Клуб 22
Шрифт:
Лукас выгнул бровь. — Держу пари, ты тоже занимаешься всякой ерундой, не посоветовавшись с ней, да?
Я застонала, потому что он знал, что был прав. Я ни разу не спросила Сеф, согласна ли она со всеми мерами безопасности, которые я принимаю вокруг нее. Но как я могла? Она понятия не имела, где таится опасность, так как же она могла эффективно защитить себя? Опять же, это была моя вина за то, что я не сообщила ей, но это был выбор, которого я твердо придерживалась.
Лукас
На этот раз, когда он поцеловал меня, поцелуй был сильным и доминирующим, его пальцы впились в мою кожу намного сильнее, чем обычно, - как будто мой Леденец демонстрировал своего внутреннего альфу. Черт. Как раз то, что мне было нужно, еще один альфа-мудак.
Его руки оставили мое лицо, меняя мое положение у него на коленях, чтобы оседлать его талию, и его член набух подо мной. Я быстро исправила этот мысленный комментарий на "огромный альфа-мудак". Очевидно, у меня был свой типаж.
Мои бедра дернулись, прижимаясь к нему с желанием, и он прикусил мою губу, словно предупреждая, что на этот раз все контролирует он, а не я. Черт, это было горячо.
Он просунул руку под пояс моих спортивных штанов и в одно мгновение нашел мою скользкую киску. Тихий вскрик сорвался с моих губ, когда он скользнул пальцами внутрь, трахая меня рукой, пока я извивалась у него на коленях. Однако его рот держал мой в плену, его язык контролировал наш поцелуй таким образом, что все мое тело воспламенилось.
Его умелые пальцы доводили меня до исступления, пока я не начала дрожать и тяжело дышать, затем он отстранился. Я застонала в знак протеста - я была так чертовски близко – но он просто обхватил меня за талию и поднял со своих колен.
— Извини, детка, — сказал он мне с горящим взглядом, — считай это своим наказанием за то, что обращалась со мной как с кем-то меньшим, чем с равным тебе. — Он встал, даже отдаленно не пытаясь скрыть, какой он был твердый. Затем он поднес пальцы к губам и облизал их, по одному, удерживая мой взгляд.
— Лукас... — выдохнула я, потрясенная и запредельно возбужденная тем, что он испытывает меня на прочность.
Он провел языком по припухшей от поцелуя нижней губе и основательно трахнул меня глазами. — Я закончу с тобой позже. — И с этими словами он вышел из комнаты.
Я смотрела ему вслед, мои губы были приоткрыты в ошеломленном неверии, а моя киска протестующе пульсировала. Затем я заметила, что Зед наблюдает за мной, и мой взгляд метнулся к нему, когда я задалась вопросом, как много он увидел.
Однако он ничего не выдал, просто оглядел меня голодным взглядом, прежде чем вернуться к деловому разговору. — Вероятно, нам следует поехать в «Анархию», — сказал он мне, в его голосе
Я тяжело сглотнула и кивнула. Это было все, на что я была способна. Я молча поднялась наверх, в спальню, которую считала своей, и превратила себя в Аида, сучку-босса. Но внутри у меня все порхало. Как, черт возьми, у всех троих моих любовных увлечений вдруг выросли яйца, достаточно большие, чтобы соперничать с моими собственными?
18
В
стреча в «Анархии» проходили гладко, что было приятной переменой. Команда маркетологов подготовила свои лучшие варианты для следующих матчей, основываясь не только на боевых способностях участников, но и на их конкурентоспособности. Они, как и мои «Лесные Волки», почувствовали, что назревают неприятности, и активизировались, чтобы способствовать успеху «Copper Wolf». Я чертовски высоко оценила это, поэтому дала им полное согласие участвовать в матчах.
Лукас был в «Sunshine Estate», готовил свою маму к переезду домой, и мы оставили с ним одного из наших доверенных «Лесных Волков» для охраны, пока мы с Зедом занимались работой. Так что никого не было рядом, чтобы поддержать разговор, когда команда маркетологов ушла, а Зед пронзил меня жгучим взглядом.
— Значит, малыш Леденец хочет быть равным, да? — Зед почти промурлыкал этот вопрос с довольной улыбкой, растянувшей его губы. Мы сидели на низких бархатных диванах VIP-бара в фан-зоне, где мы всегда устраивали собрания в «Анархии», но мы были совсем одни.
Я закатила глаза. — Конечно, ты подслушивал.
Он непримиримо пожал плечами. — Это мой дом.
Я глубоко вздохнула, поставив носком туфли на высоком каблуке на край низкого столика и уставившись на него. — Он не ошибается. Я так привыкла просто делать что-то, не спрашивая ни у кого согласия.
Зед сидел прямо напротив меня, его рука лежала на спинке дивана, выражение лица было настороженным. — Потому что это твоя работа. Это то, что помогает делать дерьмо и сохраняет людям жизнь. Лукас должен это понимать... И как бы сильно он ни хотел быть равным...
— Я знаю, — оборвала я его. — Но он учится. Пройдет совсем немного времени, и он заставит тебя побегать за твоими деньгами. — Я имела в виду это как обычную насмешку над меткостью Зеда и, казалось бы, природным талантом Лукаса обращаться с оружием. Но в ту секунду, когда это слетело с моих губ, у меня пересохло во рту.
Зед только фыркнул от смеха и покачал головой, как будто снимая меня с крючка. На этот раз. Он встал и протянул мне руку, которую я сжала. Затем он притянул меня чертовски ближе, чем я ожидала, его лицо склонилось ниже, пока его губы не коснулись моего уха.