Ключи от кадиллака
Шрифт:
— Я приглашаю Ральфа на Рождество к нам домой. И не спорь. У нас будут только родственники из Миннесоты.
— Зачем они ему? Что он забыл у вас дома?
— Значит сидеть одному ребенку хорошо, а пойти на праздник к нам — плохо? Я тебя не понимаю, Джон, ты решил угробить психику ребенку заранее, пока он еще не вырос? И так парнишка у тебя настрадался. Ни отца, ни матери! И ты, злобный старый пень! Кроме как пилить его за оценки ты ничего не умеешь!
— Да я все деньги отдал за эту чертову школу, чтобы потом... чтобы потом что? Пусть хоть закончит школу с
— Да, помню, — миссис Линден сжала руки, боясь разговора, который наметила для себя на на будущий год. Сейчас же нужно было добиться от Джованни более простых вещей, — и еще я хотела просить тебя, чтобы Ральф сопровождал мою Мейбл на соревнованиях по конному спорту, — сказала она.
— Денег нет! — отрезал Джованни.
— Но Мейбл нужен кто-то, кто защитит ее от парней. Ты же знаешь.
Сеньор Регарди поднялся, облокотился о стол, и стоял так, тряся головой. Длинные седые волосы упали ему на лицо, но он не стал их убирать.
— Вот что, Джекки. Твои отмазки не годятся. Мой внук никуда не поедет. Найди Мейбл другого телохранителя. Я и так согласился, чтобы ты бесплатно взяла его на этих чертовых лошадей!
Голос его перешел на крик. Миссис Линден поморщилась.
— Не ори. Мейбл поедет в Джорджию на соревнования. И Ральф тоже. Потому что он — лучший наездник в клубе. И он должен представлять мой клуб на Джорджия Опен. Я не принимаю возражений, он получил грант на поездку, и, если ты будешь снова ругаться, я откажусь с ним возиться!
— Возиться? — взревел Джованни, стуча рукой по столу, — да мой внук — лучший в твоем замшелом клубе, только он и берет кубки! Только он и может отбить твою Мейбл от назойливых поклонников! И это означает “возиться”? Да куда ты без него?
— Вот и я думаю, куда я без него? — миссис Линден поздравила себя с победой.
— Твоя глупая девчонка одна бы выйти побоялась! И чем она будет заниматься на Рождество, когда вокруг взрослые станут накачиваться спиртным?
— Не знаю, — миссис Линден сделала грустное лицо, — бедная девочка всегда сидит одна.
— Так и быть, — Джованни снова стукнул рукой по столу, — бери его. Но чтоб ни дня учебы не пропустил! Или я выпорю его, как и обещал.
— Нас не будет всего неделю, Джон. Всего неделя пропуска. Но и он, и Мейбл сдадут все тесты. Я обещаю.
Она встала, откидывая назад красиво окрашенные светлые волосы. Казалось, время почти не властно над ней. Когда-то невероятно красивая, она и сейчас была хороша.
— Я тебе приготовлю рождественского гуся, — сказала она, улыбаясь, — пришлю, когда ты вернешься. Только не злись, — она выставила руки перед собой, — это по старой дружбе.
Дверь хлопнула и Джекки Линден вышла из дома, ступив на заснеженную дорожку. На губах ее была улыбка. Ей и на этот раз удалось заболтать старика Джованни. Ей и на этот раз удалось отбить на праздник его внука, а заодно и взять его на соревнования, которые ребенку были нужны, как воздух. Ральф не лучше своего деда, он стремится быть везде первым
Городок был запорошен снегом. Джекки прошла по дорожке, оставляя на белом блестящем снегу следы кроссовок. Много воды утекло с тех пор, как она впервые вошла в этот дом, будучи совсем малышкой. А теперь... а теперь, когда сын Джованни погиб, а невестка свела счеты с жизнью, она считала себя ответственной за судьбу паренька, что остался на попечении деда.
Они всегда были соседями. Джекки когда-то мечтала покинуть городок, уехать в большой мир, и покорить его если не своей красотой, то талантами. Но юность промелькнула в поисках себя, и вскоре Джекки снова оказалась в своем родном доме замужней дамой с тремя детьми. Еще миг — и вот ее дети разлетелись по миру, и она смотрит на свой большой дом, в котором им с мужем стало слишком просторно. Жизнь сделала еще один оборот, и вот она занимается воспитанием внуков, благо сын живет в том же городке, а остальные приезжают к ней на праздники и иногда на лето, чтобы провести его на ее конной ферме, что совсем недалеко от городка в горах.
Как странно сложилась жизнь, думала Джекки, идя по тротуару к своему дому среди сияющих рождественских огней. Когда-то сеньора Регарди, мать Джованни, помогла ей найти путь, отправив к своим родственникам в Рим. Джекки познала там и любовь, и страсть, она стала частью этого безумного города, навсегда впитав в себя его хаос, его древность и его радость. Теперь ее очередь. Такие долги отдаются следующему поколению. В восемнадцать она не знала, чего хочет, куда ей идти и к чему стремиться, Джованни уехал, бросив ее, и его мать спасла ее от депрессии и душевных метаний. Джекки улыбнулась воспоминаниям. Теперь Ральф нуждается в помощи. И даже против воли его деда Джекки постарается устроить его судьбу.
Когда-то она была бедна, а Джованни богат. Теперь же жизнь все расставила по своим местам. Теперь богата она, Джованни же сидит в своем старом доме, где дует из каждого угла, экономит на отоплении и чахнет в обнимку с бутылкой виски. Кто мог бы подумать, что все так сложится?
— Бабушка! Я давно уже пришла, а тебя нет!
Джекки ступила на порог дома и остановилась, смотря на красивую девочку, что раскрыла перед ней дверь с рождественским венком в руках.
— О, Мейбл, ты сделала венок без меня? — Джекки всплеснула руками, немного расстроившись, — но у тебя получилось очень даже хорошо.
— Спасибо. Не переживай, мне нужно сделать еще два. Я надеялась, что ты мне поможешь.
Мейбл пробежала в дом, в кухню, где на столе были разложены основы для венков, ленты, шишки, краски, и всякие украшения, которые Джекки купила специально для этого случая.
— Хочешь, я сделаю тебе кофе? — Мейбл подошла к кофе-машине и нажала кнопку, — я варю себе капучино, потому что очень мало спала из-за контрольной по испанскому!
— В двенадцать лет рано пить кофе, — проговорила Джекки, но не сердито.