Клятва

Дёртинг Кимберли

— Вы обнаружили их базу? Их оперативный центр?

Бакстер кивнул.

— Да, Ваше Величество.

Ее губы дрогнули.

— Уверены? Другого провала я не потерплю.

При упоминании о своем проступке он склонил голову, и его дородная фигура вздрогнула.

— Конечно, нет, моя королева. На этот раз мы уверены. Повстанцы выслали в восточную часть города небольшую группу солдат, что-то вроде прикрытия. Одна из наших поисковых команд вернулась и сообщила, что они отследили их путь до самого входа под землю. — Он встретился с ней

взглядом и улыбнулся. — На этот раз мы их возьмем.

Она почти дрожала от предвкушения. Наконец, она произнесла слова, которые так долго мечтала сказать:

— Когда вы будете готовы к нападению?

Бакстер поднял голову и отважился бросить взгляд на женщину на троне.

— По приказу Вашего Величества. Войска ожидают команды.

Больше она не стала сдерживать улыбку.

— Хорошо, Бакстер. Очень хорошо.

На лице советника отразилось облегчение: он понимал, что благодаря хорошим новостям едва избежал смертной казни. Он знал, что больше не может позволить себе ее разочаровывать.

— И последнее, Бакстер. — Она поднесла к губе кривой палец, решив, что настало время приступить к подготовке.

— Да, Ваше Величество?

— Мне все равно, как ты это сделаешь, однако никто не должен подвергнуть сомнению мой указ. Сообщи всем, что скоро у нас будет новая королева.

Глава двадцатая

— Анджелина, ты должна остаться здесь. Сейчас не время спорить. Обещаю, я скоро приду, — говорила я, склонившись к ее уху. — А если будешь хорошо себя вести, принесу тебе подарок. — Я улыбнулась и выпрямилась. Наверняка у меня найдется какое-нибудь угощение, способное порадовать четырехлетнего ребенка. — С тобой останется Иден. — Я посмотрела на синеволосую женщину, внимательно наблюдавшую за нами. — Она о тебе позаботится. Верно, Иден?

Иден, солдат до мозга костей, резко и по-деловому кивнула.

Я посмотрела на Анджелину.

— Ты ей доверяешь?

Анджелина не отвела от меня своих больших глаз и поначалу не отреагировала. Такая задержка показалась мне тревожным знаком. Я должна была знать ответ. Но потом ее глаза чуть блеснули, и она едва заметно кивнула.

Вряд ли кто-то мог понять, сколько смысла крылось в этом простом жесте.

Иден была достойна доверия. Так сказала мне Анджелина.

В этот момент я открыла для себя еще одну способность своей сестры. То, что раньше выглядело странной интуицией — возможностью знать, кому можно довериться, а кому нельзя, — оказалось чем-то большим. Даром, подобным дару исцеления.

Мы были причиной, по которой наши родители так беспокоились, постоянно прятали нас и учили держать необычные таланты в тайне. Они знали, кто мы и что мы есть.

Я вновь улыбнулась сестре, довольная принятым соглашением. Поцеловав ее в щеку, я заметила сладкий запах дыхания и подумала: неужели она успела получить угощение от своей новой няни?

Неудивительно, что Анджелина была готова

остаться с Иден.

Я вернулась к Максу, глубоко вздохнула, пытаясь успокоить нервы, и сказала:

— Хорошо. Я готова.

Когда мы отошли от сестры на достаточное расстояние, он повторил:

— Ты не обязана этого делать, понимаешь?

В его словах я услышала сомнение.

— Обязана. Это единственный способ спасти родителей. Вспомни, что говорил Клод — она их не тронет, если я приду во дворец.

— Но она и не обещала отпустить их, — возразил Макс, в очередной раз напоминая, что его бабка тщательно выбирает слова. — Тебе надо было встретиться с ней в каком-то другом месте. Дворец — ее вотчина.

— Это ее страна, Макс. И вся она — ее вотчина. Думаешь, она не переиграет нас где-то еще? Кроме того, чем дальше от Анджелины, тем лучше.

Я остановила Макса, воспользовавшись этим, чтобы коснуться его руки. Он не возражал и притянул меня к себе; выйдя из толпы, мы огляделись в поисках тихого места, где можно было поговорить.

Он смотрел вниз, на наши переплетенные пальцы, и у меня в животе словно били крыльями тысячи бабочек. Щекой я чувствовала его дыхание, хотела повернуться к нему, найти его губы своими. Меня отвлекало даже простое прикосновение, и я должна была сосредоточиться, чтобы вспомнить, для чего хотела побыть с ним наедине.

Я тихо спросила:

— Кто такой Ксандр?

Макс резко поднял голову.

— В каком смысле? Он — лидер повстанцев.

Вряд ли он надеялся, что я поверю его лжи. Даже без сестры, которая могла бы его разоблачить, я чувствовала неправду.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем идет речь, Макс, — настойчиво произнесла я, выдернув свою руку и подбоченившись. — Я хочу знать, почему он разговаривает на королевском языке, как и ты. Откуда он взялся? Почему он так много знает о королеве?

Тогда он махнул рукой, и нежелание говорить об этом, которое я чувствовала, так и осталось невысказанным. В конце концов, он шумно выдохнул.

— Ксандр из дворца, Чарли. Он мой брат.

— Я собирался тебе рассказать, — в очередной раз пытался оправдаться Макс, когда мы садились в ожидавший нас транспорт. Он опустился рядом, но, казалось, находился в милях отсюда. — Просто не было подходящего момента. Кроме того, я не думаю, что теперь это важно.

На заднем сиденье мы были одни.

По настоянию Макса, Ксандр, Клод и Зафир сели вперед. Если бы мы разговаривали как обычно, они бы нас услышали. Но Макс говорил тихим, просительным шепотом. А я упрямо молчала.

Впервые я ехала в топливном автомобиле, и это было ни с чем не сравнимо. Я будто плыла на облаке. Машина гладко и плавно скользила по каменным улицам. Даже в Капитолии автомобили встречались редко, и люди отходили с их пути, замирая на тротуарах и восхищенно глядя вслед. Человек моего класса редко получал такую возможность.