Клирик

Шеллина Олеся

— Это предполагалось. Именно поэтому мы заняли клириков работой. Пускай по назначению служат, и не пытаются лезть, куда их не просят. Школу поместили в карантин? — голос двойника звучал всё уверенней.

— Я так и не понял, зачем тебе эта школа? — голос Долгорукова звучал ещё ближе.

— Да затем, что там единственное место, где пантеры выходят в этом мире. А нечисть такого наворотила… — В голосе двойника звучала явственная усмешка. — Этот мир только начало в моих планах. Первая ступень, если можно так сказать. Жаль только эта тварь стащила якорь. И откуда он углядел мерцание

межмирового предмета? Ну, ничего, и в монастырь можно проникнуть. Они же не посмеют отказать императору в подобной мелочи, — он расхохотался, и они вышли прямо на нас.

— Сюрприз, вашу мать, уроды! — заорал Петька и бросился мимо меня прямо на двойника. Собственно, правильно, он выбрал того, кто слабее, оставив мне более сильного противника.

Они явно не ожидали нас здесь увидеть. Настолько, что даже клирик-ренегат на пару секунд остолбенел. И этой секунды хватило мне, чтобы принять окончательное решение. Собственно, я планировал нечто подобное, потому что, не смогу справиться с Долгоруким один на один. Просто не смогу. Мне нужна помощь, и Петька этой помощью явно не является.

Повинуясь наитию, я бросил Петьке тот самый кинжал, который мне подарил отец-настоятель. Сам же бросился к Долгорукому, на ходу активируя перстень, стараясь во всех подробностях представить место, куда я хочу переместиться.

Портал сработал в тот самый миг, когда я ухватил его за рукав и рванул на себя. Перемещение было настолько неожиданным, что ни один из нас не сумел удержаться на ногах при приземлении.

Мы повалились на землю, и покатились по ней. К счастью, я успел отпустить рукав куртки Долгорукова и ловко отполз в сторону, в то время, как клирик вскочил, активируя мощный светляк, который, взмыв в воздух, осветил округу на десяток метров.

Мне же повезло. Я отполз к той самой траншее, в которой когда-то мы с Ольгой нашли трупы. Невдалеке журчала река, и воздух был наполнен запахом свежести. Но было уже довольно холодно. Осень начала вступать в свои права.

— Где ты, щенок? — прорычал Долгорукий, и его красивое, часто бесстрастное лицо исказилось от ненависти и ярости. — Выходи, прими смерть, как мужчина.

Он не спеша вытащил кинжал, и принялся осматриваться. Я отполз дальше по канаве, стараясь не издавать ни звука.

— Петя, лучше по-хорошему вылезай, обещаю, я тебя не больно убью, — промурлыкал Долгорукий, шаг за шагом приближаясь к тому месту, где я прятался. — Ну же, я даже магией пользоваться не буду. В первую минуту, — явно издеваясь, добавил он. — Дам тебе фору. Как старший товарищ, младшему товарищу. Ну же, все клирики — братья. Или такому больше в монастыре не учат?

Вдалеке раздалось едва слышное конское ржание. Я призвал дар. Нужно выбираться и, хотя бы несколько минут продержаться против этой скотины. Пока не придёт помощь. И всё это время надеяться, что помощь всё-таки придёт.

Одним прыжком я выпрыгнул из канавы за спиной у Долгорукого и в его сторону полетела водная сеть. Он почувствовал применение дара, и ушёл в сторону. Развернувшись, Долгорукий оскалился.

— Ай, ты мой хороший. В спину бить в монастыре точно не учат. Мы гораздо больше похожи, чем ты думаешь, — пришла моя очередь

падать на землю, пропуская над собой обычный файербол.

— А кто-то лжёт, как дышит, — я вскочил и отпрыгнул в сторону, и одновременно из-под ног моего противника прямо из земли выскочил водный хлыст и, захватив его ноги, опрокинул на землю. — Ты же говорил, что не будешь пользоваться магией? — ударить мне его не удалось, потомку уже через полсекунды он был на ногах и метнул в меня один из метательных ножей.

Я поймал его за рукоять и отправил обратно, уворачиваясь от воздушной волны. Долгорукий явно забавлялся, играя со мной, с уверенностью кота, который сумел загнать в угол мышь.

— Минута прошла, Петя. — Ухмыльнулся он и стремительно приблизился.

Наши кинжалы столкнулись. Подсечка, и я почти падаю, но успеваю ухватить его за куртку и перебрасываю тело ему за спину. Удар под лопатку не прошёл, он ловко вывернулся и ударил меня по лицу. Я не успевал погасить инерцию и не сумел полностью уклониться от этого удара. Глаз практически сразу начал заплывать, и из-за этого я плохо видел, что творится у меня сбоку.

— Я столько думал, — проговорив это, я в который раз упал на землю и откатился на этот раз довольно далеко от него. — Я был готов ко всему, включая столкновение миров. Но, я, чёрт подери, не был готов к тому, что это обычный, банальный, мать твою, заговор. Очередной дворцовый переворот.

— Наша жизнь полна сюрпризов, не так ли? — Долгорукий стремительно приблизился. — Это было даже забавно смотреть, как все вы мечетесь, пытаясь найти разгадку, которая всё это время была на поверхности. А ведь я тогда не лгал тебе. Если бы всё пошло, как и было задумано и эта дурёха-наследница влюбилась под воздействием зелья в тебя, то погиб бы ты один. И никаких больше катаклизмов не случилось бы. Может быть, даже школа всё ещё стояла целёхонькой. И Пётр вместе с Назаровой закончили её, всё честь по чести. Но, нет, тебе так захотелось всё усложнить. Вот какая нелёгкая потащила тебя в монастырь?

— Получить возможность противостоять тебе? — я вскочил и сжал рукоять кинжала, который засветился странным голубоватым светом с чёрными вкраплениями.

— О, ты дошёл в обучении до слияния подвластных тебе стихий с кинжалом? — в его голосе прозвучало искреннее удивление. — Пора оставлять эти игры. А то ты и вправду сумеешь преподнести мне сюрприз, — и он решительно шагнул ко мне, а вокруг него начала закручиваться в смертельную спираль огненная нить, которая практически сразу сорвалась в мою сторону, направляемая волей призвавшего её мага.

Щит возник на пути этой дряни мгновенно, но он не выдерживал такой мощи. Резко отпустив его, я окутал себя водным коконом, и успел метнуть нож. Долгорукий был так сосредоточен на своём творении, что поймал нож плечом. Яростно зарычав, он вырвал нож из своей плоти и на меня обрушился шквал ударов.

Похоже, ему действительно надоело играть со мной в игры, и он решил покончить с такой козявкой, как я, побыстрее. Отбивать удавалось только три удара из пяти. Уже через десять секунд правая рука повисла плетью. Эта сволочь прекрасно знала, куда надо бить, чтобы наверняка.