Книга 2

Высоцкий Владимир Семенович

Заместитель начальника

главного управления культуры

М.С.Шкодин

Копия

Театр Драмы и Комедии на Таганке

тов. Анурову В.С.

В ответе ГЛАВКа от 16.11.81 г. подписанного Шкодиным М.С., на нашу неоднократную просьбу посетить театр на Таганке и посмотреть подготовленный коллективом театра работу в память советского поэта, ведущего артиста нашего театра, нашего товарища Владимира Высоцкого, содержится глумливая, издевательская фраза, которую мы не считаем для себя возможным здесь даже приводить /ГЛАВК ее сочинил,

ГЛАВК ее знает наизусть/, оскорбляющая достоинство и работу нашего коллектива.

Во избежание недоразумений, коллектив вас просит найти время и прийти обьясниться с коллективом и в данном случае не только по поводу спектакля, в противном случае "гора придет к Магомету".

Коллектив помнит Вашу надгробную речь на гражданской панихиде по поводу кончины В.С.Высоцкого и надеется быть услышанным в своей просьбе.

Коллектив театра 19 ноября 1981 г.

Копия

Председателю исполкома Моссовета тов.

Промыслову В.Ф.

Уважаемый Владимир Федорович!

Зная ваше доброе отношение к творчеству театра на Таганке, мы обращаемся к вам в очень трудный для нас момент.

Коллектив театра сделал спектакль в память замечательного советского поэта, ведущего актера нашего театра, нашего товарища Владимира Высоцкого. Спектакль был подготовлен к годовщине смерти, к вечеру памяти поэта, который Главное Управление Культуры исполкома Моссовета запретило нам проводить и только благодаря обращению Главного режиссера театра тов. Любимова Ю.П. к руководству государством, вечер был проведен, спектакль был сыгран и получил единодушную оценку представителей общественности г. Москвы.

Вот уже в течение полугода Управление Культуры категорически отказывается принимать спектакль, прибегая к бюрократическим отпискам, обьявлен выговор за выговором Главному режиссеру и директору театра, хотя театр выполнил категорические требования по исправлению литературного материала.

В последнем письме ГЛАВКа, подписанным М.С.Шкодиным, в ответ на наше приглашение посмотреть спектакль в исправленном виде, содержится оскорбительная инсинуация в адрес целого коллектива.

Мы не считаем для себя возможным работу в сложившейся ситуации. Мы обращаемся к вам с убедительной просьбой - в трудную минуту помочь нам.

Артисты и работники театра.

В. Полозов ( газета "Брянский рабочий" 1980,

– ------------------------------------------

7 августа ) Песня о друге

– -----------------------

Тот вечер в спортивном лагере под Брянском выдался не совсем обычным. Еще с обеда на веранде столовой появилось обьявление о предстоящем концерте ансамбля "Юность". Что за ансамбль, откуда он, не знали ни московские борцы и штангисты, ни мурманские лыжники, ни брянские акробаты, - никто из тех, кого собрало здесь нынешнее лето. Но все, привыкшие к размеренной, до предела насыщенной тренировками лагерной жизни, обрадовались нежданному развлечению.

После ужина подьехал к веранде автобус, груженный стереоколонками, микрофонами,

какими-то ящиками, коробками, проводами, выпрыгнули из него четыре девушки в ситцевых платьях ( ансамбль оказался женским ), а через полчаса все это, приведенное в систему, заиграло, запело, затрещало. Начали с "Олимпийских талисманов", а там пошли в ход первые любви, и ее многочисленные встречи, и звенящее соловьями утро, и желтоглавая ночь. Слушали добродушно, аплодировали, прощая исполнителям и явную недостаточность голосов, и некоторые нелады с настройкой инструментов.

Все разладилось из-за записки, посланной кем-то прочитанной с веранды художественным руководителем ансамбля - дамой средних лет, обьявлявшей номера в накинутой на плечи красной кофте.

"Недавно умер Владимир Высоцкий, - было сказано записке, - в память о нем просим исполнить что-нибудь из его песен".

– Во-первых, - слегка повысив голос, ответила на записку дама, - здесь дети. И потом, - она повела глазами в сторону ансамбля, песни Высоцкого в нашу программу... не входят...

Зрители, рассевшиеся кто на скамейках, кто на принесенных стульях, кто на ограде клумб, а больше просто стоявшие, молчали.

И в наступившей паузе нет-нет уже готов был загреметь очередной пассаж "Ионоки", как стоявший неподалеку от меня высокий парень сказал: "Ну что ж... Не хотите, мы сами споем." И негромко, будто про себя начал:

Если вдруг оказался друг

И не друг, и не враг, а так...

И сразу же песню подхватило несколько голосов. Ансамбль пока молчал, руководительница всматривалась в сумерки, не зная, пытаться ли остановить неожиданных конкурентов... А собравшийся вокруг парня кружок из рук в руки в руки плыла над головами гитара, и зазвенели под чьими-то пальцами струны, и разрослась, набрала силу песня...

Парня в горы тяни, рискни,

Не бросай одного его,

Пусть он в связке с тобой одной,

Там поймешь, кто такой...

Теперь уже пели, кажется все - дети и взрослые, собравшиеся здесь из разных городов страны. Пели, обнявшись, бородатые ребята в штормовках, пели, не вытирая блестевших на глазах слез, девушки в зеленых стройотрядовских куртках, пел ансамбль...

Если шел он с тобой, как в бой

На вершине стоял, хмельной,

Значит, как на себя самого,

Положись на него...

Песня все росла, наполняя собой этот удивительный вечер, поднималась все выше - к вершине обступивших лагерь осин, небосклону, откуда скатилась недавно яркая звезда...

Французкий журнал "Нувель Обсерватор" август

– ------------------------------------------

1980 г.

– -----

" Об этом будут говорить завтра".

" Прощай, Владимир Высоцкий".

Ни одна газета, ни радио, ни телевидение Москвы не нашло нужным сообщить о его смерти ( ред.
– Это не верно. Сообщения были в "Вечерней Москве" и "Советской культуре").