Книга Брандера

Миллс К. Дж.

«Никто не осмеливался говорить с тобой так, правда, Ричард? Но я не думаю, что ты выйдешь отсюда живым, кузен, поэтому я буду говорить так, как нравится мне».

— Не оставить ли нам вопрос о женщинах? Есть вещи поважнее.

— Например?

Брандер заметил, чего стоило Ричарду сохранять пристойность, а Ричард знал, что Брандер ему необходим именно сейчас.

— Пауль III Друма на грани смерти, — сказал Брандер. — Гаррен думает, что сейчас самый подходящий момент требовать замены главы Дома. ПаульIV еще более бесхребетный,

чем его отец. Так что это будет несложно.

— Что предпринимает Гаррен?

— Он собирается выдвинуть предложение на Зимнем Совете. Если не выйдет, начнет осаду сразу после наступления оттепели.

— Я говорил ему не делать этого. Халарек не поддержит.

— Он полагал, что ты скажешь что-то в этом смысле. Он просил передать тебе, что он твой друг и кузен, а не твой вассал, Ричард.

— Он думает, я спасу его, когда Халарек с дружками найдет его? — Брандер отвернулся и промолчал. — Ну? Отвечай же мне!

Брандер покачал головой.

— Я не отвечаю за Гаррена, милорд.

Ричард оставил это без внимания.

— Спор между Одоннелом и Харланом вне вопроса, если вообще когда-нибудь будет рассмотрен. Мы были союзниками, сколько все себя помнят. Что еще?

Брандер усмехнулся. «Он хочет еще? Пусть думает об этом несколько недель».

— Черек Риц, Ганнет и Рудер забрали свои владения из Харлана. Они сказали, что теперь они независимые, но на самом деле они обратились к Джастину за покровительством, и, похоже, они получат его. Еще поговаривают в Семье о смещении тебя с герцогства, даже если успех будет продолжаться. Многие говорят, что годы, проведенные тобой здесь, превратили тебя в сибарита, неспособного управлять. Кузены обсуждали твою способность главенствовать без их собственных амбиций, но вассалы обеспокоены куртизанкой, что здесь у тебя. Они даже сказали Халареку, наследнику фон Шуссу и солдатам Совета, которые были здесь в поисках подробностей. Все на Старкере-4 узнали после дней рейда, что ты пил и распутничал в Доме Уединения. Скандал был сногсшибательный.

— Куда ты метишь?

— Этот скандал ударил по твоей репутации и ослабил наш Дом. Если Черек Риц, Ганнет и Рудер думают, что могут избавиться от вассальной зависимости, то остальные тоже на это способны. Кат уже шумит о возвращении части владения Макниса, которую они оспаривают целое столетие или около того, даже несмотря на то, что ты ему говорил не делать это. Герцог Друма умирает, и это очень волнует Одоннела. И эта новая связь Рица с Халареком…

— Как эта «связь с Халареком» поживает?

— Она все такая же. Они поженятся в Совете на следующей неделе. Мне лично не понятно, почему вы оба добиваетесь ее. Я не хотел бы носить рога перед всеми своими друзьями. Хотя из того, что я слышал, только ты, я и ее отец склонны подозревать ее в непристойности.

Ричард поднял глаза.

— Итак, ты шпионил в Доме Риц?

— Ты хотел эту женщину в жены, Ричард. Моим долгом было убедиться, что она подходит для этого. «А она, конечно, очень хотела показать мне, как она „подходит“,

если бы я захотел проверить».

— Что она делает в своей частной жизни, не будет меня тревожить, лишь бы в обществе она была пристойной.

— Она знает о влиянии Халарека. Она была достаточно недвусмысленна. Как я уже сказал, я сомневаюсь, что кто-нибудь, кроме отца, знает, как далеко она заходит в своем «флирте», хотя члены Дома, наверное, подозревают. Существует много способов развлечься, не нарушив девственности, а я слышал, она знает их все.

Ричард выругался.

— Старая грязная лиса ее папаша. Хотел бы я знать, как он сумеет скрыть этот секрет.

— Сказал ей, что могло бы случиться с ней, если кто-нибудь узнает, я думаю, — ответил Брандер сухо. — Или побил ее, чтобы вела себя прилично. Халарек не тот мужчина, который бьет свою женщину, оставим их разбираться в этом самим.

— Его потеря, — сказал Ричард.

— Похоже, что нет. — «Я помню, когда леди Катрин привезли к тебе, как озабочен ты был, чтобы у нее не было следов от „убеждения“ Одоннела. Интересное требование для страсти, Ричард. Все еще думаешь, как попасть в постель к Шарлотте? Может быть, я устрою. Это займет твои мозги».

Лицо Ричарда отражало его явно чувственное настроение. Он медленно возвращался в каменную келью Бревена.

— Насколько действительно плохи дела Дома?

— Ты должен убедительно продемонстрировать силу и поскорее, иначе через год в это время от Харлана останется только скелет.

Ричард сжал руки за спиной и уставился в потолок, поджав губы, надолго. Когда он снова посмотрел на Брандера, его лицо выражало твердость.

— Для начала сделай следующее: прикажи осадить Риц, чтобы вернуть его; передай Кату, чтобы отстал от Макниса, и пошли кого-нибудь убрать несколько его нижних чинов, если слова не возымеют действия.

Брандер руками изобразил беспомощность. «Теперь время показать признательность и извинение, что дела идут против его планов».

— Это отличное начало, но ничего не получится, как надо, пока ты не выберешься отсюда.

— Я надолго запомню того, кто помешает моим планам. — Этот тон в голосе Ричарда встревожил Брандера.

— Ричард, никто и не думает сопротивляться!

— Конечно. Пока ты помнишь, кто законный лорд Харлан. Можешь идти.

Брандер слегка поклонился и пошел к двери. Он обернулся.

— О, я забыл сказать, что леди Катрин ожидает ребенка в начале керенстена.

Ричард с прищуром посмотрел на кузена.

— Правда?

Он прикинул на пальцах, отсчитывая месяцы назад.

— Керенстен, немб, курт, архаст, ухл, нарн, дрэк, аден. Ребенок Энниса. — Его лицо посветлело. — Это хорошая новость, кузен. Это несколько дней еще будет меня радовать.

— Фон Шусс, я говорю о наследнике, конечно, женится на леди Катрин сегодня в полдень. Сорок дней траура по лорду Эннису закончились.