Клэрити
Шрифт:
В этом году он закончил школу — вместе с Перри. Но у него были проблемы. Они с Перри соперничали из-за какой-то девчонки. И хотя братишка просил меня не вмешиваться, я все-таки задействовала свои способности и дала знать учителю, что Стивен списывал на выпускном экзамене… Но он этого заслужил, потому что наезжал на Перри. И он правда списывал. В общем, Далласу Клэйворту пришлось сделать немаленькое пожертвование в пользу школы, чтобы престижный университет Лиги плюща, куда Стивен собирался поступить осенью, получил о нем безупречную
Клэйвортам принадлежит добрая половина Истпорта, а свой род они ведут от первых колонистов. Даллас Клэйворт, и это всем известно, сражается с Гарри Спеллменом за кресло мэра. Отец Далласа в свое время был мэром, а потом попал в конгресс. Я думаю, Даллас хочет сделать такую же карьеру. И наверное, Стивен тоже. А что, неплохо, когда вся твоя жизнь расписана как по нотам.
Отец Джастина неплохо справлялся со своими обязанностями, но кое-кому в городе казалось, что он не заслуживает этого поста. Он не был уроженцем Истпорта и вырос совсем в другом месте. Его семья не была ни богатой, ни известной. В отличие от Далласа, он не был юристом и не имел ученой степени. До того как стать мэром, он был школьным учителем. Но он — хороший человек, и для него его пост — не стартовая площадка.
Когда мы с Джастином встречались, Гарри относился ко мне без всякого снобизма. Да он и не был снобом, как и его сын. Забавно, конечно… Останься все по-прежнему, я бы сейчас помогала им в предвыборной борьбе: держала бы плакаты, наклеивала бы стикеры на машины… Но вместо этого я отправилась шпионить за конкуренткой нашей семьи и, кажется, сейчас буду беседовать с младшим Клэйвортом.
— Что, на соперницу пришли посмотреть? — ухмыльнулся Стивен.
Я скрестила руки на груди и отвернулась, однако он не отходил.
— Мадам Маслова умеет предсказывать будущее, представляешь? Ведь ты-то этого не можешь, Клэр!
— Никто не может предсказать будущее, — произнесла мама, приходя мне на помощь. — Каждый человек обладает свободой воли, и будущее меняется под влиянием решений, которые мы принимаем каждую секунду. Ты должен понимать это, Стивен.
Он вежливо выслушал, а потом вновь обратился ко мне:
— Мадам Маслова рассказала мне кое-что о моем будущем. Хочешь послушать?
— Конечно, Стивен, — ответила я с усмешкой.
— Она сказала, что какая-то рыжеволосая особа принесет мне неприятности. Я ответил, что ты уже принесла, но она сказала, что это далеко не все. Что ты об этом думаешь?
Я пожала плечами:
— Думаю, это дерьмо.
— А по-моему, знаешь, что дерьмо? — повысил он голос. — Это то, до чего довел город мэр Гарри Спеллмен.
Ну вот, приехали. Предвыборная агитация из уст этого придурка.
Я громко вздохнула. Могла бы сидеть дома, смотреть на проделки зомби в высоком разрешении…
Гуляющие стали замедлять шаг, кое-кто даже остановился возле нас. Заметив это, Стивен с воодушевлением продолжил свой монолог.
— Мусор
Перри не выдержал. Вскочив с лавочки, он сгреб нахала и отодвинул его от меня.
— Эй! — прохрипел Стивен. — Не толкай меня!
— А ты не трогай мою сестру!
Мама стояла, закрыв рот рукой.
Я уже думала, что начнется драка, но вдруг на плечо Стивена легла женская рука с хорошим маникюром. Он обернулся и тут же отступил. Сесил Клэйворт умеет произвести нужное впечатление на всех.
Шелковистые черные волосы Сесил были коротко стрижены, сумочка, спускавшаяся с плеча, стоила, я думаю, примерно столько же, сколько машина моего брата. По рождению мать Стивена не принадлежала к высшему сословию англосаксонского происхождения. Ходили слухи, что у нее было непростое детство в приемной семье и всякие там заскоки. Но у Сесил была большая мечта — и соответствующая внешность. Встреча с Далласом Клэйвортом повернула ее жизнь на сто восемьдесят градусов.
— Я прошу прощения за поведение сына, — мягким голосом произнесла она.
В какие бы передряги ни попадал Стивен, Сесил всегда вела себя так, будто ничего не случилось.
Она приподняла свои роскошные очки и взглянула на зевак, привлеченных выкриками Стивена. Этого было достаточно, чтобы все разошлись.
Сесил прошептала что-то сыну на ухо, и он сразу же отошел. Затем она обернулась к нам и сказала с вежливой улыбкой:
— Вы должны извинить моего сына. Эти выборы — стресс для нас всех.
Дематериализовалась она так же быстро, как и возникла. Стычка, которая грозила перерасти в неслабую потасовку (в которой я сделала бы ставку на Перри), закончилась в два счета.
— Дамы, пойдемте домой, — сказал Перри, обняв одной рукой меня, а другой маму.
— Идите вдвоем, — решила я — мне расхотелось смотреть кино. — Я немного прогуляюсь. Завтра утром мы с Джастином и Габриэлем встречаемся по поводу убийства этой девушки, Виктории Хеппел, и мне нужна свежая голова.
Перри поднял бровь.
— Что? — спросила я. — Не делай вид, будто ты не знаешь, что Джастин попросил меня заняться этим вместе с полицией.
Он покачал головой.
Ну и в чем дело? Я почувствовала себя задетой и слегка стукнула братца по голове.
— Мне ничего не угрожает. Перестань!
Я люблю океан, я люблю запах соли в воздухе, люблю, когда ветер треплет волосы и песок рассыпается под ногами. Мы с Джастином часто гуляли по пляжу. Здесь, у причала, он поцеловал меня, и это был первый поцелуй в моей в жизни. А когда мы взялись за руки, стоя под дощатыми мостками, я поняла, что мне снесло голову.