Ключ света
Шрифт:
Он пристально смотрел на нее, но ни страха, ни изумления не было в этих сверкающих глазах. Это было, если такое вообще возможно, своего рода пренебрежительное высокомерие. Потом он просто пошел прочь, через завесу дождя и клубящийся туман, и исчез.
— Вау. — Она выпустила воздух из легких, почувствовав озноб в тепле своей машины. — И еще раз вау, — пробормотала она, в изумлении рассматривая дом.
Она уже видела его на картинах и рисунках. Она видела его массивные очертания на вершине горы над долиной. Но это было совсем другое дело — видеть его
Что-то между замком, крепостью и домом ужасов, решила она.
Его каменные стены были угольно-черными, с выступами и башнями, пиками и бойницами, сгруппированными и разбросанными так, будто какой-то очень умный, но очень озорной ребенок разместил их в соответствии со своими причудами. Длинные, узкие, омытые дождем окна, возможно, сотни окон. И все они горели золотистым светом.
Кое-кто не беспокоится о своем счете за электричество.
Туман дрейфовал вокруг основания дома, напоминая ров, заполненный молочной дымкой.
Ударила молния, и она уловила мелькание белого знамени с золотым ключом, развевавшегося с одного из самых высоких пиков.
Она медленно подъехала ближе. Горгульи склонялись вдоль стен, нависая над карнизом. Дождевая вода извергалась из их ухмыляющихся ртов, срывалась с угрожающих когтистых лап.
Она остановила машину перед каменной границей широкой галереи и очень серьезно обдумала вариант повернуть обратно в грозу и поехать прочь.
Она обзывала себя трусихой, инфантильной идиоткой, спрашивала себя, где ее авантюризм и любопытство.
Оскорбления сделали свое дело, так что вскоре она уже сжимала пальцы на дверной ручке своей машины. От резкого стука в окно из ее горла вырвался пронзительный крик.
Всматривающееся в нее костистое белое лицо в окружении черного капюшона превратило крик в беззвучный вопль.
Горгульи не ожили, убеждала она себя, повторяя слова снова и снова и опуская стекло вниз на осторожные полдюйма.
— Добро пожаловать в Варриорс Пик. — Его голос рокотал на фоне дождя, а его приветственная улыбка демонстрировала ну очень много зубов. — Если вы просто оставите ключи в машине, я присмотрю за ней для вас.
Прежде, чем она могла бы подумать заблокировать замки, он открыл ее дверь. Он блокировал порывы ветра и дождя своим телом и самым большим зонтом, который она когда-либо видела.
— Я доставлю вас к двери в сухости и сохранности.
Что это за акцент? Английский? Ирландский? Шотландский?
— Спасибо. — Она начала выкарабкиваться наружу, ощущая, как что-то тянет ее назад. Паника медленно перетекла в смущение, когда она осознала, что все еще пристегнута к сиденью ремнями безопасности.
Освободившись, она съежилась под зонтом, стараясь выровнять дыхание, пока он вел ее к двойным входным дверям. Они были достаточно широки, чтобы через них мог пройти полуприцеп, и могли похвастать тяжелым серебряным дверным кольцом величиной с турецкое блюдо, выполненным в виде драконьих голов.
Вот это добро пожаловать, — подумала Мэлори за мгновение до того, как одна из дверей
У женщины были прямые, великолепные волосы цвета огня — они рассыпались вокруг лица в совершенстве углов и изгибов. Ее зеленые глаза плясали, как будто видели нечто забавное, недоступное остальным. Она была высокой и стройной, одета в длинное платье текучего черного цвета. На ее груди лежал серебряный амулет с толстым прозрачным камнем.
Ее губы, такие же яркие, как волосы, изогнулись, когда она протянула сверкающую кольцами руку.
Она выглядела, подумала Мэлори, как будто вышла из очень сексуальной волшебной сказки.
— Мисс Прайс. Добро пожаловать. Такая волнующая гроза, но, я уверена, быть снаружи в такую погоду сильно утомляет. Входите.
Ее рука была теплая и уверенная. Она провела Мэлори в холл.
Свет от хрустальной люстры был таким чистым, что казался сплетенным из сахарных нитей, сверкающих в переплетениях и изгибах серебра.
На мозаичном полу проступали изображениями уже знакомых воинов и других фигур, скорее мифологических. Но она не могла опуститься на колени и изучить это великолепие, как ей хотелось, а при взгляде на картины, вывешенные на стенах цвета расплавленного масла, она едва сдержала стон наслаждения.
— Я так рада, что вы смогли присоединиться к нам сегодня, — продолжала женщина. — Мое имя Ровена. Пожалуйста, позвольте мне пригласить вас в гостиную. Там очень приятный огонь. Еще рано для этого, но из-за грозы показалось в самый раз. Было трудно вести машину?
— Напряженно. Мисс…
— Ровена, просто Ровена.
— Ровена. Могу я немного привести себя в порядок, прежде чем встретиться с другими гостями?
— Конечно. Дамская комната. — Она показала жестом на дверь, спрятанную под длинным изгибом парадной лестницы. — Гостиная — первая дверь на право. Располагайтесь.
— Спасибо. — Мэлори осторожно прошла внутрь и тотчас решила, что «дамская комната» было очень бедным названием для столь шикарного, просторного помещения.
Полдюжины свечей на мраморной стойке излучали свет и благоухание. Бордовые полотенца для рук, окаймленные серовато-бежевой тесьмой, были развешаны недалеко от щедрого бассейна раковины. Водопроводный кран, выполненный в форме лебедя, мерцал золотом.
Здесь на мозаичном полу была изображена русалка, сидящая на камне. Она улыбалась синему морю, расчесывая свои волосы цвета пламени.
На этот раз, дважды убедившись в том, что заперла дверь, Мэлори все же встала на колени, чтобы исследовать искусную работу.
Превосходно, мысленно восхитилась она, пробегая пальцами по гладким плиткам. Старинное, без сомнения, и блестящее исполнение.
Было ли что-нибудь более могущественное, чем способность создавать красоту?
Она выпрямилась, помыла руки с мылом, от которого исходил едва уловимый запах розмарина. Она улучила момент, чтобы полюбоваться коллекцией морских нимф и сирен в рамках на стенах, прежде чем выкопать из сумочки свою пудреницу.