Книга Евы
Шрифт:
Сейчас таким врагом был дождь, и он явно не собирался сдаваться.
Она снова упала, ударившись лицом и руками. Но глинистая почва была мокрой и боли не причинила.
«Хорошо же я выгляжу», – подумала она, стирая грязь с лица, и продолжила путь. Она устала, очень устала. Хуже всего, что силы ее могли иссякнуть, значит, надо беречь те, что еще остались.
Намного впереди сквозь хлесткую и враждебную сырость показалась роща. Туда ей надо добраться, там она сможет отдохнуть под деревом. Ведь даст же оно хоть какую-нибудь защиту. Подумать только!
Вот она уже и в роще, находит самое ветвистое дерево и ложится, ища защиту от ветра. Наконец-то она отдыхает, хотя немного и злится. Какая, сатана тебя возьми, неудача, ведь именно сейчас она начала ощущать и понимать смысл своего подъема на гору и возвращения домой.
Ведь этой ночью она пришла к чему-то очень важному, к чему-то совершенно новому.
А если ей здесь остановиться? Нет, невозможно. Она уже чувствует, как холод надламывает ее. Уступи она усталости, сон охватит ее, а потом придет, ночь, и она окажется без огня и защиты перед дикими зверями. Нет, надо взбираться наверх, продолжать путь.
Она с трудом поднялась на ноги, как мокрая собака, отряхнула с себя воду, посмотрела на гору. Черт возьми, как же далека!
В этот момент она почувствовала явный запах дыма. Откуда? Кто развел огонь здесь, на дожде, в необитаемом месте? Женщина направляет взгляд на северо-запад, откуда донесся запах с равнины.
Шатер, множество шатров, большие табуны животных. Детали не видны, но радость и облегчение дополняют картину. Скотоводы – удивительный народ, когда-то именно от них она получила огниво. Это они разбили свое стойбище на равнине к северо-западу. Добраться бы туда, и она спасена.
Она опять поскользнулась, но изловчилась и не упала, ее шаги приобрели упругость. Направление выбрать легко – просто идти на дым. Кроме того, ветер теперь будет дуть сбоку, а значит, станет легче идти.
Сможет ли она добраться, она не знала. Но вскоре услышала лай собаки и увидела одного, а потом и нескольких мужчин, бежавших к ней навстречу. Они подхватили ее на руки и понесли в женский шатер посреди стойбища.
Что помнит она еще? Удивленные темные женские глаза, уставившиеся на нее; нарядные украшения, блестевшие в отсвете огня, короткие мужские слова:
– Это жена Адама. С ней что-то случилось проследите, чтобы она согрелась, наденьте на нее сухую одежду, дайте горячей воды.
«Я, наверное, выгляжу ужасно», – равнодушно подумала она. А потом и все прочее стало не важным – мягкие женские голоса произносили теплые слова, обращаясь к ней словно к ребенку; мягкие женские руки сняли с нее мокрую одежду, вымыли чистой горячей водой, помассировали больные ноги, напряженные плечи и затылок, утешили.
Большая чаша горячего крепкого супа с мясом. Потом постель, приглушенные голоса, милосердный сон.
Она просыпалась долго и медленно,
– Я Аня, я знаю, что ты Ева, женщина crop.
Ева кивнула и тоже улыбнулась.
Не хочет ли она чая? Скоро они ее причешут, разберут ее длинные, спутанные волосы. Она получит чай с молоком и медом.
О, это было прекрасно!
Ей дали одежду лиф, длинную рубашку, тканую юбку с рисунком: горящие красные и розовые цветы по всей ткани. Такой красивой она еще никогда не была.
– Вот глупышка, – сказала Аня. – Отправиться в такой дождь и бурю. Все могло бы плохо кончиться.
Зашел принесший ее накануне мужчина, чтобы узнать, не было ли у нее к ним какого-нибудь спешного дела, раз она отправилась в путь в такую непогоду.
Ева ответила, что нет, к ним у нее нет никакого дела. Она просто возвращалась к себе домой, на гору, после путешествия, когда неожиданно началось ненастье.
Его глаза, тоже темные и сверкающие, задумчиво смотрели на нее. «Я обязана объяснить, – подумала она. – Как мне это сделать?»
– Спасибо тебе за огниво, – сказала она, желая выиграть время. – Оно спасло меня ночью у реки. – И она рассказала историю о кошке, тершейся о дерево.
Он засмеялся, не скрывая удивления:
– Почему женщина совершает путешествие в одиночку?
– Я расскажу тебе все, – ответила она. – Вечером, когда дети заснут, я расскажу вам всем.
Она прочла облегчение на его лице, когда он вежливо возразил:
– Ты наша гостья и не обязана давать объяснений.
Но она уже приняла решение. Как прекрасно будет поделиться опытом последних дней. И он покинул женский шатер со словами:
– Увидимся вечером.
Сейчас вокруг нее толпились женщины, любопытные. Неужели она действительно Ева, женщина, выращивающая растения так, что хлеба хватает на всю зиму? Та, которая залечивает раны и спасает от укуса змеи?
Она удивилась, она ничего не знала о своей славе земледелицы и чудотворки и испытывала большое удовольствие от этого.
«Я – кто-то, я – Ева, и я – необыкновенная», – гордо думала она и радовалась, уже далекая от той страшной ночи на дереве и от всех других испытаний. Теперь ясно вспомнила его, человека со змеиным укусом. Он и его люди искали укрытия в их пещере в ночную грозу, давным-давно: его принесли в тяжелом состоянии, разбитого, с ядом в ране. Она освободила его ноги от одежды, разрезала место змеиного укуса ножом и стала высасывать яд, после чего выдавила его остатки вместе с кровью и промыла рану кипяченой водой с опиумом; наконец она наложила на больное место кору платана. Потом истолкла крапиву и сварила ее до кашицы, чтобы наложить ему на виски, лодыжки и запястья. Вот тогда-то она и получила огниво.