Ключи от ада

Хиггинс Джек

– Синьор Ночи? – спокойно спросил он на хорошем итальянском.

– А вы кто такой, черт подери? – спросил Ночи, вдруг почувствовав холодок внутри.

– Мое имя – Шавасс, Пол Шавасс.

Это имя было хорошо знакомо Ночи. У него невольно перехватило в горле, и он начал поднимать свою «беретту». Но тут же стальная рука схватила его за запястье, он выронил оружие и услышал голос Джулио Орсини:

– Мне кажется, не надо так поступать.

Карло вышел из темноты слева и стоял в ожидании. Ночи беспомощно смотрел на него, а Шавасс протянул руку.

– Дайте-ка

сюда конверт!

Ночи достал конверт и передал его Шавассу, стараясь оставаться спокойным, пока тот просматривал его содержимое. Они сейчас не более чем в полумиле от берега, это не расстояние для человека, который плавал с детства, а у Ночи не было никаких иллюзий относительно того, что с ним случится, если он останется на борту.

Шавасс перевернул первый листок бумаги, и тут Ночи поднырнул под руку Орсини и бросился на корму. Он услышал предупреждающий крик, очевидно, это был Карло, потом поскользнулся на рыбьей чешуе и, растянувшись, попал прямо в рыболовную сеть.

Ночи силился подняться на ноги, но все больше запутывался в вонючих ячейках сети. Он попытался проползти вперед на локтях и коленях, но, взглянув вверх, увидел склонившееся над ним холодное, дьявольское лицо. Это был Шавасс.

У Орсини и Карло в руках были веревки. Тут Ночи понял, что они собираются сделать, и дико завопил.

Орсини накинул на него веревку, потянул, и Ночи скользнул по палубе и налетел на низкое ограждение. На него обрушился сильный удар ногой ниже спины, и он полетел в холодную воду.

Когда он выскочил на поверхность, сеть не давала ему сделать ни одного движения. Он увидел, как Орсини отпускает веревку, а Карло выжидающе смотрит на него в окно рубки. Но вот Орсини сделал знак рукой, и «Буона Эсперанца» рванулась вперед.

Ночи с криком стал опускаться, потом его подняло волной, дыхание перехватило. Он увидел, как Шавасс стоял у поручней и холодно смотрел на него. Затем катер увеличил скорость, и Ночи погрузился в воду в последний раз.

Энрико ожесточенно боролся за жизнь, но вода вытеснила воздух из его легких, и он не испытывал боли, никакой боли. Ему казалось, что он плывет в мягком белом песке под синим небом и красивая загорелая девушка, улыбаясь, выходит из воды, чтобы присоединиться к нему.

Глава 3

Святая Дева из Шкодера

Шавасс очень устал, и в горле у него пересохло оттого, что выкурил так много сигарет-. Дым слоями стоял под низким потолком и спиралью поднимался вверх от<тепла над единственной электрической лампочкой, отбрасывая тени на обитый сукном зеленый игровой стол.

В игре участвовало полдюжины мужчин. Шавасс, Орсини, Карло Арецци, его матрос, пара капитанов рыбачьих лодок и сержант полиции. Орсини зажег еще одну вонючую датскую сигару и поставил две фишки на середину стола.

Шавасс покачал головой и посмотрел на свои карты.

– Слишком много для меня, Джулио.

Все вокруг зашумели, и Орсини довольно ухмыльнулся.

– А это был блеф, всего только большой блеф. Самое главное в этой игре!

Шавасс и раньше интересовался,

почему ему так не везет в карты. Ему были ближе логические рассуждения, когда он может определить степень риска. В той большой игре жизни и смерти, которую он вел уже столько лет, человек редко может блефовать больше одного раза и остаться живым.

Он отодвинул свой стул и поднялся.

– Хватит, с меня на сегодня, Джулио. Увидимся завтра утром на причале.

Орсини кивнул:

– Ровно в семь, Пол. Может быть, нам удастся что-то для тебя сделать приятное.

Они уже снова принялись сдавать карты, когда Шавасс прошел к двери, открыл ее и вышел в побеленный коридор. Несмотря на позднее время, он слышал музыку из клуба и беззаботный смех. Он снял с крючка свой бушлат, надел его и открыл боковую дверь.

Прохладный ночной воздух проник в его легкие, и он стал дышать глубоко, чтобы освежить голову, а потом двинулся по переулку. Прозрачный морской туман клубился над водой, и, если не считать музыки из клуба «Тэбу», кругом все было тихо.

Он нашарил в кармане помятую пачку сигарет, достал одну и чиркнул спичкой по стенке. Вспышка тут же осветила его лицо. Впереди в узком переулке появилась женская фигурка. Немного поколебавшись, женщина направилась вниз, к причалам. Стук ее высоких каблуков отдавался эхом в тишине ночи. Спустя мгновение из дверей клуба вышли двое моряков, пересекли ему путь и направились вслед за женщиной.

Шавасс оперся о стенку. Его охватило странное чувство. Были времена, когда ему казалось, что все кругом таит опасность, не только работа, которой он занимался, но и сама по себе жизнь. Он улыбнулся в темноте. Три часа ночи в порту было совсем неподходящим временем думать о подобных вещах.

Вдруг послышался женский крик, он отбросил сигарету в туман и начал вслушиваться. Снова послышался женский крик, как-то странно заглушенный, и он побежал по направлению к причалу. Повернув за угол, он увидел, как двое моряков под уличным фонарем удерживают распростертую на земле женщину.

Как только один из моряков повернулся в тревоге, Шавасс ударил его ботинком в лицо, и тот полетел с причала. Второй направился к нему, и в его правой руке блеснула сталь.

Шавасс заметил черную бороду, сверкающие глаза и странный изогнутый шрам на правой щеке. Он бросил свое кепи в лицо этому человека и ударил его коленом в открытый пах. Человек рухнул на землю, хватая ртом воздух, а Шавасс рассчитал расстояние и ударил его ногой в голову.

Внизу за причалом послышался плеск воды, он подошел к краю и увидел первого моряка, который энергично плыл во тьму. Шавасс наблюдал за ним, пока он не скрылся из виду, а потом вернулся, чтобы посмотреть, что с женщиной.

– Вы в порядке?

– Думаю, что да, – ответила она странно знакомым голосом и вышла из темноты.

Его глаза расширились от удивления.

– Франческа, Франческа Минетти, что, Бога ради, вы делаете здесь в такое время?

Ее платье было разодрано от ворота до талии, и она, смущенно улыбаясь, придерживала его рукой.