Клеймо Солнца
Шрифт:
— То есть твоя роль в этой авантюре определена? — настороженно спрашивает он и внимательно изучает выражение моего лица.
Притворяться нет смысла. Вдруг чувствуя, как раздражение покидает меня вместе со всеми душевными силами, я тяжело вздыхаю и устало тру переносицу, потому что моя голова внезапно начинает болеть. Догадываюсь, что Ньют чувствует мою скорую капитуляцию: когда я убираю ладонь от носа, его лицо перекошено ужасом, и теперь, словно сложив пазл полностью, он даже не пытается взять себя в руки.
— Дэн, что ты творишь, чёрт побери?! — рычащим шёпотом произносит он. — Что ты творишь?!
Я
— Генерал давно хотел заполучить тебя в союзники, ведь понимал, что если люди увидят рядом с ним такого воина, как ты, к тому же, сына важного человека, то это увеличит его авторитет в глазах и политиков, и военных, и простых граждан Тальпы! Дэн, он догадывается, что в твоём теле не только обычные боевые импланты, но и такие, что способны однажды закрыть путь в Третье крыло и при этом обеспечить безопасность! Генерал знает, что тебе нельзя доверять, но понимает, что тебя можно использовать в своих целях. Хотя бы до поры до времени. Он глуп, однако интуиция подсказывает ему верные решения. Иначе с его неспособностью к разного рода умозаключениям он давно был бы раздавлен системой, как насекомое!
Оутинс смотрит на меня не отрываясь, а я, замерев, слушаю его речь. На последних словах, едва не захлебнувшись ими, мужчина делает короткий вдох и продолжает напряжённым шёпотом:
— Эта же интуиция подсказывает генералу, что нужно собрать лучшую команду, найти людей, которые при этом умеют молчать. Бронсон не может раскрыть планы, но ему важно знать твоё мнение, потому что он чувствует в тебе человека, способного разработать хороший план действий! Он всегда понимал, что вероятность, будто ты согласишься с ним сотрудничать, невероятно ничтожна, поэтому никогда не пытался перейти в наступление. В его руках оказывается землянка. Какая невероятная удача! Это событие притупило чувство самосохранения, эйфория от внезапной победы, как я вижу, заставила генерала рисковать. Поддержкой Ребекки он заручился давно. Не побоялся втянуть и тебя! Олфорд пыталась запугать его, напомнив, чей ты сын и каковы будут последствия вашего сотрудничества, но это едва ли повлияло на воодушевленного удачей генерала. Совсем с ума он, конечно, не сошёл, поэтому попросил помощи только в том, чтобы вмешаться в чужое сознание. Но увидев, что ты с лёгкостью справился с этой задачей, и даже больше — заговорил с землянкой, Бронсон потерял связь с реальностью и страх поражения. Он всё-таки предложил тебе сотрудничество!
У меня приоткрывается рот, и, заметив это, я поспешно его захлопываю. Конечно, от Ньюта Оутинса мало что можно скрыть, но от мысли, что он знает всё в таких подробностях, становится действительно жутко.
— Откуда ты знаешь? — шепчу я, не скрывая удивления и растерянности.
— Может, поговорим о более важном? — с нездоровым воодушевлением предлагает Оутинс. — Меня не шокирует идиотизм генерала! Гораздо любопытнее, какого чёрта ты уже строишь планы по спасению невиновной души?
Да, от него определённо ничего не скрыть…
Я с трудом выдерживаю суровый взгляд зелёных глаз.
— Я спрашиваю тебя: какого чёрта ты строишь планы по спасению землянки? —
Действительно, почему?..
— Разве я тебя когда-нибудь подводил? — пытаюсь начать я, однако Оутинс со страстью рявкает:
— Нет! Но в этот раз всё иначе…
— Потому что речь идёт о планете?
— Дэн, человечество туда не вернётся! А мысль, что твоя мама могла остаться в жив…
Моё лицо моментально каменеет, и я зло упираюсь взглядом в зелёные глаза.
— Вы все сговорились?! Что вы твердите мне одно и то же?
— Может, стоит прислушаться? — язвит Ньют, но меня такой ерундой не отвлечь.
— Разве я уже надел скафандр? — в тон ему спрашиваю я, и мужчина с готовностью отвечает:
— У тебя это не займёт много времени. Даже не лги мне, что это не так, не говори, что не задумывался о том, чтобы ей помочь, — предупреждает Оутинс. — Даже не лги.
Я отвожу взгляд и молчу, отчего Ньют приходит в ещё большее исступление.
— Ты совсем с ума сошёл?! — громким шёпотом бранит он. — Возомнил себя героем — снова?!
Мышцы сводит от напряжения, и я веду плечами, пытаясь его скинуть. Наши взгляды встречаются и упрямо сверлят друг друга. Оутинс задевает меня за живое и прекрасно это осознаёт.
— Что?! Соскучился за образами?! — не успокаивается он. — Так я расскажу тебе их все!
— Не нужно, — тихо предупреждаю я, но Оутинс не слушает.
— Маски, которые человек срывает со своего лица, пока одна не приклеивается к коже намертво и человек не срывает маску вместе с ней…
— Перестань, Ньют…
— Космонавт посреди десятков и сотен скелетов — и все они спустя пару секунд сгорают в огне…
— Прекрати.
— …а паучиха с человеческим лицом, что падает с толстой нити, когда та обрывается?
— Хватит! — восклицаю я, ударяя по столу и рывком поднимаясь на ноги.
Ньют тоже встаёт, только медленно и не сводя с меня взгляда.
— Что?! Сутана со стоячим воротником, символ всхода и длинные руки, что крутятся вокруг тела с нечеловеческой скоростью, тебя больше не пугают? Старческий взгляд не обещает возмездие за грехи?!
Обещает, но я не признаюсь в этом.
— Ты читал отчёт о сновидениях Марвина Вуда, — я не задаю вопрос, просто констатирую факт.
— Да, читал, — соглашается Оутинс. — Как читаю каждую бумажку, связанную с политическими интригами и вопросами информационной безопасности, — с неприязнью произносит он, а потом зло хвалит: — Ты, конечно, молодец, подчистил результаты, как вы делаете это каждый раз, чтобы эйдетические визуализаторы из-за запретных видений не лишились головы! — почти выплёвывает Ньют. Я знаю, что он злится не на них, а на меня, но вымещает гнев хотя бы на словах. — Однако мне не составило труда догадаться!
Я с тяжёлым вздохом отвожу взгляд в сторону, и Оутинс наклоняется, пытаясь заглянуть мне в лицо.
— Нет уж — ты выслушаешь меня! И знаешь, что я скажу?! Не позволяй видениям Марвина Вуда ворошить твоё прошлое. Не позволяй образам из сознания брата вновь становится и твоими страхами!
— Я и не позволяю! — взрываюсь я, оборачиваясь к Оутинсу. — Если кто и ворошит прошлое, так это ты.
Глаза Ньюта шокировано округляются.
Это несправедливо, но я не могу взять себя в руки.