Клан быка
Шрифт:
Целый чертов год?
Три сотни дней, три сотни ночей?
А потом еще два месяца?…
– Леш? – нахмурилась Алиса. И тут же улыбнулась, еще задорнее, чем раньше. Словно приглашала взять кусочек ее улыбки. – Не грусти. Чего ты такой мрачный, как готический собор? Ну не грусти!
– Лис…
– Что? – с готовностью откликнулась Алиса, улыбаясь.
– Что ты натворила-то? На чужие карточки шиковала?
Алиса погрустнела:
– Да нет, Леш… Карточки – это чистая уголовщина. Правда, я иногда думаю, уж лучше бы карточки. Хоть не так обидно…
– За
– Да ну, по глупости…
– Лиска!
Алиса вздохнула:
– Да даже рассказать стыдно… Ну, хотели взломать защиту одного сетевого магазина.
– Так это же почти что как с карточками…
– Да нет, Леш! Мы же не чтобы воровать. Вообще ничего там трогать не хотели, только найти брешь в их защите.
– Найти брешь, но не воровать? А зачем же тогда?
– Ну… У нас это называется выложить си-ви сразу в раздел вакансий… – Она тихонько улыбнулась, глядя на Леху, но Леха не улыбнулся, и ее улыбка погасла.
– Си-ви? – переспросил Леха.
– Ну, curriculum vitae… Резюме, по-ихнему, по-буржуйски…
Лехе хотелось просочиться сквозь песок. Ни черта не понятно!
– Да не важно, – махнула крылом Алиса. – Смысл в чем? Хотели найти дырки в их защите и показать им. Вместе со способом, как лучше залатать эти дырки.
– Свой класс показать? – сообразил Леха.
– Ага, – ожила Алиса.
– А почему же… – Леха обвел мордой пустыню, скалы, тонущий в маревах горизонт, весь этот «Генодром».
– Вот так вот по-дурацки все получилось, – пожала плечами Алиса. – Только мы к ним сунулись, с дырками в их защите и с нашими заплатками на белом блюдечке с голубой каемочкой, а они нас уже ждут. Интерпол позвавши. Тут же под белы рученьки… – Алиса вздохнула. – Не сошлись мы в чувстве юмора с нашим потенциальным работодателем…
Леха тоже вздохнул.
Так, для проформы. Это нехорошо, наверно, так к чужому горю, но… Леха поднялся с песка. Не мог сидеть. Надежда подстегнула нервы лучше кофеина.
– Лис, – осторожно начал Леха. – Но если ты хакерша, то…
Алиса фыркнула:
– Лешка, покусаю! Уж лучше киберведьма, чем так!
– Прости… Но если ты хакер, то ты представляешь, на каких программах построено это все? – Леха мотнул мордой, еще раз обводя пустыню и скалы.
– Ну, в общих чертах, да… А что?
Леха нетерпеливо переступил.
– Игроки заходят сюда через сеть, так? Значит, можно как-то и от нас в сеть вылезти? Кинуть отсюда весточку во внешний мир?
– Ну вот… А обещал, что не будешь издеваться! – Алиса картинно надула губки. Вздохнула. Заговорила Серьезно: – Я тоже так думала… Для того и контракт подписала, когда приговор получила.
– Специально подписала контракт?… – опешил Леха.
…Зал, похожий на внутренности фантастического самолета… Бледные, как трупы, люди… Вскрытые черепа, опутанные паутинками электродов…
Алиса шмыгнула носом.
– Я ведь не знала, что тут… там… – Она замолчала, потом снова заговорила: – Я ведь думала, что там специальная аппаратура. Ну, как у профессиональных игроков, которым
Леха хмуро слушал. Виртуальный фул-контакт… Много это говорит…
– Ну… – Алиса замялась, не зная, как бы объяснить. – Такие здоровые штуки, сканируют мозг без прямого контакта и воздействуют тоже одними электромагнитными импульсами. Такие здоровые, как два томографа. Просто суешь внутрь голову, и все, уже работает… Даже волосы сбривать не надо…
Ее голос задрожал, и она замолчала. Леха косился на нее, не решаясь заговорить.
– Лис…
Она дернула плечом – не надо, уже все нормально – и заговорила:
– Думала, знаю, на что иду. Об этом «Генодроме» по сети столько слухов ходит… Даже с друзьями договорилась: как они меня тут найдут, а потом разыщут какую-нибудь дырку в защите этих серверов. Взломают движок, отключат мне боль… Леха даже дышать перестал. Все-таки есть шансы?! Если и не выбраться отсюда, то хотя бы избавиться от боли и этой чертовой жажды?!
– И?… – нетерпеливо напомнил Леха.
– Ну и… – Алиса вздохнула. – Сам видишь… Попала. Вляпалась по самое не могу…
– А друзья?! – А что друзья… Мы договорились, что они будут искать меня возле переходов из одной зоны в другую. Их во всей игре немного, всего-то двенадцать штук. Подружка даже работать здесь нанялась, виртуальной продавщицей в магазинчик «Самсунга»…
– Как это?
–Что?
– Продавщицей… – уточнил Леха.
– А, это… Ну, тут есть как бы магазинчики старья. То есть того, что в игре считается старьем. То, что как бы было до здешнего апокалипсиса. И между этим фантастическим старьем продаются вполне реальные современные модели.
Плееры там, смартфоны. Продавцы-старьевщики их как бы между прочим расхваливают и дают ссылочку на сайт, где такие можно в реале купить.
Леха хмыкнул. Вот ведь додумались…
– Между прочим, ничего смешного, – сказала Алиса. – Ей это не так-то легко далось. Она же блэкушница. Со стажем. У нее даже любимый ник – Тхели. Ну, то есть это в шутку ее так. Правильно читается Фэли, но уж прицепилось… – Алиса осеклась, глядя на Леху.
Хотелось зарыться в песок или просочиться сквозь бок валуна. Что Тхели, что Фэли. Все равно первый раз слышал…
Алиса чуть дернула подбородком – ладно, не важно – и продолжила:
– А тут ей придется целыми днями работать под какую-нибудь попсу, да еще с клиентами об этом болтать… Для нее это тоже почти пытка…
Она вздохнула и замолчала. Уголки губ опустились в улыбке наоборот. Даже про кокетливые взгляды забыла.
– Но?… – осторожно направил Леха.
– Но я же здесь никогда не играла! – Алиса в чувствах хлестнула крылом по валуну, выбив медными кончиками целый сноп искр. – Не знала, что монстры привязаны к локациям! Отсюда до перехода в другую зону как до Америки, а здесь и на час не отлучиться! У нас здесь пещеры с изумрудами. Единственные драгоценности в игре. Из них тут все мастерят: и ожерелья, и сережки, и кольца. Девочек виртуально кадрить… Собиратели сюда толпами ходят. А когда их собирают…