Клан Рысей
Шрифт:
— Не все вам видно в Университете объясняют — покачал головой Олаф — много причин тому, что разбойников год от года все больше. Первая и главная из них, это голод.
— Это только по столичным газетам, народ в Империи живет сносно, а реально поборы большие. Огромные даже. И деваться от этого некуда, с юга ханство, которое нужно сдерживать и особенно южные орки, от них вообще нужно постоянно обороняться. В море корабль без отряда военных не выпустишь, пираты зверствуют с островов. Вообще-то они тоже могли так с деревней поступить, то еще зверье.
— Ну, то все внешние враги, а разбойники местные откуда?
— Погоди, не торопи, ты в Университете привык говорить, а мне тяжело
— Вот представь, ты в деревне поле засеял, а с проклятой земли черная нечисть прошла и нет твоего урожая, а налоги дерут независимо от того что уродилось и это правильно.
— Почему правильно? Разве Империя не должна помогать? — недоумевал Питер.
— Империя и помогает, армию чуть ли в половину населения содержит и сдерживает всю эту погань с островов, с юга, с востока. Вот и получается, что каждый гражданин Империи содержит одного военного. И не получается у многих сводить баланс. А бежать некуда, ханство перенаселено, там народа раз в десять больше. На востоке пустыни, которые северянину не пройти. А еще южнее ханства, вообще непонятно что, да и проклятая земля там, которую еще пройти как-то нужно. Вот и подаются в разбойнички, хоть два-три года пожить грабежом, а больше не получится, либо убьют, либо поймают и каторга.
— Олаф, а ты сам откуда знаешь все это? — удивленно спросил Маркус. — вроде при императорском дворе не состоишь.
— Да я как-то был командирован к разведке Императорской Гвардии, в последний год службы. Патрулировали мы южную границу, а командиром был у нас, капитан Императорской Гвардии Ван Дрик. Хороший дядька, хотя какой он дядька, чуть старше Питера. Тоже Университет окончил, умный, грамотный, гвардейцы его сильно уважали, а уж мне, простому наемнику, само собой полагалось. Говорят, он первый меч Империи будет, но сам я не видел, не знаю, врать не хочу, но такая слава зря о человеке не идет. Вот он немного глаза и приоткрыл на положение дел в Империи. В дальней разведке десятки переходов идти нужно было, и он от скуки и просвещал меня, ну и своих гвардейцев конечно.
— Короче говоря, если не удастся в ближайшие годы сократить расходы на армию, то Империя будет чахнуть и дальше. Одно спасение, ни орки, ни южане из ханства, не могут долго находиться на территории Империи.
— Ну это я знаю, нам говорили в Университете — добавил Питер. — Что-то в нашем энергетическом поле, в манне то есть, есть такое, чего нет в их манне. Нашим у них нормально, а вот они у нас долго не могут, правда не все. Всего лишь один из десяти, примерно, не замечает ничего плохого и живет у нас нормально. Но этих каждых десятых наберется больше чем все население Империи. Северяне в пустыне тоже долго на могут, но не из-за манны, а просто тамошняя нежить их за своих не признает. Но об этом мало что известно, потому пустыни и пройти никто не может.
— Вот от того все беды у нас — заключил Олаф. — С юга ханство, с юго-востока орки, с моря пираты. Потому и приходится держать большую и дорогую армию. Территория Империи велика, а народа мало и мы везде чужие, не такие как они, кроме нордов. Вот и разоряют народ поборами, а деваться некуда. Без армии еще хуже, орки разорят набегами, или хан в рабство угонит. Постепенно так и сложилось равновесие, в котором, к сожалению, разбойникам тоже есть свое место.
— Ладно Вам, хватит уже о разбойниках — прервал разговор Маркус. — накаркаете еще. От деревни они недалеко ушли, если вообще ушли. Так что лучше помолчим, да по сторонам посмотрим.
Накаркали на следующий день, после того как провели ночь в поле и снова двинулись в путь. Уже после полудня, все же столкнулись с бандой.
Первую атаку,
Отличился Питер. Хваленое Ильфийское зрение, как оказалось, это не просто так. Студент неожиданно остановился, деловито снял свою заплечную сумку и достал оттуда сборный боевой блочный лук. Мужчины, понимающие толк в оружии, как увидели, так ахнули в восхищении.
Первой же стрелой, Питер ранил одного из нападавших и тем, поумерил пыл остальных, а затем, стал быстро и точно пресекать любые попытки нападавших показаться из высокой травы. Затем, судя по крику, ранил или убил еще одного.
Это позволило Маргусу и Олафу поднять весь обоз на пригорок к скальной расселине и соорудить там нечто подобное баррикаде из тюков и повозок. За эту баррикаду затем отступил и Питер, когда Маркус поддержал его лук своим арбалетом.
— Не выстоим мы против них долго — с тоской сказал Маркус, после того как Питер улегся рядом с ним на тюки — и они это понимают, а потому не спешат. Позиция у нас хорошая, высотку держим, но их много, а нас мало. Рано или поздно мы устанем, болты кончатся, стрел тоже не очень много. Одна надежда на патруль, должен же он появиться на дороге.
— Я посплю до ночи — сказал студент — ночью подежурю. Днем вы и без меня все видите, а ночью, я все же получше разгляжу, да и стреляю из лука быстрее и точнее, чем вы из своих арбалетов. Но если сейчас не отдохну, боюсь, сморит меня сон ночью, устал за эти дни и в ночь спали мало. И еще кто-нибудь мне в пару на ночь ложитесь, они все равно не пойдут штурмовать сейчас. Выждут, пока устанем, у них тоже нервы-то не канаты, умирать от болта или стрелы не хотят.
Дежурить с Питером вызвался Маркус. Они улеглись в глубине повозки, строго наказав не будить их до темноты, если только не начнется настоящий штурм высотки. Старшим, естественно, остался Олаф. Он без дела не сидел, насобирал еще болтов по тюкам, оказывается запас их был не такой маленький как казалось Маркусу. Нашлись даже несколько Гиномских наконечников, которые применяются против доспехов, но только для болтов. И у Питера нашлась настоящая магически заряженная стрела, но ее решили поберечь. Да и Питеру она досталась случайно, и он точно не знал, чем она заряжена. Скорее всего, только поляну и осветит.
До ночи штурмовать их, так и не решились. Видно не хотелось им рисковать даже в малейшей степени. Да и нужды в том не было, бандитов около двух десятков, против пятерых обозников, к тому же одна их них женщина. Деваться им некуда, даже если товар бросить, на ногах от конных далеко не убежать. А их лошади, простые тяжеловозы, не быстрые, да и пугаются всего. Куда там против боевых коней бандитов.
Маркус так и не сомкнул глаз до своего дежурства, но ничего, до рассвета выдержит, ему же только стрелы подавать, да прикрывать стрелка, а днем выспится. А что будет, когда бандиты поймут, что стрелы у них скоро кончатся, думать не хотелось.
Питер же, напротив, спал как младенец, он потом объяснил Маркусу, что умение засыпать, часть его магических способностей целителя, как и ночное зрение, на которое он очень надеялся, напросившись дежурить в ночь.
Когда стемнело, Олаф разбудил Питера, передал стрелы, болты, арбалеты и пошел спать, наказав, чтобы будили, как только заметят опасность. Молодоженов он уложил пораньше.
Питер молча вслушивался в темноту и, после долгой паузы, сказал.
— Четверо на посту, в той стороне у костра — он показал рукой — остальные спать легли метров за тридцать дальше от нас. Нападать вроде не собираются, я потом еще раз попробую посмотреть магическим зрением, когда проснусь окончательно.