Клан. Разбитые стекла

ShadowCat

— Андрей, смотри, медузы! — колокольчиками донесся ее смех, приглушенный шепотом прибоя. — Квадратные! И светятся!

— Это не медузы, а люминофоры, — пригляделся маг. — Квазиразумная форма жизни, более близкая к нашим водорослям. Почти что морская капуста. Но девушкам нравится.

— И много ты сюда девушек перемещал? — прищурилась Полина, ткнув супруга кулачком в грудь. — Чекист-ловелас!

На загорелом запястье мягко переливался Знак Бесконечность. Такой же, как у мужа. Ивашин рассмеялся и перехватил ее руку, фиксируя

хитрым захватом, из которого девчонке точно не выскользнуть.

— А ты у меня, оказывается, ревнивица!

— И вовсе я не ревную, — фыркнула от смеха Полина. Но щеки вспыхнули, говоря обратное.

— Ревнуешь, еще как, — с наглым довольством ответил Андрей, напомнив объевшегося сметаны кота или собственных мантикор. — Но мне это нравится. Может, дать повод, чтоб ревновала почаще?

— Только дай мне такой повод, будешь снова питаться сухпайками и рукоблудничать!

— С сухпайками можно смириться. Но при живой жене — рукоблудничать? Еще чего не хватало, — возмутился иерарх. — Крапивой бы тебя по мягкому месту за такие инсинуации.

— Ты не переводи тему, перемещатель девушек! — Полина успела неплохо изучить мужа и его чекистские хиторости.

— Да никого я сюда не перемещал, кроме тебя, — маг прижал жену к себе, примирительным поцелуем касаясь губ. — Здесь резиденция Алишера, они с Элией проводили на Н-Корсо медовый… год. Она и сейчас в основном живет тут, а этот балбес каждую свободную минуту рвется к ней. Его мысли в такие моменты разве что мертвый не считает, а я его скоро опять бить буду! От этих люминофоров, малиновых вин и суперлуния уже весь отдел потряхивает.

— Завидуют? — Полина невинно склонила голову к плечу.

— Завидуют, бездельники.

ЭПИЛОГ

… Февраль 1969. Базовая реальность

— Это роддом, а не проходной двор, не положено здесь находиться! Уже ночь на дворе, а они все ходють… Убирайтесь, бездельники, пока милицию не вызвала! Алкоголики, — пожилая санитарка-человечка сердито захлопнула дверь перед носом у начальника особого отдела и его заместителя, напоследок погрозив шваброй.

Андрей Аристархович слетел по заледеневшим ступеням, едва не сбив Алишера с ног мощным фоном рвущейся наружу Силы. Шторм-Первый выругался, поспешив спуститься следом за другом.

— Реальность демонски взаимна, экзарх. Помнишь, как меня гнал, когда рожала Элька? Вот теперь и тебя выгнали шваброй, как мантикору с кухни, — попытался разрядить обстановку Алишер.

— Неудачная шутка, Первый, — сердито рыкнул начальник, отхлебнув бренди из армейской фляжки, которую так и держал в руке, напрочь позабыв об этом. — Ты нихрена не контролировал себя, менял формы и структуру пространства, швырялся потоками Силы, нервировал Элию и медперсонал, пугал ребенка и мешал мне работать.

— Ладно, проехали. Может, «корочки» покажем? Сразу шелковыми станут, — пошел на попятную

боевой маг.

— Самая идиотская утечка информации, которая только бывает. Мне не нужна здесь шумиха и лишние потоки внимания к моей женщине и наследнику.

— Можно телепортироваться или сквозь стены пройти, непроглядами закрыться, — пожал плечами Алишер, окидывая здание сосредоточенным профессиональным взглядом. — А людишкам сознание и память подправить.

— Да мне проще группу захвата сюда бросить и взять здание штурмом, чем каждого подчинять и стирать память, — глаза Андрея предупреждающе потемнели.

Алишер рассмеялся, хлопнув друга по плечу.

— Андрюха, не дури! Здесь беременные, какая группа захвата? Представь, сколько мамочек родят раньше срока, увидев «Шторм», «Тайфун» или «Медузу» в деле?

— Ну тебя в Бездну, Первый. Я, по-твоему, круглый идиот, такое исполнять? — покачал головой начальник особого отдела. — Закурить есть?

Андрей обеспокоенно пробежался взглядом по светящимся прямоугольникам — окнам роддома, безошибочно определяя то, единственно важное, куда повезли его Золотинку. Которая вот-вот станет матерью его сына.

— Так ты ж не куришь, командир, — Алишер, поколебавшись, протянул шефу початую пачку.

— Ты тоже, вроде, бросал, — парировал иерарх, не отводя взгляда от окна на четвертом этаже кирпичной пятиэтажки. Даже метель не могла помешать — хлопья снега и ветер просто огибали то место, где невидимые для всех, замерли двое мужчин, не принадлежащих к человеческому роду. — Вот какого демона она отказалась рожать в госпитале на центральной базе? Прекрасные условия, отличный уход, любые врачи и лучшие целители, отдельная палата. Чего ей, вашу мать, не хватало?

— Может, простого человеческого общения и участия? — предположил Алишер. — Она же человек. Здесь она такая, как все. Вокруг — такие же молодые мамы и милые карапузы, а не подстреленные оборотни, уделанные в фарш маги, пыхтящие ведьминой травкой некроманты да матерящиеся «сапожники». Да и воспоминания с этим госпиталем связаны не самые лучшие. А целитель от нее и так не отходит, клан Айдо и дом Ренн — не настолько идиоты, чтоб злить тебя. Да и вообще, беременным простительны капризы и странности.

— Прав отец, этих женщин сама демонова праматерь не поймет, — махнул рукой иерарх уровня.

— Так точно, — ухмыльнулся зам. — Только женщине могло прийти в голову превратить жилой модуль в поляну с подснежниками, напечь на сухпаек шоколадных сердечек, занавесить тюлью бойницы, потому что они, мать их, «неуютные», или связать тебе в подарок свитер с оленями. Причем я смирился с подснежниками и кружавчиками, а ты носишь этот гребаный свитер.

— Она старалась. Да и отличный свитер связала. Теплый, удобный. И хрен с ними, с оленями этими, — Андрей отвернулся, пытаясь скрыть тревогу и обеспокоенность. — Раз штурм отменяется, бренди будешь?