Клирик

Ковалевская Елена

— В ваших руках судьба мира! — тем временем продолжал бог. — И только от вас зависит, каким он будет. Погрязнет ли в Хаосе или останется таким же прекрасным, каким и был до этого! Я привел клирика, который остановит захватчиков, вернет равновесие Бельнориону, закрепит нас на небесах, а мы подарим вам спокойствие и процветание.

Все посмотрели на меня и на чашу, сверкающую драгоценными камнями в лунном свете.

— Дети мои, я вам Отец небесный! Сила моя с вами, она станет подспорьем в борьбе с порождениями Бездны!

В

руках Ярана полыхнул алый свет, который на миг окутал всех стоящих на площадке. И люди подобрались, лица их просветлели, в глазах зажглась уверенность.

— Я с вами! Я Отец Дружин! — громыхнул он напоследок и, вспыхнув огненной кометой, растворился в ночном небе.

Едва бог исчез, большинство столпившихся на площадке поспешили вернуться в бой, ибо благословение бога войны давало надежду на победу. Оставшиеся же, словно их притягивала чаша, стали напирать на нас. Они стремились коснуться ее, словно она могла принести удачу. Но вот, разгоняя людей по местам гневными окриками, к нам протолкнулся седой воин со шрамом, наискось пересекавшим лицо и разделяющим его на две половины. Он окинул внимательным взглядом сначала Бриана, потом Морвида и только потом посмотрел на меня.

— Команда барона Сен-Аманта в полном составе, — утвердительно протянул он. — Что ж, я так и предполагал. Только такой лидер, как Бриан, способен потащить в болото девчонку в качестве клирика.

— Приятная встреча, Лучезарный, — сухо ответил Бриан. — Вы тоже всегда в самой гуще событий.

— Довольно комплиментов, — отрезал тот и, вновь посмотрев на меня, сказал: — Алтарный предел захвачен. Чтобы добраться туда, придется прорываться с боем. Поэтому, девочка, отдавай-ка священный сосуд. Без тебя управимся.

— Сейчас, бегу-тороплюсь! — угрюмо ответила ему.

Хотя я и догадывалась, что этот старик не последняя шишка в этой крепости, но так просто отдавать чашу, ради которой меня сюда закинули, не собиралась.

— Я эту чашу приняла, я же и проведу ритуал.

Старик скривился, как от оскомины.

— Мне некогда с тобой пререкаться, юный клирик. Каждая минута дорога. Еще немного — и твари пробьют портал в Бездну… — Неожиданно оборвав речь, он зачерпнул силу.

На мгновение у меня аж язык к гортани прилип — вот это мощь! Но потом, стряхнув оцепенение, в ответ я распахнула свой канал.

Воздух заискрился, пропитанный светом Лемираен.

— Я Стабилизатор этого мира, — мой голос под действием энергии богини усилился, достигая края площадки. — Я отмечена двумя богами. Двумя мирами! И только я, чтобы раз и навсегда прекратить циклы, могу вылить свет на Камень Трех Душ!

Старик отступил, глядя на меня с удивлением, словно вместо кошки увидел разъяренного тигра.

— Вот как?! Сила — это еще не все. Кто может поручиться…

— Она ученица Элионда, — неожиданно ответили откуда-то сбоку.

Я оглянулась. Рядом со мной в стальном нагруднике, в белоснежном балахоне стоял

мужчина. Лицо его было настолько непримечательным, что взгляд соскальзывал, отказываясь запоминать.

После этих слов старик задумался.

— Тогда пророчество исполнится, — выдохнул он. — Ну что ж, тогда это, может быть, и к лучшему… — И, рубанув рукой, словно на что-то решаясь, распорядился: — Я дам вам лучших бойцов, чтобы вы смогли дойти до алтаря. И да поможет нам Пресветлая!

Зычным голосом он начал отдавать приказы, а я, склонившись к Морвиду, спросила:

— Кто это?

— Пятый Перст Лионид — самый сильный клирик после Лефейэ, — пояснил тот. — Я не удивлен, что он здесь. А вот для Бриана это, похоже, оказалось неожиданностью…

— Ничего неожиданного! — с едва сдерживаемым рыком отрезал тот. — Отец Ванессы всегда в самых опасных местах. Я больше удивлен, что этот хлыщ Гарост тут делает. Он всегда был лизоблюдом у Первого Перста, а не у Пятого.

— Мало ли дел, — отмахнулся жрец. — Лучше давайте готовиться.

У воинов я выпросила себе подходящий щит, ведь мой со всем остальным доспехом уехал в Лорунд. Проверила, удобно ли висят на поясе пернач и клевец, пробежалась кончиками пальцев по Викторовым ножам — если они надежно упокаивают тварей хаоса, то такое оружие незаменимо. Намотала на запястье четки Лемираен, подаренные Арагорном, — у меня должен быть бесперебойный канал к силе богини. Повесила на шею на шнурке в мешочке кристалл Морского народа и жемчужины, полученные в тумане. Примотала веревкой чашу за ручки у талии на спине, еще раз перепроверила, как застегнут плащ у горла, надела шлем и… Я оказалась полностью готова к грядущему бою.

Барон со жрецом тоже приготовились, квартероны натянули тетивы на луки, попробовали на остроту длинные кинжалы. Команда была в сборе, и все намерены идти до конца.

— А я? — раздался робкий голосок. Мы с удивлением оглянулись.

Эльма с закушенной от волнения губой, сжимая в руках кинжал так, что пальцы побелели, умоляюще смотрела на нас.

— Раз уж я прошла с вами все болото, то…

— Ты будешь обузой, — отрезал Лиас, и он был прав.

— Мы не имеем права на ошибку, — вторила я квартерону. — И на задержку тоже права не имеем. А ты будешь сковывать всех своим присутствием. Найди место поспокойнее и дождись нас.

Девушка безмолвно заплакала. Тогда я, подойдя к ней, обняла и зашептала на ухо:

— Пока мы будем отвлекаться на твою защиту, сами можем прозевать удар и погибнуть. Пойми.

— Я понимаю, — прошептала она. — Но…

— Вот и хорошо, — не стала слушать я дальше.

Ободряюще похлопала ее по плечу и обернулась к команде:

— Долго еще?

Меня потряхивало от волнения. Я еще никогда не была в сражении, где рядом со мной плечом к плечу будут гибнуть люди только для того, чтобы мне удалось пройти дальше.