Клан новых амазонок
Шрифт:
Посол тоже не протянул руку, а также кивнул в ответ.
Выйдя из резиденции, Дронго посмотрел на часы. Уже девятый час вечера. Если удастся, он должен сегодня поговорить еще с кем-нибудь из оставшихся свидетелей. У него есть мобильные телефоны Турелина и Лихоносова. Первым он набрал номер певца, но мобильник был отключен. Он позвонил Турелину, и тот сразу ответил.
– Павел Афанасьевич, добрый вечер, – начал Дронго. – Простите, что поздно. Я хотел бы с вами срочно увидеться.
– Кто это говорит?
– Меня
– Конечно, помню. Он предупреждал меня о вашем звонке. Когда вы хотите увидеться?
– Прямо сейчас.
– Я еще на работе, – сказал Турелин. – Давайте сделаем так. Через полчаса я выхожу, где мы встретимся?
– Я могу подъехать к зданию вашего министерства, – предложил Дронго.
– Очень хорошо. Тогда увидимся у моей машины. Там и решим, где нам лучше посидеть и поговорить. Идет?
– Да, конечно. – Дронго убрал телефон и заторопился к своему автомобилю.
В салоне его уже ждали водитель и Вейдеманис. По сложившейся практике, во время расследований Эдгар сопровождал Дронго, проверяя, нет ли за ними слежки.
– Едем к зданию Министерства иностранных дел, – сказал Дронго.
– Как прошла ваша беседа? – поинтересовался Вейдеманис.
– Замечательно. Можешь себе представить, господин посол слишком хорошо знает бурное прошлое своей супруги, – сообщил Дронго своему напарнику.
Глава 11
К зданию МИДа они подъехали, когда метель вовсю разгулялась, и машины начали застревать, образуя нескончаемые пробки.
– Нужно пересаживаться на вертолет, – заметил Дронго, выходя из машины и поднимая воротник пальто. Для южанина подобная погода была слишком холодной и некомфортной. Он привык к погоде своего родного Баку, когда стрелка термометра почти никогда не опускалась ниже нуля, а снег мог выпасть один раз в несколько лет, да и то на один или два дня. Дронго прошел к парковке, где почти не было машин, кроме двух автомобилей с водителями, ждавших своих руководителей. Он постучал в стекло первой машины, и оно медленно опустилось.
– Никуда не повезу, родимый, – сказал водитель, – жду хозяина.
– Турелина?
– Нет. У меня другой хозяин. А тебе зачем?
– Я тоже жду.
Дронго прошел к другой машине и снова постучал. Водитель сделал рукой отрицательный жест, показывая, чтобы незнакомец уходил. Дронго постучал во второй раз, и водитель все-таки опустил стекло.
– Очумел? – зло спросил он. – Я тебе показываю, чтобы ты шел отсюда подальше. Не повезу ни за какие деньги. Не понимаешь?
– Понимаю. Кого вы ждете?
– Не твое дело. Кого надо, того и жду.
– Не валяй дурака, – негромко сказал Дронго. – Я тебе не клиент и не случайный прохожий. Раз спрашиваю, значит, нужно. Отвечай.
– Так бы сразу и сказали, – проворчал
– Очень хорошо, значит, это его машина.
Дронго отошел от автомобиля и посмотрел на часы. Прошло уже тридцать четыре минуты. И почти сразу увидел спешившего к нему Турелина. Тот был в длинной дубленке и меховой шапке. Он подошел ближе, поздоровался и крикнул:
– В такую погоду мы никуда не сможем поехать!
– Давайте побеседуем в вашем автомобиле, – предложил Дронго. – Только водитель пусть выйдет и подождет где-нибудь.
– Да, да, конечно, – согласился Павел Афанасьевич.
– Миша, – сказал Турелин, когда они сели в салон, – выйди и подожди в гараже. Мы должны побеседовать с этим господином.
– Я оставлю печку, чтобы вам было тепло, – предложил водитель, включая мотор. Затем вышел из машины и закрыл дверцу со своей стороны.
– Вы – тот самый эксперт, – первым начал Павел Афанасьевич, – с которым мы познакомились примерно месяц назад. Вы еще, кажется, работали в Германии… Да, я вас вспоминаю. Надеюсь, вам объяснили всю сложность ситуации?
– Не совсем. В каком смысле?
– Я же просил Сергея Владимировича вас проинструктировать, – вздохнул Турелин. – Дело в том, что во время убийства Пашкова на даче находился румынский посол со своей супругой и высокопоставленный сотрудник российского МИДа.
– То есть вы.
– Да, именно я, – несколько раздраженно согласился дипломат. – А значит, это дело нужно проводить с особым вниманием, чтобы не повредить репутации указанных лиц. Плюс туда должны были приехать на следующее утро наш заместитель министра иностранных дел и французский посол. Вы понимаете, в каком щекотливом положении мы все находимся?
– Но они не приехали, – возразил Дронго, – следовательно, речь идет о конкретных людях, которые были в коттедже в момент убийства. И вы – один из них, уважаемый Павел Афанасьевич. Я бы даже сказал больше. Вы – один из главных подозреваемых…
– Бросьте, – быстро перебил его Турелин, – бросьте шутить столь нелепым образом. Какой я подозреваемый? Я – ответственный сотрудник Министерства иностранных дел. Или вы ничего не понимаете?
– А ответственный сотрудник министерства не может быть убийцей? – весело поинтересовался Дронго.
– Не шутите, – серьезно занервничал Турелин. – Не понимаю, как такого человека допустили к столь серьезному расследованию?
– Меня попросили помочь, – напомнил Дронго, – и поэтому хватит давить на меня своим авторитетом. В результате вашей трусости и халатности мы упустили убийцу. Не перебивайте меня, – строго предупредил он, увидев, как снова дернулся его собеседник, – я отвечаю за свои слова. Это следователя вы могли обмануть, рассказав ему свою сказку, а со мной не получится.