Ключ Времен

Прозоров Александр Дмитриевич

— Ты ложишься отдельно. Ты совсем не тянешься ко мне. Ты ни разу за все время меня не поцеловал…

— Я?

Середин оглянулся на дружинников, но те укладывались довольно далеко, демонстративно не смотря в его сторону. Куница, забравшись на седло гнедой, воинственно крутила мордашкой — но сидела спиной к нему. Тогда ведун привлек девушку к себе и вместе с ней опрокинулся на шкуру, прикрывшись ее краем.

И только после этого тоска по сгинувшему товарищу немного отпустила его сердце.

Горы Аспида

Отдых пришелся как нельзя кстати. Всего через час после того, как

путники выступили с дневки, подковы копыт звонко застучали по камням, все чаще и чаще выпирающим из черной торфянистой земли, высокие деревья постепенно сменились чахлыми карликами, а неуклонно идущая вверх дорога запетляла между похожими на громадные окаменевшие пальцы скалами. Огромные крутые отвесы с гладкими, словно зачищенными старательным работником, склонами, потрясали и подавляли своим величием.

— Осторожнее, — предупредил Сварт. — Здесь очень много змей. Потому эти горы и названы горами Аспида.

— Откуда ты знаешь, что это они? — поинтересовался Олег.

— Дорога между Юрьевым и Пернавой, неподалеку от озера, — пожал плечами дружинник. — В этих землях нет других гор. А озеро наверняка находилось где-то за топью, у которой мы вставали на ночлег. Там ведь низина.

— Низина, — задумчиво кивнул Середин, соглашаясь с доводами дружинника. К тому же он не мог вспомнить никаких серьезных возвышенностей на территории Прибалтики. И если они обнаружились — то скорее всего, некая сила очень умело маскировала их много, много веков. — Непонятно только, зачем? Не из-за Корнея же!

— Что ты говоришь? — оглянулся Сварт.

— Ничего… — покачал головой ведун, увидев возле гранитного валуна совершенно белый человеческий костяк. — Пожалуй, пешим тут лучше не ходить.

— Конным тоже, — отметил ратник. — Хотя, конечно, потерять коня не так обидно, как себя самого.

Новый поворот. За ним пыльная дорога уперлась в высокую арку — и оборвалась, словно служила предостережением для рискнувших ступить за нее. Хотя, конечно, следы путников могли просто не остаться на прочных камнях. Сама арка образовывалась телами двух огромных змей, хвосты которых упирались в основания скал, а массивные головы переплетались в самой верхней точке арки и были обращены на путников. Между зубами, каждый из которых раза в два превышал рост человека, виднелся тонкий раздвоенный язык, а над распахнутой пастью горели вечным огнем желтые глаза с узкими зрачками.

Олега даже передернуло, настолько живыми они казались. Чуть воображения — и создастся полная иллюзия того, что вот сейчас до уха долетит шелест змеиной кожи по шершавой поверхности камня, над застывшими людьми разнесется злобное шипение и появятся извивающиеся тела змей.

Наверное, не у него одного предстала перед глазами эта картинка, так как Кира судорожно вздохнула и взялась за рукоять кинжала, пытаясь найти поддержку в привычном оружии. Ермолай закряхтел и осторожно огляделся. Только Сварт остался внешне спокоен. Он смотрел на арку и молчал, витая мыслями где-то в прошлом. Ни о чем не знала только куница. Она попросту спала, забравшись к ведуну в седельную сумку.

— Здесь много змей… — повторил Сварт, спешился и взял коня под уздцы.

Остальные путники тоже покинули седла и повели коней в поводу, внимательно глядя под ноги. Лошади ведь этого не объяснишь — а оставшись без скакунов, людям придется перекидывать сумки за спину.

По

мере приближения казалось, что арка увеличивается в размерах и угрожающе нависает над ними. Когда воины подошли к концу дороги и оставался всего шаг до той черты, за которой нахоженный путь обрывался, они остановились и переглянулись. Дальше шел узкий проход, скованный с обеих сторон скалами. Не ощущалось ни ветерка, ни привычного шелеста насекомых в траве. Мир замер в ожидании выбора людей.

Едва Сварт, побледнев как полотно, первым сделал шаг за арку, прямо перед ним из камней вынырнула большая кобра. Некоторое время змея раскачивалась из стороны в сторону, ее проворный язык беспрерывно выскальзывал из пасти. И вдруг полились слова:

— Лю-ю-ю-ди! С-с-с-стойте! Ес-с-с-сли с-с-сделате ш-ш-шаг, то навечно ос-с-станетес-с-сь в плену с-с-скал! Ух-х-ходите!

— Тьфу, нечистая сила! — вскрикнул от неожиданности Ермолай. — Пошла вон, гадина!

Змея моментально сгинула — словно растаяла в воздухе, и ведун недоуменно потер запястье. Крест почему-то не нагрелся ни на градус — словно говорящая кобра могла быть живым существом, а не порождением магии. Однако люди становились. Ведун вздохнул и протиснулся вперед:

— Пошли.

Глухой стук подошв, цокот копыт — все эти звуки отражались от стен, дробясь и множась. Наступал вечер. Резкий поворот привел путников ко входу внутрь скалы. Узкий проем, за которым притаился мрак, навевал невеселые думы.

— Ладно, — на этот раз первой решилась Кира. — Раз пришли — нужно идти до конца!

В тот же миг прямо у нее под ногами распахнулись в полу две створки, и девушка с криком упала вниз. Сварт и Олег одновременно бросились к ней и с облегчением вздохнули, когда увидели, что их спутница висит, ухватившись руками за край ямы. Мужчины легко вытащили Киру, а Олег заглянул в яму. На глубине примерно метра три в полу торчали заостренные колья, на которых виднелось несколько скелетов.

— Похоже, тут нужно опасаться не только змей, — вздохнул ведун.

Они осторожно обошли яму и направились вдоль коридора.

По мере того как путники продвигались вперед, коридор менялся. Пыли становилось все меньше, в воздухе явственно чувствовался запах водорослей, на стенах появлялась влага, а под ногами хрустела какая-то живность. Вызванные велиславовским заклятием огневики исправно освещали дорогу. Не сказать, что было особенно светло, но вполне хватало, чтобы ориентироваться в каменных коридорах. Олег заметил, что каменные своды стали ниже, все чаще срывались с них тяжелые капли и с громким «полю-ю-ю-м!» падали в мелкие лужи. Наконец проспавшаяся куница выбралась из своего уютного убежища и побежала впереди всех.

— Смотри, куда лапы ставишь, — напутствовал ее ведун. Но Купава лишь пренебрежительно сморщила носик и не удостоила его ответом.

Внезапно крест на руке обдал кожу жаром.

— Стоять! — вскинул руку ведун, вглядываясь вперед. В двух шагах от них на полу тускло поблескивало прозрачное пятно, больше похожее на обыкновенную лужу. Края странной лужи неожиданно покрылись легкой зыбью, с чмокающим звуком оторвались от пола. Вязкое пятно стало набухать, тянуться к потолку, вбирая в себя все слизистые подтеки. Люди с ужасом пронаблюдали, как странное существо превратилось в большой шар с гладкими блестящими краями и зависло над иолом.