Ключ Давида

Орданский Владимир

За десять секунд до конца что-то заставило Джордана открыть глаза. Вера смотрела на него в упор, но, похоже, не видела. Ее неподвижное лицо, словно сразу состарившееся, было похоже на древнее изваяние.

Отсчет закончился. На экране замерли шесть нулей. Двое прикованных по-прежнему сидели неподвижно, уставившись друг на друга. Через несколько секунд картинка

на экране сменилась: вместо цифр появилась морда игуаны с весело высунутым розовым языком. Раздался двойной бип-бип, как бывает, когда приходит сообщение. По экрану, постепенно заполняя всю поверхность монитора, побежали разноцветные подпрыгивающие буквы: I m-m-made it!

– Юра! – одновременно выдохнули Вера и Джордан. В голосе мужчины было облегчение, в голосе девушки – отчаяние. Она вдруг начала шарить свободной рукой в нагрудном кармане блузки и достала оттуда небольшую голубую капсулу. Вера уже поднесла руку ко рту, когда Джордан, упершись сжатыми кулаками в асфальт за спиной, выбросил свое тело вверх и в сторону. Удар ногой пришелся по руке и лицу девушки. Она ударилась головой о столб и упала набок. Голубая капсула взлетела высоко в воздух и, отскочив от перил, отправилась в океан. Джордан рухнул спиной вниз, его руки вывернулись в плечах так, что он не мог пошевелиться, не вскрикнув от боли.

«Разрыв связок запястья, вывих плеча, сотрясение мозга», – кто-то другой ставил сам себе диагноз, пока он неотрывно смотрел в глаза Веры, будто пытаясь найти там ответ на свой немой вопрос. Она сидела неподвижно, на лице ее застыла гримаса недоумения, из глаз, размывая тушь, текли слезы. Безумно глядя перед собой, Вера что-то бормотала разбитыми в кровь губами, но Джордан не мог расслышать, что. Вдруг он прочитал по губам. Она шептала, повторяя вновь и вновь:

– Еще есть время, еще есть время, еще есть время…

В эту секунду Джордан совершенно ясно, как только что виденный фильм, вспомнил сон, который снился ему в Иерусалиме перед встречей с отцом Грегориосом. Он даже удивился, как он мог забыть такое:

Среди нестройной толпы он идет по дороге вслед за мужчиной, который едет впереди

на ослике. Люди одеты в грязно-белые балахоны, и на нем такой же. Все поют вразнобой что-то вроде гимна. Язык непонятный, но это не мешает ему петь вместе со всеми. В руках у многих пальмовые ветви. Зеленоглазая девушка с покрывалом на выкрашенных хной волосах, улыбаясь, дает ему ветку. Она что-то говорит ему, и он отвечает ей. Не зная языка, он все же понимает значение ее слов. Вдруг пение становится очень громким – они приближаются к огромным величественным воротам в опоясывающей город стене из желтого камня. Он знает, что если им удастся пройти через ворота, цель будет достигнута.

На этом месте его тогда разбудил какой-то шум, и он открыл глаза. Яркое солнце почти ослепило его.

– Еще есть время, – умоляюще шептала девчонка в форме израильской армии, не в силах оторваться от своего возлюбленного…

Рокот молотящих воздух вертолетных лопастей все приближался, и скоро он заглушил шепот девушки. Из приземлявшихся на смотровой площадке машин выпрыгивали спецназовцы и цепью бежали к мосту. Джордан поднял голову. Туман рассеивался, небо в его разрывах начинало чуть светлеть, предвещая еще не скорое, но неизбежное появление солнца.

Напряжение, сковывавшее Джордана все последние дни, стало спадать. Он улегся поудобнее, подтянув под себя ноги, и закрыл глаза. Чтобы отвлечься от боли во всем теле, он представил себе, что стоит в центре лабиринта и делает первый шаг к выходу. Вера, отец Димитрий, Игорь с Валерием, бородатый старовер, Рой с Кевином, кто-то еще – все они, кружась, как в хороводе, медленно уходили вдаль и растворялись в потоках света, льющихся сквозь цветные стекла высоких окон. Теперь у него тоже было время.

2009–2010 г.

Все события и действующие лица вымышлены. Любое сходство с реальными лицами и событиями является случайным.