Ключи от лифта
Шрифт:
Левушка был художником, странным, как и все творческие люди. Он что-то создавал в своей студии, подрабатывал там-сям халтурой, разрисовывая то детские садики, то вестибюли в школах, несколько раз выставлялся на каких-то престижных, с его слов, выставках, даже получал какие-то дипломы и награды, но Игорь в этом ничего не смыслил. Да и «манера письма» Левушки была далекой от конкретики реализма, а абстракции, по мнению инженера, который когда-то изучал сопромат и другие реальные науки, были «чисто понтами» – желанием показать, что ты не такой, как остальные люди.
Внешне они тоже были разными. Игорь, высокий, с короткими, темными волосами «ежиком», лет через десять имел шансы
Но все это не мешало давним дружеским отношениям, где к общим воспоминаниям примешивались еще и уважение, и ирония, и почти братская любовь. А последнее время друзей объединяло общее чувство, которое они однажды, потягивая пиво в мастерской Левушки, сумели отфильтровать от других чувств и определить его как «отсутствие чистой радости» – той непосредственной радости, как в детстве от новых туфель, первого собственного велосипеда или от прыжков с тарзанки в озеро. Будто и достаток есть, не бедствуют, и разные возможности, но не получается добыть эту «чистую радость» – не помогают ни алкоголь, ни прыжки с парашютом, ни ныряние с аквалангом, ни женщины, ни даже наркота, которую они как-то пробовали. На некоторое время появлялся «тонус», эмоции, какой-то подъем, но проходила неделя, и отголоски очередного эксперимента по добыванию острых ощущений все равно не выдерживали конкуренции со вспышками детских воспоминаний. Ведь тогда все было настоящим – в курином бульоне плавали блестящие монетки желтого жира, и пахнул он курицей, а не бульонным кубиком со специями и глутаматом натрия. Все было настоящим. А сегодня почему-то мало что могло зацепить за живое и искренне впечатлить.
По дороге домой Игорь пытался как-нибудь «материалистично» объяснить себе этот странный случай у метро, все еще списывая его на странности подростков и стечение обстоятельств. Но что-то подтолкнуло его выйти из маршрутки, не доехав до дома два квартала. Именно там находится студия Левушки. Увидев издалека свет в углубленных окнах полуподвального помещения, Игорь крикнул водителю, чтобы тот открыл двери возле светофора, и выскочил на улицу. Теплый майский ветерок опять обдал его ароматом сирени. Сколько раз ходили они с друзьями по этой улице в школу и обратно! Игорь машинально потянулся за сигаретами, но вдруг передумал перебивать такой дивный аромат дымом и направился к Левушкиной студии. Он надеялся, что друг, выслушав его рассказ о малолетней «провидице», даст истории какое-то свое объяснение. Ведь не зря говорят, что творческие люди руководствуются правой половиной мозга, где не господствует логика, у них лучше развиты подсознание и интуиция.
Игорь остановился возле киоска, чтобы купить пива – не идти же с пустыми руками? – но в последний момент взял бутылку коньяка. Чтобы отключить «встроенную» логику, придется слегка оросить ее алкоголем покрепче.
Остановившись перед дверью подъезда, Игорь хотел, как обычно, набрать код, но вдруг замер, потом затолкал бутылку в карман куртки, достал свои ключи, выбрал меньший из них и задумался. Как же он «откроет любые двери»? Вот, например, на этой двери нет типичного замка, только система блокирования и разблокирования двери (то ли магнитом, то ли из квартиры), нет даже дырочки, куда бы можно было этот ключ
Точно так же он открыл дверь в помещение студии, хотя ключ к ее замку был не плоским «английским», а старого образца – длинный, трубчатый, с «бородкой». Вставив свой ключик в отверстие, Игорь пошевелил им, как мог, влево-вправо, и с удивлением услышал, как поворачивается что-то в механизме. Дверь открылась. Сделав несколько шагов вовнутрь, он сначала услышал музыку из приемника, а потом уж увидел Левушку, который, нанеся мазок краски на полотно, отклонился и разглядывал результат в вечной позе художника.
– Привет.
– Ой, испугал! Я опять не закрыл дверь? Вот растяпа! Правда, здесь, кроме моих «шедевров», и взять-то нечего, а на них, увы, не так уж много ценителей, – Левушка развел в стороны грязные руки с кистью и палитрой.
Игорь не стал ничего объяснять. Решил, что под коньяк оно выйдет как-то понятней. Хоть не так стыдно будет, если Левка его высмеет. Правда, друг, воспитанный мамой, был довольно деликатным человеком и вряд ли стал бы издеваться над его доверчивостью. «И к тому же можно вместе проверить магию ключа на дверях студии. Да и на любых других тоже!» – подумал Игорь.
Ровно в десять утра следующего дня, в субботу, оба друга уже стояли в десяти метрах от троллейбусной остановки возле еще закрытого киоска с надписью «Срочное изготовление ключей». Они нетерпеливо смотрели, как мастер роется в сумке в поисках ключа, чтобы открыть свой «офис». На мгновение у Игоря пролетела мысль протянуть ему свой, но он сдержался и только хмыкнул. Хмыкнул и Левушка, без слов поняв его порыв.
Когда окошко открылось, Игорь протянул мастеру «временно волшебный объект».
– Плюс два, – произнес он.
Левушка удивленно посмотрел на него.
– Два таких же, пожалуйста, – уверенно повторил Игорь.
3
Провидица не обманула. Действительно, из трех ключей (старого и двух новых) только два могли справиться с любым замком, и, как следствие, открывали любые двери.
Проверено было на подъезде и обоих замках квартиры Игоря, куда они зашли первым делом, потому что это было ближе всего. Так же открылись двери квартиры Левушки, где он жил с мамой. Вспомнив, что семья сестры, которая жила на соседней улице, отправилась во Львов, Левушка предложил пойти проверить и у них, к тому же Алиса просила хоть разок зайти подкинуть еды хомячку и полить цветы. Обе ее двери, новая бронированная и старая, обитая потрескавшимся дерматином, открылись так же легко, как и все предыдущие.
По дороге друзья купили пива, а теперь уселись в кухне на табуретках, открыли бутылки и притихли, разглядывая на полу клетку самодостаточного хомячка, который днем обычно спал, потому что жизнь его была ночной, и вряд ли вообще заметил отсутствие хозяев.
– Да, жаль, что клетка не закрывается на замок, – хмыкнул Левушка, – а то б еще тут проверили.
– Да уж и так ясно, что прикол вроде и не прикол вообще. Но что с этим дальше делать, а? На фиг мне этот ключ? Или эти ключи? Или это «проверка на вшивость»? Типа, пойду ли я с ними грабить чужие квартиры, банки, магазины? Не пойду. И ты не пойдешь. Так толку мне от этого пророчества?!