Клер

Аристова Валерия

— Вы не поняли меня, Андрей Сергеевич, — улыбка Эллы была неподражаема, — вы женитесь на мне.

Глаза их встретились. Патов побледнел, как простыня.

— Нет. Я не могу. Он меня убьет.

— Кто он?

— Он. Герцог дю Лей.

Свадьбу Алефтины Степановой и майора Патова праздновали тихо в небольшом ресторане. Элла сидела рядом с новоиспеченным мужем и сияла, как алмаз при свечах. Клер и Эрнест сторонились друг друга и старались не разговаривать, слушая щебетание Эллы.

— Мы

очень хотим узнать, кто такой герцог дю Лей, — наконец перебил Эллу Эрнест. Настроение его было самым поганым, и Клер боялась поднять на него глаза. Ей было безумно стыдно, и, хоть он и сказал ей в церкви, что она не виновата ни в чем, Клер вину свою полностью ощущала.

— Да, расскажите нам, — Элла посмотрела на бледного и осунувшегося жениха, — пока мы все вместе, было бы интересно узнать, что на самом деле произошло. Просим вам, Андрей Сергеевич, расскажите все так, как оно было.

Патов посмотрел на нее из под лобья. Расстроенный и уставший на разговоры, а тем более на откровенность, идти он не собирался.

— Я женился на вас, мадам, — он криво усмехнулся, — так что больше вы не имеете права мне указывать.

Элла звонко рассмеялась.

— Не забывайте, что снимок и статья существуют и никуда не делись. Так что, дорогой супруг, прошу вас вести себя со мной очень уважительно.

Патов отвернулся к окну, сдерживая ярость. Элла смотрела на него с удовлетворением. Глаза ее под красивыми черными бровями ниточкой сверкали яркой зеленью.

— Ну раз мой муж стесняется, то тогда говорить буду я, — она убрала с лица выбившийся из прически рыжий локон.

Клер уставилась на кузину, а Эрнест откинулся в кресле. Казалось, больше всего на свете ему хотелось уйти, и он из последних сил сдерживает это желание. Возможно, он знал больше Клер, или не хотел слышать ничего о ее приключениях. Клер кинула на него взгляд, от которого щеки ее вспыхнули, и она отвернулась, боясь расплакаться. Вряд ли он пожелает содержать ее и дальше. Элла уедет с новоиспеченным мужем, Эрнест наконец-то договорится со своей женой. Клер не знала, что будет делать она, когда он бросит ее. И не было никаких сомнений, что после произошедшего он ее бросит. Сердце больно сжалось от ужаса и неизвестности.

— Клара, тебе это должно быть интересно, — донесся до нее голос Эллы.

Клер вскинула голову, посмотрела на кузину, потом на майора Патова, и на самом деле приготовилась слушать.

Глава 20

Элла всегда интересовалась всем необычным. Будучи белой вороной из-за своей невыразительной внешности, она старалась прятаться от недружелюбного к ней мира. Когда маменька и Ирина ехали на бал, Элла сказывалась больной. Вечер в тишине и покое всегда казался ей предпочтительнее, чем вечер, проведенный в подпирании стенки. Приглашать на танец рыжую, бледную и некрасивую юную деву никто не горел желанием, и обычно ей в партнеры доставались либо друзья ее матери, годившиеся ей в дедушки, либо чем-то провинившиеся перед Богом юноши, которых чуть ли ни силой подводили к ней. Элла не хотела с ними танцевать. Но вот беда, она обожала танцы и танцевала прекрасно. Жаль, что никто этого не замечал, наблюдая за более яркими и красивыми танцовщицами. Проведя первый сезон у стенки, Элла решила, что танцевать она может и одна, напевая сама себе вальс, а уж унижаться, принимая руку человека, которому ее навязывали силой, увольте. Как только за маменькой и Ириной закрывалась дверь, Элла тут же выздоравливала, спускалась в библиотеку, приказывала развести камин, и сидела на коврике у огня с книгой.

Покойный ее отец собрал большое количество книг. Он интересовался медициной, магией и астрологией, и Элла взахлеб читала его книги. А потом случайно увидела на Тверской объявление о сеансах гипноза.

Элла пришла одна. Купила билет и сидела в последнем ряду, раскрыв рот. Нет, ее поразил не гипноз.

Она читала о нем и хорошо представляла то, что увидит. Нет. Впервые ее сердце билось, как сумасшедшее. С первого взгляда она влюбилась в Андрея Патова. Не веря, что подобное может случиться с ней, Элла вышла из зала совсем другим человеком. У нее появилась цель. Андрей Патов казался ей если не богом, то неким ангелом, и она обязана была стать достойной его.

Наутро Элла постучала в дверь его дома и попросила принять ее в ученицы.

Андрей Сергеевич пригласил ее в шикарную гостиную, настолько роскошную, что Элла испугалась. Как сможет она, некрасивая, неказистая, стать равной ему? Но Патов был милостив. Он согласился обучать ее за определенную плату, и вскоре Элла вместе с еще шестью учениками, стала регулярно бывать в его доме.

Нравился ли ей гипноз? Трудно сказать. Ей нравился Андрей Сергеевич. И поэтому она стала лучшей его ученицей, легко запоминала все, что он показывал, и читала все, что он рекомендовал. Андрей Сергеевич ставил ее в пример остальным. Вскоре курс обучения закончился, и майор Патов пригласил Эллу стать его ассистенткой. Теперь, сообщив матери, что хочет воспользоваться возможностью зарабатывать себе на жизнь, она помогала ему устанавливать оборудование, правильно располагать освещение, готовить реквизит для лекций и показов. Она вызывалась быть первой жертвой, если остальные присутствующие боялись испробовать на себе сеанс гипноза. Она сама проводила сеансы для женщин. Элла добилась всего, чего хотела. Она стала профессионалом, возможно, не худшим, чем Андрей Сергеевич. Она не добилась только одного. Сердце Андрея Патова оставалось для нее закрытым. Он относился к ней дружески. Но совершенно не видел в ней женщины.

Элла была не из тех, кто впадает в отчаяние. Посчитав, что удача улыбается тем, кто ловит ее за хвост, она стала ловить удачу. И удача улыбнулась ей.

Герцог дю Лей появился в доме на Тверской февральским днем. Элла вместе с другой ассистенткой как раз занималась разбором реквизита со вчерашнего вечера, когда услышала голоса.

— Мой мальчик, ваша Москва погубила Наполеона и чуть не погубила меня! — голос звучал уверенно, но немного надрывно, как бывает у расстроенных пожилых мужчин, привыкших командовать, но не привыкших к неудобствам, — завалило все так, что лошади с трудом вывезли!

— Обычное дело, отец, — рассмеялся Андрей Сергеевич, — тут зимой всегда так.

Элла выглянула из своей комнаты в щелку двери.

Андрей Сергеевич стоял рядом с высоким пожилым мужчиной, красивым, немного полным, с мужественным лицом старого генерала. Тот скинул шубу на руки лакею и остался в темном костюме, который шили явно лучшие портные Парижа.

Они прошли в гостиную, и Элла, оглядываясь и боясь быть пойманной за подслушиванием, прошла за ними. Элла спряталась за портьерой, в то время как лакеи принесли вина, и Андрей Сергеевич теперь стоял перед пожилым гостем, сидящем в кресле у жарко пылающего камина.

— Да, теперь мы окончательно и бесповоротно разорены, — герцог развел руками, — и ничего не осталось. Дом этот тоже придется продать.

Андрей Сергеевич опустил голову, задумался.

— Ты можешь жениться на наследнице, — сказал герцог.

Сердце Эллы упало.

— Кто же выдаст наследницу за гипнотизера? — удивился Андрей.

— Есть на примете одна наследница. Мы едем в столицу.

Впервые Элла пожалела, что не обладает богатством. Более того, никакого приданого у нее не существует, кроме трех сундуков с разного рода тряпками. Как превратить тряпки в золото она не знала, поэтому должна была спасти наследницу от жестокой участи быть обманутой майором Патовым и человеком, которого он называл отцом.