Клирик
Шрифт:
— Попытаюсь, — неуверенно пообещала я и, вздохнув, доверительно сообщила: — Знаешь, я от богини отрезана.
— Как это — отрезана? — удивился жрец. — Быть того не может.
— А у меня может. Мне канал силы перекрыли.
— Всем бы так перекрывали, — фыркнул Морвид, откидывая капюшон с головы и позволяя легкому ветерку шевелить редкие волосы. Он явно не верил моим словам. — Когда ты второй раз свет Лемираен отдавала, я едва не захлебнулся, хотя при этом только направляющим каналом был. Ну а уж третий! Хоть по силе там немного было, но вот ее чистота… Ты же исчерпалась вся подчистую, едва не выгорела. Вон даже кровь горлом пошла с натуги. Неудивительно, что у тебя такое ощущение, словно силы нет
Я с кряхтением поднялась и потопала к посоху. Трава в радиусе двух метров вокруг него оказалась словно бы вытоптанной, а камни, упавшие на землю, ограничивали этот круг еще более четко. Стараясь не задеть их, я приблизилась к посоху. Обычная и гладкая с виду деревянная палка, с резным орнаментом в навершии — ничего особенного, разве что в том месте, которое жрец обычно зажимал в ладони, она сверкала, как воском натертая, да легкое марево то появлялось, то исчезало вокруг отполированного хвата. С опаской протянула руку, и показалось, что поначалу воздух спружинил, а потом это ощущение пропало, и я ухватилась за посох. Ничего не произошло. Чуток качнула посох — тоже ничего. Встала вплотную — опять облом. Н-да…
— Морвид, что делать-то надо? — прокричала жрецу.
Тот поднялся и пошел ко мне. Остановившись за каменным кругом, он внимательно посмотрел на меня, нелепо держащуюся за посох, словно на неопытную стриптизершу, впервые увидевшую шест.
— Что чуешь? — устало спросил он.
— Ничего, — пожала я плечами.
— Тогда силу тяни. — Жрец сказал это с таким видом, словно пояснял простую и общеизвестную истину сопливому ребенку.
Чуть прикрыв глаза, попыталась в обратном направлении, так же, как отдавала, забрать обратно. Не вышло! Сложно что-либо в закрытый сосуд, то есть в меня, налить. Сила не желала входить. Я словно бы ее зачерпнула, а куда деть — не знала. Она буквально жгла, как если бы пришлось удерживать раскаленный уголек. Помучившись несколько мгновений, я выплеснула ее на землю. Тут же неожиданно вскрикнул Морвид и принялся сбивать с балахона возникшее неизвестно откуда пламя.
— Ты что творишь?! — закричал он, за считаные мгновения справившись с огнем. — Спятила?!
Я отпустила посох и отшатнулась от него. Ладони горели, словно мне пришлось разгребать раскаленные угли. А жрец тем временем, перешагнув через камни, приблизился ко мне и странными движениями рук, как бы ощупывая воздух вокруг посоха, пошел посолонь [35] . Только сделав три круга, он с усилием смог выдернуть его из земли.
— Знаешь что, девочка, — начал он, пристально глядя на меня. — Пока не научишься контролировать свои возможности, ты опасна и для самой себя, и для окружающих. Спасибо, конечно, что часть силы откачала. Но зачем за магический круг сливать?! Самое главное правило жреца или клирика — любая сила в свободном состоянии ищет ближайший объект приложения. Если б тут была нечисть, ту, конечно бы, пожгло от светлого огня Лемираен, и это было бы хорошо. А вот меня, служителя серых и туманных сил, неспособного в больших количествах принимать ваше чистое пламя, подпалило. Ты стояла в замагиченном круге. У Бриана способностей нет, у квартеронов зачатки своей эльфийской магии, вот мне все и досталось — я для нее своеобразным громоотводом стал. Думай в следующий раз, что делаешь, вспоминай основы, которым тебя в монастыре учили. А то если не сама выгоришь, так кого-нибудь сожжешь.
35
Посолонь( устар.) —
— Меня в монастыре такому не учили, — сконфуженно ответила я на вполне заслуженное негодование Морвида. — И Элионд про подобное не рассказывал.
— Еще бы он тебе рассказывал, — фыркнул жрец и, волоча посох по земле, словно тот был неподъемным, пошел обратно к месту нашей стоянки, я двинулась следом. — Несмотря на то что лечит он знатно, демир готовит замечательный и советы дает неплохие, силы в нем ровно на его занятия. Элионд уже не помнит, как контролировать объемы, которые ты интуитивно зачерпываешь. С его способностями не понять, сколько мне во второй раз пришло. Вроде как поднять двухсотфунтовую глыбу — пытаться может сколь угодно, а вот суметь — это вряд ли. — Морвид, обернувшись ко мне, поинтересовался: — А ты чего силу просто так вылила?
— Сложно налить что-либо в запечатанный кувшин, — пояснила я. — Не пожелала она возвращаться. Я ж сказала тебе, что кто-то мне плотину поставил, ограничив мои возможности. Мне Элионд это сказал. Так что теперь я могу только привидения по болотам гонять да чих лечить, — я повторила слова старика.
— Чих?! Привидений?! — казалось, удивлению Морвида не было предела. — Может быть, чахотку, а не чих? Ну-ка, давай садись к дереву, — мы как раз неспешно вернулись обратно. — Я хоть и не особо разбираюсь в путанице силовых потоков Лемираен, но опыт кой-какой есть.
Я послушно села, а жрец, опершись на посох, стал вглядываться. Прошла пара минут, прежде чем он пошевелился, крякнул и даже озадаченно почесал макушку.
— Все-таки нет равных старому пеньку в установке причин, — сказал он после небольшого раздумья. — Ничего толком разобрать не могу, но возможностей в тебе сейчас действительно только на хиленькое привидение. Однако если вспомнить про ту мощь, что ты мне выдала… Нет, Элионд был прав полностью. Ладно… — Он, обернувшись, крикнул: — Бриан, нашел что-нибудь похожее?!
Барон подошел к нам, вид у него был хмурый и тревожный одновременно. В ответ на вопрос Морвида он отрицательно качнул головой.
— Куча всего — от мелкого щебня до глыбы, но ключ-камень я не обнаружил. Похоже, здесь нет заговоренных камней.
Жрец стукнул своей палкой в землю от негодования.
— Тогда я вообще не понимаю, что здесь происходит! Если до этого у меня были предположения, то теперь вообще никаких! Бриан, ты еще раз можешь дословно пересказать, что тебе сказал комендант города?
Я насторожила ушки. Наконец при мне пошел разговор, который должен был прояснить суть этой нашей поездки и всего происходящего здесь.
— Ничего важного он не сообщил, — начал барон. — Сказал, что его дальний родственник давно вестей из маленькой деревеньки, что под Каменистой Горкой, не посылал. А на самой Горке странные вещи творятся, огни зеленоватые мелькают. Он отправил туда пару человек — они не вернулись, больше не рискнул и попросил нас заглянуть, денег предложил за это, как положено.
— А зачем коменданту города Лотерма из Ремила по просьбе дальней родни узнавать про жителей деревни из совсем другого государства Ваймер? — резонно удивился Лорил. Квартерон внимательно слушал разговор. Его брат, все такой же бледный, лежал на одеяле, закрыв глаза, но было заметно, что и он прислушивался к беседе.
— Скорее всего, там какие-то личные интересы вроде контрабанды или лихого товара примешаны, — пояснил Бриан. — Мне все равно, что у него, но если платит приличные деньги, то почему бы не съездить. Тем более Ольну нужно было проверить. Вот и проверили, кстати. — После этих слов я насупилась, но против ничего не сказала. — Суть не в этом, для нас теперь главное разобраться: почему здесь подобное происходит и отчего камни залетали.