Они оказались над Харланом прежде, чем Иджил осознал, что случилось. Левая рука Карна устремилась под приборы. Под флиттером раздался выстрел, и затем красная линия прочертила направление полета снаряда прямо до кингслендского флиттера. Секундой позже раздался небольшой взрыв, и облако дыма появилось над одним крылом флиттера.
— Немного расквитались, — лицо Карна было угрюмым. — Ему удавалось всегда уходить раньше, прежде чем мы уничтожали его охрану. Теперь у нас есть шанс поймать его!
Карн облетел поворот реки и резко посадил флиттер на сырой песок так, что желудки чуть не вылезли через горло. Он сидел неподвижно как камень долгое время. Иджил позволил себе расслабиться и закрыть глаза.
«Боже мой! И я считал себя пилотом!» — Он глотнул с трудом; его рот был сухим, как хлебная корка, и таким же шершавым. Он глотнул еще раз и открыл глаза.
Карн вращался на своем кресле, в нетерпении расстегивая ремни безопасности. Он повернулся назад, чтобы снять с рамы пояс с оружием сзади его кресла.
— Оуз прямо впереди. Бери снаряжение, какое хочешь. Мы пойдем, отсюда. На этот раз мы убедим Совет, чтобы аббат не был таким снисходительным к Харлану Хейру. Он останется в одиночестве, если я…
— Ты не собираешься убивать его? — Иджил не мог поверить тому, что он слышал. — Теперь, когда у тебя есть шанс, которого не было у тебя столько лет, ты не собираешься его убивать?
— Ты клялся оставить его в безопасности. Я обещаю тебе, что я не буду убивать его. Он останется живым. На этот раз.
Непримиримость в голосе Карна привела в уныние Иджила. Это не был старый Карн.
— Я тоже хочу, чтобы Харлан умер, Карн, но это значительно лучший реванш. Каждый день в течение девяти лет в Бревене он будет узнавать, как его кузены и вассалы растаскивают его Дом на части. Задолго до того, как он выйдет, от его Дома останутся только крохи. Я хочу, чтобы он узнал, чем это все кончится. Хочу, чтобы он был бессилен остановить это.
Карн уставился на Иджила непонимающими глазами. Но постепенно под взглядом Иджила напряжение
— Ричард будет молить о смерти в Бревене, но я знаю, что охрана там настолько мощная, что никогда не допустит никакого самоубийства.
Иджил знал, что спокойный тон речи был принят в Академии для экспертов, что Карн выучил слишком хорошо: «Военно-морской офицер не проявляет никогда своих чувств; он сознательно контролирует их для выполнения необходимых действий». Только у Карна это превращалось в нечто большее, чем рекомендация. Это превращалось в маску, закрывающую все чувства, что не приветствуется в обществе. К сожалению, на Старкере-4 почти любое место, где лорд Гхарров мог находиться, было общественным. Так что очень часто чувства, переполнявшие Карна, были подобны кипящему пару в котле без предохранительного клапана. Возможно, это было потому, что лорды Гхарров были жестоки без всякой причины: они могли сорвать на ком-либо свою злобу.
Маска на лице у Карна в данный момент скрывала и страх и ярость. Страх от того, что он был готов убить своего друга. И ярость от того, что его друг сомневался в его храбрости. Иджил не знал, что Карн сдерживал себя, как только мог. При таких же обстоятельствах Иджил был бы на грани бешенства. Разница была в том, что Иджил не скрывал бы этого. Спокойствие в голосе Карна исчезло, и жесткость на лице и в голосе делали его значительно старше восемнадцати лет.
— Теперь нам надо поймать Ричарда и отправить его в Бревен досиживать свой срок. Если нам повезет, нам не понадобится сопровождение. Если мне повезет, то твоя идея засадить его в тюрьму будет лучшим реваншем. — Карн выскользнул из двери на крыло флиттера.
Иджил глубоко вздохнул, отстегнул ремень безопасности и медленно встал. Его ноги были как ватные. «Это, должно быть, самое лучшее место для укрытия, — пробормотал он. — Скорее ад замерзнет, чем я позволю ему снова летать с таким безрассудством». Иджил поднял руку. Она тряслась. Он чертыхался про себя.
Карн сунул голову назад в кабину.
— Ты идешь? — крикнул он.
— Подожди. Черт побери, ты мог нас уже двадцать раз угробить.
— Никто не знает час своей смерти, так что зачем дрожать в безопасном месте? — Карн повернулся и прыгнул с крыла на песок.
Иджил рассвирепел. Это было одно из его любимых выражений, которое было против него.
Иджил бросил рацию, палатку, нож, веревку и щит против станнера в рюкзак поверх другого оборудования, вынул лучемет из кобуры на ремне и присоединился к Карну, сидящему на песке.
15
Карн бросился к изгибу реки, который скрыл из виду Харлана и его корабль, держась крутого склона во время бега. Иджил последовал за ним, быстро соображая. Как он будет действовать, когда Карн находится в таком безрассудном, отчаянном настроении? Он всегда был хладнокровен в битве, но теперь…
Карн припал к земле за валуном на берегу реки, и Иджил притиснулся прямо за ним. Они осмотрелись вокруг валунов. Харлан и его пилот пытались починить флайер Кингсленда. Очевидно, выстрел Карна повредил мотор и крыло. Три других человека убирали последние остатки лагерного оборудования и мусор. Еще немного — и не будет заметно никаких следов лагеря Харлана как со спутника, так и с флайера. Иджил взглянул на небо и прислушался. Он слышал едва различимые голоса Харлана и его пилота, но не слышал слабые шумы моторов флайеров Совета. Дым рассеялся. Возможно, флайеры Совета не увидели его.