Клякса бифуркации

Зеленин Сергей

Ниже плинтуса оказалась и отечественная химическая промышленность, без которой нет ни пороха, ни взрывчатки, ни даже красителей для солдатских портков. Многие виды топлива, даже уголь для паровозов - необходимо было закупать за рубежом.

Советские предприятия оказались способны производить лишь 16,5 % необходимых для сколь-нибудь необходимого количества пулемётов, 15 % винтовок, 9,5 % патронов, и…

И полтора процента автомобилей!

Когда мрии о Мировой революции развеялись как наркотический дым, началась болезненная ломка. Перед Советским правительством встала одна-единственная главная задача - во что бы то ни стало

не допустить войны.

Но…

И тут, как будто подводя печальные – буквально катастрофические итоги года, в конце декабря 1925 года - грянула Советско-маньчжурская война на КВЖД!

По межправительственному договору от 1924 года, «Китайская восточная железная дорога» признавалась совместным коммерческим предприятием двух стран. Однако, в Китае шла Гражданская война, в нём было два правительства и как минимум два десятка военных губернаторов, которые вели войну «против всех» за контроль за ресурсами на огромной территории от Янцзы до Амура.

КВЖД, за аренду которой СССР платил порядка трёх миллионов долларов³⁹ в год – была лакомым кусочком!

После так называемого «Пекинского инцидента» - официального названия разгрома Советского посольства в октябре 1925 года, в Северном Китае чрезмерно усилилось так называемое «Бэйянское правительство» - единственное государственное образование в этой стране, международным сообществом официально признанное законным.

Возглавивший его в результате октябрьского переворота 1924 года, генерал Фэн Юйсян - объявил себя маршалом, не мытьём так катанием - объединил три северные «клики» и заключил перемирие (а затем и соглашение о разделе сфер влияния) с Южным правительством (Гоминданом).

Рисунок 30. Удары Красной армии во время Конфликта на КВЖД в 1929 году. В нашей альтернативной истории, всё произошло с точностью наоборот.

Я уверен, что здесь не обошлось без дипломатического нажима наших западных «партнёров»!

Получив западные кредиты, стрелковое оружие (почему-то в основном чешского производства), боевую технику, снаряжение, военных советников, инструкторов и специалистов - маршал Фэн Юйсян реорганизовал северные войска, на базе которых была сформирована «Революционно-национальная армия» (Гоминьцзюнь).

По приблизительным прикидкам-подсчётам, в Гоминьцзюне насчитывалось порядка 300 000 штыков и сабель, из которых - около пятидесяти тысяч белогвардейцев генерала Нечаева. На вооружении имелось около сотни танков «Рено-17», столько же или чуть больше самолётов, полтысячи орудий и миномётов и четыре тысячи станковых и ручных пулемётов.

Имелась даже флотилия из полутора десятков речных мониторов и катеров - но по причине ледостава, она бездействовала.

После предъявления претензий, не получив от Советского Правительства ответа на ультиматум - от половины до двух третей этого войска, маршал кинул на КВЖД.

Было захвачено генеральное консульство в Харбине, железнодорожная и телеграфная станция, арестованы советские дипломаты, рабочие и служащие.

В этой «реальности» события развивались несколько не так - как в «реальном» конфликте на КВЖД в 1927 году.

Вернее, совсем не так!

Тогда,

основная часть китайцев - была вооруженная маузерами «С-96» или мечами, а у Особой Дальневосточной армии командарма Василия Блюхера - имелись более-менее современные самолёты и главное - первые советские серийные танки «МС-1» (Т-18), решившие исход конфликта в нашу пользу.

В этот же раз, кроме подавляющего превосходства в неплохо вооружённой живой силе - у противника имелись танки и миномёты системы Стокса…

А у наших – нет!

Да и с полководцами - получилась какая-то шняга.

Блюхер, как уже говорил - был убит ещё в сентябре, сразу после «Пекинского инцидента».

Иона Якир, возглавлявший самый мощную на тот момент группировку РККА - Украинский военный округ (УкрВО⁴⁰), ехать воевать в Манчжурию…

Отказался!

Когда попытались через его голову изъять пару дивизий для Дальневосточного фронта - получили хотя и не полноценное восстание, но всё равно мятеж отдельных воинских подразделений - не желающих ехать из тёплой Украины в «солнечную» Манчжурию.

Однако, войска - надёрганные отовсюду по принципу «с бору по сосенке», а также полководцы - всё же нашлись!

Здесь надо ещё раз напомнить, что Гражданскую войну Красная Армия выиграла, находясь под командованием «военспецов» - генералов и офицеров бывшей Русской Императорской Армии, а отнюдь не революционных солдат, матросов и рабочих. Проблема была в том, по её окончанию - их помаленьку-потихоньку начали оттирать от командных постов так называемые «краскомы»: всякие там Дыбенки, Венцовы, Федько, Урицкие - успевшие кроме краткосрочных курсов в военное время, закончить ещё и Академию РККА в мирное…

Как они там «учились» - это отдельная песТня, сейчас не про это!

Красные командиры, не принадлежавшие до Революции к офицерскому корпусу РИА - люто ненавидели бывших «золотопогонников» смертной ненавистью и, пронесли это отношение - через годы и десятилетия. Именно эта ненависть стала основной причиной печально известного дела «Весна» и, как подозреваю – одной из причин репрессий среди военных конца 30-х годов.

Случайно так получилось или это была «подстава» со стороны военспецов, но громить «белокитайцев» - охотно вызвалась группа краскомов во главе с небезызвестным Павлом Дыбенко⁴¹. Прежде известный среди военной общественности лишь драпом из-под Нарвы в восемнадцатом и, мимолётной женитьбой на генеральской дочке Александре Коллонтай он, закончив в 1922 году Военную Академию РККА - возомнил себя по меньшей мере Гинденбургом и твёрдо пообещал восстановить права СССР на Китайско-восточную железную дорогу.

Случилось с точностью наоборот: китайцы, наголову разбили противостоящую им группировку РККА и, перейдя в наступление уже на советской территории – захватили станцию Борзя и, были остановлены лишь на полпути к станции Оловянной – едва не перерезав Трансиб.

Здесь, кстати очень хорошо проявил себя «Зверобой» - 47-мм противотанковая пушка, «чертежа ОПТБ-007», выпускающая на подмосковном заводе в Подлипках – где директором мой давний знакомец Поегли. Наши с Мартыном Антоновичем детища, сведённые в отдельный истребительно-противотанковый дивизион – в первом же бою подбили с десяток лёгких «Ренушек» и наступление Гоминьцзюна захлебнулась.