Клич чести

Райс Морган

«И мы даже не знаем, где находится Меч!» - сказал другой. – «Уайльдс простирается на миллионы миль. Он может быть где угодно!»

«Это будет чистым самоубийством», - заметил третий. – «Нам ничего не остается делать, кроме как подготовиться к нападению».

«Я поеду», - сказал Тор, делая шаг вперед в большой круг мужчин.

Все присутствующие хранили молчание – в этой тишине даже было слышно, как жужжит муха.

Тор чувствовал на себе их взгляды, ощущал, как его переполняет энергия. Молодой человек никогда не ощущал себя таким живым. Он знал, что это безумно и опрометчиво,

что у него нет шансов. Но, кроме того, Тору казалось, что именно для этого он и рожден, он гордился собой из-за того, что не поддался страху. Дело было не в выживании. Это был вопрос чести.

«У тебя большое сердце, Торгрин», - сказал Кольк. – «И ты делаешь Легион предметом гордости. Но ты не выживаешь. Даже ты».

«Вопрос не в выживании», - ответил Тор. – «Вопрос в том, чтобы делать то, что является правильным. Для нашего королевства. Для всех нас».

Мужчины продолжали хранить молчание.

«Но больше никто не вызывается идти с тобой», - сказал Бром. – «Даже среди этих храбрых и прекрасных воинов. И я не могу их винить».

«Тогда я пойду один», - сказал Тор, принимая решение. Он был настроен решительно.

«Я присоединюсь к нему!» - раздался голос.

Обернувшись, Тор увидел, как вперед вышел Рис и встал рядом с ним.

«И я!» - сказал О’Коннор.

«И я!» - произнес Элден.

«И мы!» - сказали близнецы.

Тор приободрился, когда все его друзья вышли вперед. Группа из шести молодых людей стояли все как один, готовые вместе встретиться со смертью.

Кольк покачал головой.

«Вы сошли с ума, все вы», - сказал он. – «И вы самые храбрые мужчины, которых я когда-либо видел».

Бром вышел вперед и положил руку на плечо Тору, глядя ему в глаза.

«Кем бы ты ни был, мальчик», - сказал он. – «Твои предки могут тобой гордиться».

Он пристально рассматривал Тора, словно решая что-то.

«Тогда отправляйтесь», - наконец, произнес Бром. – «Найдите меч. Принесите его домой. Судьба нашего королевства находится в ваших руках».

«Мы покинем королевский двор и отправимся в Силесию, где создадим новый двор в ваше отсутствие», - сказал Годфри. – «Мы будем ждать вашего возращения. Возвращайтесь скорее. И не погибайте».

Мужчины разошлись, а Тор стоял там, чувствуя, как меняется его мир, пошатнув все вокруг него. Затем он почувствовал руку на своем запястье.

Обернувшись, Тор увидел Гвендолин, которая стояла рядом с ним со слезами в глазах. Его сердце разбилось при одном взгляде на нее.

«Прежде чем ты уйдешь, поговори со мной минуту», - попросила она.

Отойдя от толпы, Тор пошел вместе с Гвен, уединившись за каменной стеной. Девушка посмотрела на него, и по ее щеке потекла слеза.

«Я не хочу, чтобы ты уходил», - сказала она. – «Пожалуйста. Не после всего, через что мы прошли».

«Но если я этого не сделаю, щит нельзя будет восстановить», - ответил Тор. – «Империя нападет на нас. С нами со всеми будет покончено».

Гвен покачала головой.

«С нами в любом случае покончено», - сказала она. – «Меч исчез. Щит уже никогда не будет восстановлен. Ты никогда его не найдешь. Ты просто умрешь там один. Если нам суждено умереть,

я бы предпочла умереть вместе с тобой».

Тор покачал головой.

«Тогда твоя смерть, смерть каждого из нас будет на моей совести, потому что я должен был попытаться найти Меч. Я должен это сделать, Гвендолин. Ты, как никто, должна меня понять. Пожалуйста. Я не хочу оставлять тебя. Ты знаешь, как сильно я тебя люблю. Я ничего не хочу так, как остаться рядом с тобой. Но я должен это сделать. Для нашего королевства. Для Кольца. Для чести. Неужели ты не понимаешь?»

Девушка медленно кивнула, опустив глаза вниз, вытирая слезы.

Тор почувствовал, как кольцо, данное ему матерью, изнутри прожигает его рубашку и в эту минуту больше всего на свете ему хотелось опуститься на одно колено и сделать Гвендолин предложение, попросить ее стать его женой. Одна часть его чувствовала, что этот момент настал.

Но другая часть понимала, что делать ей предложение было бы несправедливо. Он собирался уезжать туда, где, вероятно, его может ожидать смерть. Если она выйдет за него замуж, тогда навсегда останется вдовой. Это будет несправедливо по отношению к ней.

Тор решил сохранить кольцо там, где оно находилось, а как только он вернется – если он вернется – тогда он сделает Гвен предложение. Тогда они смогут провести вместе вечность.

Он нагнулся, поднял ее подбородок и заглянул в ее глаза. Тор улыбнулся Гвен, вытирая ее слезы, наклонился и поцеловал девушку.

«Я люблю тебя, Гвен», - сказал он. – «Больше, чем могу выразить словами».

Она задохнулась в слезах, продолжая плакать, и крепко обняла молодого человека.

«Я не хочу, чтобы ты уходил», - сказала она.

«На этот раз ты будешь в безопасности», - заверил ее Тор, хотя у самого разбивалось сердце. – «Ты будешь со всеми этими людьми. Ты станешь править своим собственным двором. Тебя будет защищать целая армия. Теперь никто не обидит тебя».

«Я боюсь не за себя», - сказала Гвен. – «А за тебя».

Наконец, Тор отстранился и заглянул ей в глаза.

«Я вернусь к тебе, моя любовь», - пообещал он. – «Ни луна, ни звезды, ни небеса не смогут удержать меня от тебя».

Гвен едва заметно улыбнулась, пока по ее щеке бежала слеза.

«Хотела бы я в это верить», - ответила она.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Король МакКлауд вырвался из своего замка, когда второе солнце садилось в небе, и побежал через площадь своего королевского двора, сгорая от ярости. Он вскочил на своего коня и, пнув его, помчался галопом через свой небольшой город, через одни из арочных ворот, выезжая на пыльную дорогу, ведущую в горы. Десятки верных ему людей следовали за своим королем. МакКлауд все сильнее и сильнее пинал своего коня, в то время как в его венах бежала ярость. Он только что получил вести о том, что его сын сбежал вместе со своей женой, что он вырвался из его рук до того, как МакКлауд смог воспользоваться шансом и сначала пытать, а потом и убить их обоих, сделав примером для других.