Клан
Шрифт:
Виннифред Сальтенстолл была замужем за деканом Сальтенстоллом. Декан был влиятельным, важным и очень богатым человеком. К тому же он был геем. Он просто женился на Виннифред, чтобы доказать свою респектабельность. У них была сделка, которая сработала довольно хорошо: они будут преследовать свои сексуальные интересы, как им заблагорассудится, конечно, осторожно, и при необходимости удовлетворять домашние потребности друг друга.
«Легко выйти замуж за того, кто покупает тебе новый Maserati каждый год, - сказала она
– Боги, - пробормотала Виннифред.
– Бог и богиня.
Её глаза распахнулись. Она глубоко вздохнула в кресле, пробуждаясь от транса. Бессер смотрел на её грудь.
– О, Дадли, - прошептала она.
– Это было так сильно.
– Я знаю. С каждой ночью трансы усиливаются.
Её поза расслабилась. Колени её раздвинулись.
– Ты уверен, что мы не сумасшедшие? Может, это галлюциноз.
Профессор Бессер тут же нахмурился.
– Бредовое поведение и галлюцинации не заразны.
– Один психоз на двоих, Дадли. Это может случиться - это задокументировано.
– Да, я знаю, - усмехнулся он.
– Множественные истерические точки зрения и всё такое. Это психопатические ярлыки, Винни. Мы явно не психопаты. Это реально.
– Я полагаю, это так, - признала она.
– Но меня это пугает. Транс меня до смерти пугает.
Бессер больше не слушал; он смотрел. Её грудь проступала сквозь расстёгнутую блузку, тяжёлая в кружевном лифчике.
– Призраки, - сказала она.
– Что?
– Трансы, должно быть, призраки.
«Помилуйте!» - подумал он.
Это был не первый раз, когда она предлагала сверхъестественное.
– Это вздор. Призраки? Демоны?
– Параментальные сущности - это правильный термин, - она провела пальцем по голому животу.
– Лицо в трансе, голоса - всё это зло.
– Помилуй, - сказал Бессер.
Её рука лежала на бедре. Продвинулась дальше. Сжалась.
– Зло, - повторила она и улыбнулась.
Это было самое резкое последствие транса: грубое, патологическое вожделение. Они оба дрожали от этого. Транс усиливал их сексуальные влечения, заставлял их ебаться. Сколько раз они делали это уже сегодня? Восемь раз? Дюжину?
Огромное лицо в трансе называло это своей любовью.
«Призраки?» - подумал Бессер.
Виннифред сняла мокрые трусики и начала мастурбировать. Теперь она делала это довольно часто, в любое время, когда ей это было удобно.
– Я так возбуждена, Дадли. Транс меня возбуждает.
«Дразнящая сука», - подумал он.
Ей всегда нравилось сначала подразнить его. Она расстегнула бюстгальтер, обнажив большую красивую грудь. Она ласкала её, пощипывала соски. Её задница заёрзала на стуле, и она облизнула губы.
Бессера всю жизнь бесили такие люди, как она. Но теперь он был бессилен в своей похоти. Он расстегнул ремень и спустил брюки пятьдесят
Затем он вспомнил лицо за лицом. Кто были эти одинокие создания? Он чувствовал, как они наблюдают за этим моментом, призрачные вуайеристы. Их губы были такими красными, а зубы - как осколки стекла. Могли ли они быть привидениями?
Виннифред раздвинула пальцами свою вульву, показывая ему.
– Разве это не красиво, Дадли?
– Да, - сказал профессор Бессер.
– Тебе это нравится?
– Да.
– Ты хочешь трахнуть это?
Бессер застонал. Его колени подогнулись.
«Дразнящая, дразнящая сука!»
Было несправедливо, что она могла контролировать его только потому, что он был толстым и был старше неё. Её похоть делала из него болвана, клоуна.
– Иди сюда и трахни это.
Он не любил думать о себе как о клоуне, одухотворённом красотой женщины. И всё же он беспомощно подчинялся её непристойному приказу. Он отомстит позже, когда наступят лучшие времена...
«Сила, - подумал он, подбираясь к своей нимфе.
– Невероятная сила».
«ДА», - пообещал голос в его голове.
– Я люблю тебя, Дадли, - вздохнула она.
Она раздвинула ноги, предлагая свою половую щель как приз. Её розоватый мокрый отблеск манил его и, казалось, говорил: «Будь хорошим клоуном».
Он стащил её на ковер и поцеловал приз. Извиваясь, она схватила его за голову и потерла его лицо у себя между ног.
«Я тоже тебя люблю, - подумал он.
– Пока смерть не разлучит нас».
«ДА, - повторило огромное лицо.
– О, ДА».
Красный слился со звуками оргии и еды.
– Мы бы хотели быть вами.
Хаос обвенчался с совершенством. Совершенство было лабиринтом, а безумие - звуком. Это были воспоминания? Вкус: горячий котёл, соль, мясо. Зрение: обнажённая грудь, набухшие чресла. Звук: крики. Губы приоткрылись над зубами-иглами. Это был... Это слово - Властитель. Изящные белые шеи истекали кровью.
Глава 4
Его дом на лето смотрел ему в лицо пустой улыбкой. Уэйд поднялся на лифте на восьмой этаж Кларк-Холла, самого большого мужского общежития в Эксхэме.
«Дом, милый дом, - сухо подумал он.
– Весёлое будет лето. Спасибо, папочка».
Тишина окутывала зал. Не было ни шума, ни рок-н-ролла, ни звуков игры в пинг-понг. Не было ничего. По крайней мере, Джервис будет на летних сессиях. Джервис ходил на уроки, даже когда в этом не было нужды - просто чтобы быть рядом со своей девушкой. Бедный придурок был влюблён, но, по крайней мере, Уэйду не придётся проводить всё лето одному.