Клеймо
Шрифт:
Меган вспомнилось, как в Тикар-Норте она укусила кого-то из нападавших.
— Надеюсь, болит — и очень сильно.
— Послушай, стерва, займись доктором Качински. Ты жива благодаря ему, если до сих пор не дошло.
Голова по-прежнему кружилась. Меган не могла вспомнить, когда в последний раз ела или пила.
— Вы не скажете, что это за место?
— Нет. Еще вопросы есть?
Вопросов накопилось море, но отвечать на них охранник не собирался, и Меган вернулась к пациенту. Мускулистый латиноамериканец — она случайно услышала, как кто-то назвал его
Женщина объяснила, что генетик заболел неделю назад. Высокая температура, озноб, обильный пот, головные боли и ломота в спине. Качински сам поставил диагноз — малярия — и распорядился лечить его физраствором внутривенно и хлорохином, лекарством против малярии. На четвертые сутки показалось, что ему полегчало.
Однако два дня назад — на пятые сутки болезни — жестокая лихорадка вернулась, и генетик обнаружил новые симптомы: кашель с кровью, бред, желтуха и сыпь по телу.
Ему стало заметно хуже, и это спасло жизнь Меган — пусть и ненадолго.
— Позовите Кальдерона, — обратилась она к охраннику.
— Я не выполняю ваших приказов. И потом, где вы слышали это имя?
Меган пропустила вопрос мимо ушей.
— Если хотите, чтобы доктор Качински жил, позовите сюда босса.
Охранник поднялся со стула и что-то крикнул в коридор.
Дожидаясь Кальдерона, Меган обследовала пациента заново. На вид ему было лет шестьдесят пять, но желтизна кожи сильно старила. Он учащенно дышал — намного чаще, чем при лихорадке. В желтоватых глазах распухли кровеносные сосуды. Когда она ощупывала справа верхнюю четверть живота, Качински застонал: печень была воспалена.
Туловище и конечности усеивали крапинки. Петехия — точечное кровоизлияние. Начинали разрываться самые крохотные кровеносные сосуды — капилляры.
Немало тропических болезней подходили под симптомы и данные внешнего осмотра. Малярия, тропическая лихорадка денге, желтая лихорадка, брюшной тиф. Однако глаза пациента подсказывали Меган другую возможность.
Лептоспироз. Инфекция, которая передается при контакте человека с жидкими выделениями инфицированных животных. Однажды, во время практики, она уже видела пациента с такой болезнью — умеренный случай. Ей запомнился красочный рассказ Элмера Маккены, когда тот привел в пример осаду Каира Наполеоном в 1812 году. Вспышка лептоспироза нанесла тогда серьезный урон его войскам. Но запомнилось и другое. Болезнь надо лечить пенициллином.
Больной терял жидкость, но техник-лаборант уровень не восстанавливала. Меган решила увеличить интенсивность внутривенных вливаний. Расчетливый риск. При жесткой форме лептоспироза почки откажут, и пациент буквально захлебнется физраствором. С другой стороны, потеряв много жидкости, больной просто умрет от обезвоживания и сосудистого коллапса.
В сопровождении азиата в комнату вошел Кальдерон.
Прежде чем он что-то успел сказать, Меган вручила ему список:
— Здесь перечень лекарств и принадлежностей. Они мне
Изучая список, Кальдерон хмыкнул:
— С чего вы взяли, что я вам все это достану?
— Если Качински умрет, меня скорее всего убьют. Если выживет, какой с меня прок? Выходит, что так, что эдак, меня не оставят в живых. Поэтому делайте что хотите.
Кальдерон засмеялся:
— Ладно. Получите свои цацки.
Когда Фрэнки почистил ботинки, в комнату вошла стройная женщина с седыми волосами. Неторопливой походкой и короткой прической она напомнила Люку учительницу в третьем классе. Все остальное — белая блузка, длинная юбка до пят, деревянные четки с крестом — говорило о том, что перед ним монахиня.
Она обменялась с Фрэнки фразами по-испански, и мальчик покинул комнату.
Женщина повернулась к Люку.
— Сестра Марта Энн, — проговорила она то ли с британским, то ли с южноафриканским акцентом. — Фрэнки сказал, вы приехали из Соединенных Штатов.
— Да. — Он протянул руку. — Эд. Эд Швирс.
Женщина внимательно посмотрела на его левое плечо.
Люк наконец-то заметил расплывающееся красное пятно на свежей рубашке, которую успел надеть в такси, когда искал мальчишку.
— Наткнулся на что-то острое, — солгал он. Интересно, многие ли начинают разговор с монахинями с постоянного вранья?
— Вы приехали работать или отдохнуть? — спросила она.
— Ни то ни другое. Я пытаюсь найти без вести пропавшего коллегу.
— Да вы что?
— Молодая женщина, врач. Исчезла несколько дней назад вместе со священником.
— Отец Джозеф, — утвердительно сказала монахиня.
— Вы знакомы?
— Нет. Но я молюсь за него. И за вашу коллегу тоже.
— Вы работаете для… — Люк замялся, не сумев подобрать нужное слово.
— Мы с отцом Джозефом католики. Правда, никогда не встречались. Он миссионер общества Маринолл, а я состою в ордене Сестер милосердия.
— Что-нибудь знаете о том, как их похитили?
— Почти ничего. Вчера я разговаривала по телефону с наместницей ордена в Гватемале, которая когда-то работала вместе с отцом Джозефом в Пактумале. Она вкратце пересказала последние новости о похищении. — Монахиня пожала плечами. — Боюсь, что мне добавить нечего.
— Пактумаль — это город?
— Скорее, небольшое поселение. Когда отец Джо не путешествует по деревням майя, он живет там с еще одним священником, отцом Томасом. Это их церковный приход.
— А где находится Пактумаль? — Люк почувствовал, что первоначальный план поехать в Санта-Лючину меняется на ходу.
— К юго-востоку отсюда, но я там никогда не была. Можно сказать, ваша коллега потерялась на краю цивилизации. Эта территория даже не отмечена на картах. — Монахиня с сомнением посмотрела на Люка. — Вы здесь сами по себе?
— Да.
— Пактумаль расположен почти на границе с Белизом, на довольно приличном расстоянии от главной автострады. Но если готовы заплатить, мы найдем водителя автобуса, который согласится вас довезти. Сможете уехать завтра утром.