Кланы пустоши
Шрифт:
– Слышь, ну чё у тебя? – Макота опустился на корточки рядом. Сверху он видел, как Дерюжка снует по трюму, поднимая на ноги бандитов, вытаскивая спящих из телег.
Захар вытер рукавом грязный лоб.
– Механику-то я сделал, – отдуваясь, сказал он. – Елетронику подключить надо, экран поставить…
Макота выпрямился. Сендер из ангара Графа стоял у стены, в кабине дрых Крючок, бандит Ханга – то ли имя у него такое, то ли кличка, никто не знал – радостно копался в пулемете.
– Стрелять оно будет? – спросил Макота.
Захар икнул, облизал толстые губы.
– Будет.
– Скоко на елетронику твою уйдет?
– Ну… день на все про все. Может, сутки. Наладить же надо.
– На ходу наладишь, – решил Макота. – Времени нема, сейчас выезжаем.
В голову ему пришла новая мысль, и атаман нахмурился. А ведь брать с собой весь караван нельзя! Как дело будет? Дирижаба эта летит, за нею танкеры омеговские едут, следом он, Макота. Углядят с дирижабы танкеры? Да, скорее всего. А Макоту? И с танкеров – заметят его, нет? Могут и не заметить, то есть почти наверняка так и будет, если не сильно пылить и грохотать, если не приближаться до поры до времени к машинам омеговцев. Козырем атамана может стать скрытность и внезапность. Он же не знает, куда Молот и солдаты-наемники движутся, где их цель, и пока не поймет, лучше себя не выдавать. А раз так…
– Дерюга, отставить! – заорал Макота. – Ко мне!
Когда молодой подбежал, атаман уселся на краю кузова и стал отдавать распоряжения:
– Хлопцы здесь остаются. Едет тока «Панч» и новый сендер. Обсмотрели его?
Дерюжка подтвердил:
– Захар сказал – все работает.
– Хорошо. Проверьте, чтоб бак полный был. И в «Панче» тоже. Еще канистры с горючкой туда поставьте. «Панчем» ты шоферишь, пока Захар елетронику накладывать будет.
– Чё он будет делать? – удивился Дерюжка.
– Ну, эта… налаживать. Молчи и слушай, тупой! Сендером шоферит… – Макота оглядел людей в трюме. Собрался было определить за руль машины Кабана, но взгляд опять уперся в Крючка. Не хотелось надолго выпускать лопоухого из виду. Нехорошо тот изменился, еще сбежит или что другое отчебучит без хозяйского присмотра. Опять мелькнула мысль: да что же такое поменялось в Крюке? Ведь что-то такое знакомое, прям на языке вертится, на краю ума – а не понять! – Крюк вторым шофером, – решил атаман. – Еще Ханга, он до пулеметов охоч. Лент там много патронных?
Дерюжка поднял обе руки, растопырив пальцы, что означало – десять.
– В ящике железном лежат, который к багажнику приварен.
Макота кивнул:
– Лады. Ленты с собой, в «Панч» пять ящиков с ракетами. Нет, семь! Еще поедут Малик… Он очухался? Хорошо. Малик, Стопор и Леха. Все оружие берите, припасы. Кабан здесь за старшего останется. Вопросы есть? Вопросов нет. Пошел!
Часть пятая
Погоня
Глава 19
Под потолком рубки тускло светила лампочка. Опустив Макс в кресло, Ставро повернулся к штурвалу и увидел незнакомца на полу.
– Кто это? – крикнул великан. Крутанув рулевое
– Не знаю. – Туран повесил винчестер на плечо и подобрал ружье с большим барабаном.
– Свяжи его, пока не очухался, – велел Ставро. – Веревка в ящике слева.
«Крафт» качнуло, в боковом окне мелькнули огни на краю палубы, потом термоплан стал набирать высоту. Двигатель подвывал на высоких оборотах, Турану казалось, что они несутся куда-то с бешеной скоростью, но шагнув к ящику, он увидел в окно, что машина только-только миновала носовую часть Корабля.
На берегу Соленого озера стояли два танкера.
Это с них пришли люди, охотящиеся за проектором? Он припомнил черную одежду незнакомцев… Ну да, точно, Замок Омега.
Неужели эта штука настолько важна?..
Так и не взяв веревку, Туран достал из-за пазухи черный цилиндр. Легкий, немного теплый, поверхность шершавая. Он состоял из трех частей, соединенных парой ребристых колец. Туран взялся было за одно, но не стал поворачивать и спрятал проектор обратно.
– Внизу два танкера, – сказал он.
– Где именно? – откликнулся хозяин «Крафта», все еще занятый штурвалом и рычагами.
– По левому борту, на берегу озера. Оба завелись, дизелями дымят. А теперь поворачивают.
– Куда едут?
– Похоже, за нами.
– Дурень я! – Ставро дернул рычаг. – Топлива мало, не успели заправиться! Эй, а ну лежать!
Туран оглянулся. Незнакомец встал на четвереньки и поднял голову в синей бандане. Шагнув к нему, Ставро с громким выдохом опустил кулак, будто кузнец, бьющий молотом по наковальне. Удар пришелся по затылку, и человек снова упал.
– Если и вправду за нами, не оторвемся, – с досадой заключил Ставро, возвращаясь к штурвалу.
– А выше подняться?
– И что это даст? Небо ясное, луна полная светит. Нас будет видно. А совсем высоко нельзя, там уже воздух разряженный и холодно слишком.
– Так что же делать? – Туран наконец достал веревку.
– Да ничего! Если движок тиранить, как сейчас, то к утру все сожжем. А если в щадящем режиме, так подольше в воздухе продержимся. Почему стоишь? Я же сказал – свяжи этого!
Макс без сознания лежала в кресле, откинув голову. Туран прислонил винчестер к стенке, рядом положил ружье с большим барабаном, подошел к незнакомцу и вывернул ему руки за спину. Странный какой-то тип. На омеговца не похож, на торгаша тоже. Но и на бродягу не смахивает – слишком хорошо одет. На серой жилетке проступают твердые квадраты-вставки – наверняка пластины панцирника. Свободные штаны из плотной ткани, пояс-патронташ и кобура, из нее торчит рукоять револьвера с костяными щечками, на матовой поверхности вырезан узор. Черные ботинки с высокой шнуровкой, подошва ребристая, толстая – добротная обувка, такая больших денег стоит, как и штаны, и жилетка с рубахой. Затянув веревку на несколько узлов, Туран подергал ее, вытащил из кобуры незнакомца револьвер со спиленной мушкой и сунул за пояс. Потом взял пленника за плечи, перевернул его, стащил с головы бандану и сказал: