Кладбище
Шрифт:
— Но Рейган однажды уступил! — возразила Кит.
Я покачал головой:
— Это было исключение из правил — абсолютно незаконное и не санкционированное высшей властью. Какой-то полковник проявил дурацкую инициативу... Британское и американское правительства никогда не пойдут на подобную сделку. Питера не будут ни на кого обменивать — Ньюаркское Трио останется в тюрьме, это я тебе гарантирую. Как ты думаешь, что случится дальше?.. На карту поставлена репутация Трахнутого, так что ему просто придется убить парня. А ты станешь соучастницей...
— И ты
— И я. И все остальные. Потому что Трахнутый наверняка убьет его; это так же верно, как то, что мы с тобой сидим сейчас на этом дереве.
Кит вздрогнула:
— Я не думаю, что до этого дойдет. Трахнутый просто блефует, как в покере.
— Трахнутый убил уже много людей. У него на совести десятки жизней. Помнишь женщину, которая работала в «Настоящих английских товарах»? Трахнутый убил ее за день до нашего отъезда сюда. А Джеки пришлось убирать следы — помнишь, он об этом упомянул? Трахнутый изнасиловал ее, потом долго пытал, разрезал ей живот до самого горла и спокойно смотрел, как она истекает кровью...
Последние следы беззаботности изгладились с лица Кит. Теперь я полностью завладел ее вниманием.
Я дал ей несколько мгновений, чтобы обдумать услышанное, и продолжил:
— Трахнутый — настоящий психопат. Он готов убить тебя, меня и любого, кто встанет у него на пути. Он сумасшедший, фанатик. Если не веришь, что он убил ту женщину, — спроси Джеки. Он был там и своими глазами видел, что с ней сделал Трахнутый. Его даже стошнило — так это было ужасно. Трахнутый жестоко пытал ее на протяжении нескольких часов, она долго мучилась, прежде чем умереть. И я уверен, то же самое ждет этого мальчика — Питера Блекуэлла. А сколько ему, по-твоему, лет? Не больше двадцати, правда? И он не совершил никакого преступления.
— Они сказали, что просто выставили эту женщину из города, — проговорила Кит непослушными губами, но я видел, что ей самой эти слова кажутся неправдоподобными.
— Выставили из города?! Брось, Кит, ведь ты сама этому не веришь! Ты слишком умна, чтобы попасться на столь очевидную ложь. Мы же не в кино о Диком Западе, это там героические ковбои могут вышвырнуть из города неугодного человека. Нет, Кит, ты не поверила этому, когда тебе об этом сказали, и ты не веришь этому сейчас. Ты знаешь, что ее убили. Трахнутый убил, а мы с Джерри и Джеки погрузили труп в фургон, отвезли на Плам-Айленд и закопали на солончаковом болоте.
Кит выглядела потрясенной. Несомненно, она о многом догадывалась, но не позволяла себе об этом задумываться. Она старалась не думать о том, каким бизнесом занимается ее приемный отец на самом деле, о его возможной причастности к разного рода темным делишкам. Кит нравилось жить в большом, богатом доме, кататься на серфборде и слушать романтические сказки об Ирландии. Носить зеленое, петь республиканские гимны и обожать отважных борцов за свободу — Джерри Маккагана и его верного соратника Трахнутого Мак-Гигана. Но она знала. Не могла не знать. Теперь она пребывала в нерешительности, и слезы, вновь выступившие у нее на глазах, были отнюдь не слезами
— И эта англичанка была не первой его жертвой. Трахнутый проговорился, что в прошлом году у него возникли сходные проблемы с другой женщиной. Ее он тоже прикончил. Он сказал это в присутствии Джеки и твоего отца. Если хочешь удостовериться, спроси у них. Но я не вру, мне это совершенно ни к чему. Меня заботит только одно: когда Трахнутый поймет, что его затея провалилась, он замучит и убьет Питера, который выглядит как чертов хиппи, в жизни не причинивший вреда ни одному живому существу!
Кит вытерла слезы и бросила на меня надменный взгляд.
— Мой папа не позволит Трахнутому убить этого мальчика! — сказала она.
— Но ведь позволил же он ему расправиться с женщиной.
— Она была агентом ФБР.
— Так утверждает Трахнутый, но ведь ты сама видела ее, разговаривала с ней. Неужели она хоть чем-то похожа на агента? Впрочем, даже если она была агентом, разве она заслужила, чтобы он ее насиловал и мучил?
Кит покачала головой.
— К чему ты затеял это разговор, Шон? — спросила она осторожно.
Я взял Кит за руку и взглянул в ее чуть влажные, синие и ясные глаза.
— Мы можем его остановить. Ты и я — мы можем это сделать!
— Как?
— Тебе придется под каким-нибудь предлогом взять машину и поехать в Белфаст. Там ты позвонишь в ФБР. Они приедут и арестуют нас всех. Конечно, мы получим срок за похищение, но не за убийство! А этот парень останется в живых, — сказал я.
— Почему я должна это сделать? Ты хочешь, чтобы я предала всех?! — спросила она, и поначалу я решил: Кит не нравится, что совершить столь серьезный поступок придется именно ей. Но, похоже, мое предложение вообще не пришлось ей по душе.
— Но ведь я не могу поехать в Белфаст вместо тебя. Ты же видишь... — Я показал на свои скованные руки.
— Не можешь. Зато ты можешь убежать прямо сейчас. Я скажу, что ты ударил меня так, что я потеряла сознание, а ты скрылся. За пару часов ты доберешься до Белфаста, а я... А мне не придется ни на кого доносить.
— Не говори глупости, Кит! В наручниках, да еще на протезе, я не пройду и мили, как Трахнутый и Джеки нагонят меня и убьют.
Она выпустила мою руку и встала.
— Пожалуй, нам лучше вернуться, — сказала она совсем другим, холодным тоном.
В этой внезапной холодности мне послышалась неуверенность. Кит колебалась, и это означало только одно — смерть. Я понял, что, если я хочу убедить ее, мне нужно сделать это сейчас, как можно скорее, пока у меня еще есть время.
— Ты не поняла, Кит. Спасти жизнь Блекуэллу можешь только ты. Скажи отцу, что хочешь сделать запасы продуктов, возьми машину Сони и поезжай в Белфаст. Там ты пойдешь в полицейский участок и попросишь срочно связать тебя с ФБР...
Кит повернулась ко мне спиной, чтобы я не видел ее лица и не смог прочесть по нему, что она думает и чувствует. Ее плечи вздрагивали от рыданий. Я молчал. Ей нужно время, чтобы понять и принять ситуацию, думал я. Но я ошибся.