Клеймо оборотня
Шрифт:
— И что это значит?
— А это значит, — ответила Петра, — что поглотив раствор, ткани костного мозга произвели красные кровяные тельца, которые не участвуют в нормальном процессе роста и при этом не поддаются разрушению.
Брачер кивнул.
— Выражаясь другими словами, они не размножаются, не стареют и не умирают?
— Похоже, что так оно и есть.
Он улыбнулся.
— Хорошо. Отлично. А подопытный субъект? Уже подготовлен?
Она кивнула.
— Да, но должна предупредить вас, капитан…
— Только не нужно говорить мне об опасностях, которые подстерегают
Она покачала головой.
— Нет, я не об этом. Разбавленный фермент может оказаться менее эффективным. И никто не может знать наверняка, каким уровнем эффективности обладает раствор…
— …пока он не пройдет испытаний, — закончил он за ней. — Что ж, давайте этим и займемся.
Брачер поднялся из-за стола и пошел к двери. Здесь он пропустил ее вперед, и она в знак благодарности за оказанную любезность слегка наклонила голову.
По пути в лабораторию Петра сказала:
— Разумеется, в случае успеха эксперимента мы столкнемся со множеством новых проблем.
— Да, и о некоторых я уже думал, — согласился он. — А вы что имеете в виду?
— Ну, если нам удастся осуществить ту задачу, которую вы перед нами поставили, то мы создадим неуязвимых солдат. Но ведь когда взойдет полная луна, они будут представлять угрозу для каждого человека, а не только для наших врагов. По сути, они станут и нашими врагами!
— Подождите-ка. Так вы что же, предлагаете отложить исследования до тех пор, пока не будет найден способ уничтожения этих тварей?
Она улыбнулась, решив польстить ему.
— Капитан Брачер, вы просто-таки читаете мои мысли.
Лесть попала в точку:
— Что ж, мисс Левенштейн, прирожденный лидер должен обладать такой способностью, в этом ничего удивительного нет.
— Да, нам необходимо научиться убивать их. Вы, как всегда, правы. Эти существа неуязвимы, однако в обличье оборотней они смертельно опасны.
— У нас есть борец-трава. Они целиком в нашей власти.
— Да, если речь идет об одном или двух оборотнях, — возразила она. — Но ведь вы говорите об огромной армии, которая должна будет контролировать всю территорию Соединенных Штатов. Хватит ли на всех травы и хватит ли охранников, чтобы справиться с тысячей оборотней, а, может, и с десятками или сотнями тысяч?
Он засмеялся.
— Ваши страхи довольно забавны.
— Ах, даже так! — Она была слегка задета.
— Если у нас все получится, я приступлю к созданию элитного корпуса, основой которого послужат «кнуты» — те самые, которые слепо подчинены мне, которые боготворят меня и с благоговением ловят каждое мое слово. Бриггс уже составил список добровольцев, готовых испытать на себе действие сыворотки. Они не задумываясь выполнят любое мое приказание. И неужели же так трудно будет заставить их накануне каждого полнолуния обвязывать друг друга цепями и травой, так, чтобы один обвязывал другого, другой третьего, третий четвертого и так далее? Если делать это организованно, то потребуется не так уж много времени.
— Но запас травы…
— Минутку, минутку, — оборвал ее Брачер, притворяясь, что теряет терпение, но в тайне упиваясь ролью
Он остановился и, положив руки Петре на плечи, легонько развернул ее лицом к себе.
— Мисс Левенштейн, я прекрасно понимаю, что вам трудно было бы отказать себе в удовольствии уничтожить эту тварь, которая убила ваших родных. И я обещаю вам, что как только будут получены доказательства эффективности разработанного процесса, то мы бросим все силы на поимку второго оборотня, и будьте уверены, мы отыщем способ их уничтожения. — Он улыбнулся. — Кроме того, в ваших рассуждениях есть один интересный момент. Может наступить такой день, когда наши… псевдо-ликантропы и в самом деле начнут представлять опасность для белой расы. И потому нам обязательно нужно знать, как от них избавиться.
Она чуть наклонила голову в знак согласия.
— Что ж, я рада, что хотя бы в этом наши точки зрения совпали, капитан. И все же мне было бы гораздо спокойнее, если б мы нашли способ их уничтожения, прежде чем приступать к созданию целой армии оборотней.
Брачер вновь зашагал к лаборатории.
— Мисс Левенштейн, я учту ваши замечания.
А в это время Джон Невилл, нетерпеливо притоптывая ногой, наблюдал, как охранник отпирает дверь камеры, в которой содержались Калди и Бласко. Войдя внутрь, пастор увидел жену, восседающую на стуле рядом с цыганом, который, судя по веселому смеху Луизы, рассказывал какие-то забавные случаи из своего прошлого. Поскольку Бласко говорил на романшском, а Луиза отвечала на итальянском, то предмет их беседы так и остался для Невилла тайной. Они взглянули на него, как только он вошел, и веселая улыбка на лице Луизы мгновенно сменилась гримасой неприязни. Бласко замолчал, оборвав свой рассказ на полуслове и во все глаза уставился на Невилла, который, не обращая на них никакого внимания, направился прямо к Калди. Калди сидел на полу, прислонившись спиной к стене, и, как обычно, смотрел в пустоту.
Постаравшись придать своему голосу как можно больше строгости, Невилл на одном дыхании выпалил:
— Мы с капитаном Брачером считаем, что вы бессовестно водите нас за нос!
Калди медленно повернул голову и, устремив на Невилла бесстрастный взгляд, спокойно произнес:
— Очень жаль, что в подобных делах вы с капитаном Брачером можете обойтись без моей помощи.
— Калди, мне не до шуток. Вы меня чертовски огорчили, — сердито сказал Невилл. — Я только что получил перевод той тарабарщины, которую вы выдали несколько недель назад. Объяснение напрашивается само собой: все это время вы плели небылицы, которые сами же и выдумали. — Он перевел дыхание. — Да я вообще сомневаюсь, что на вас Действует гипноз! Мне кажется, что вы из прихоти сочинили все эти сказки!