Клад вишнуита
Шрифт:
Лодка неслышно подошла к баркасу, на котором ее ждал вооруженный до зубов Ронгорадж.
— Ронгорадж! — окликнула его молодая женщина. — Помнишь, что я тебе говорила?
— Помню, — ответил тот и сошел в лодку.
Лодка, держась вдоль берега, беззвучно двинулась вверх по течению, навстречу неизвестному судну, которое стремительно шло вперед. Как только оно приблизилось, лодка отошла от берега и повернула к нему. Гребцы работали короткими веслами энергично, но почти неслышно.
На палубе приближавшегося баркаса находилась охрана — восемь хиндустанцев. Шестеро
— Эй, на лодке! — крикнул он. — Поберегись!
— Сам поберегись! — ответил Ронгорадж.
Охранник сообразил, что дело неладно, и на всякий случай для устрашения дал холостой выстрел. Ронгорадж понял, что его ружье не заряжено.
— Что, приятель, патронов нет? — насмешливо спросил он. — Может, одолжить?
Он прицелился ему в голову, но потом опустил ружье.
— Так уж и быть, — сказал он, — пощажу тебя на этот раз. Собью только чалму с головы.
Он взял лук, с силой натянул тетиву и выпустил стрелу. Чалма тут же слетела с головы бдительного воина.
— Рам-Рам! — запричитал тот.
Лодка подошла к баркасу вплотную. Человек двенадцать мгновенно взобрались на него и, не мешкая, бросились на хиндустанцев. Связать отдыхавших не составило никакого труда — те хоть и проснулись от звука выстрела, спросонья не сумели отразить нападение. Однако с часовыми пришлось повозиться, но недолго. Нападающие значительно превосходили их числом и быстро одолели. Связав стражу, они попытались проникнуть в каюту, но дверь в нее оказалась запертой.
В каюте спал Броджешор, возвращавшийся домой от своего тестя. Его подвела смелость — никто другой в тех местах не отважился бы отправиться в путь по реке ночью.
— Господин! — закричал Ронгорадж, колотя в дверь. — Откройте!
— Кто там? — спросил Броджешор, очнувшись ото сна. — Что за шум?
— Это не шум, — пояснил Ронгорадж. — Просто ваш баркас захватили разбойники.
Броджешор с минуту молчал, потом крикнул:
— Паре! Тиваре! Рамсингх!
— Господин наш! — в отчаянии отозвался с палубы Рамсингх. — Эти негодяи нас всех связали!
— Вот как! Ну что ж, я весьма огорчен, — язвительно заметил Броджешор. — Как только они посмели напасть на вас, таких отважных? Наверное, даже подкрепиться не дали после сладкого сна? Ну да не переживайте. С завтрашнего дня я прибавляю вам плату за верную службу.
Ронгорадж засмеялся.
— Правильно, — поддержал он, — так им и надо. Ну а теперь откройте дверь.
— А ты кто? — спросил его Броджешор из-за двери.
— Один из разбойников. Прошу вас, откройте.
— Зачем же мне ее открывать?
— Для того, чтобы я мог вас ограбить.
— Ты что ж, принимаешь меня за такого же болвана, как эти хиндустанцы? — насмешливо спросил Броджешор и предупредил: — Имей в виду, у меня в руках двустволка. Застрелю первого, кто ко мне сунется.
— Но я здесь не один, — попытался образумить его Ронгорадж. — Нас много, всех не перестреляете. К
— Ну, этот грех я как-нибудь переживу, — успокоил его Броджешор.
Под натиском нападавших затрещала боковая дверь в каюту. Броджешор повернулся к ней, но в это время распахнулась другая дверь. Один из разбойников вскочил в помещение. Броджешор молниеносно обернулся к нему и стукнул его прикладом по голове. Тот упал без сознания. Тогда Ронгорадж с силой ударил ногой по боковой двери, разбил ее и ворвался в каюту. Броджешор тут же прицелился, однако выстрелить не успел — Ронгорадж выхватил у него ружье. Он хоть и не превосходил своего соперника силой, был значительно ловчее. Броджешор бросился в рукопашную и уже занес над головой Ронгораджа кулак, собираясь обрушить на него всю мощь своей десницы, но тот упредил его и резко оттолкнул. Броджешор метнулся к стене, увешанной оружием, схватил острый меч и снова повернулся к противнику.
— Как видишь, тхакур, я не страшусь пролить кровь брахмана, — насмешливо сказал он и поднял меч, намереваясь разрубить им своего врага.
Но тут на него накинулись другие разбойники, и меч выпал из его рук.
— Будем связывать? — спросил один из нападавших, держа веревку.
— Не надо, — ответил Броджешор. — Я сдаюсь. Что вам от меня нужно?
— Теперь мы заберем все, что у вас есть, — сказал Ронгорадж. — Признаться, я вначале хотел кое-что оставить вам, но теперь, когда вы чуть не раскроили мне череп, заберу все до последней пайсы.
— Ну что ж, берите, что найдете, — промолвил Броджешор. — Я не стану вам препятствовать.
Разбойники уже перетаскивали захваченное добро в свою лодку. На этот раз им не особенно повезло. Добыча оказалась весьма скудной — носильные вещи, кое-какая утварь для богослужения, и все. Они быстро управились.
— Готово! — доложил Ронгораджу один из его сообщников. — Пора возвращаться. Не тяни с ним.
— Сейчас, — ответил тот и повернулся к Броджешору. — Вам придется отправиться с нами.
— Куда? — насторожился Броджешор.
— К нашей рани.
— Какой такой рани? — не понял тот.
— К нашей повелительнице, — разъяснил Ронгорадж.
— Повелительнице разбойников? — саркастически переспросил Броджешор. — Что-то я не слышал о такой.
— Вы не знаете о нашей Деви-рани? — удивился Ронгорадж.
— А! — догадался Броджешор. — Так вы, значит, из шайки Деви Чоудхурани?
— Мы не шайка, а слуги и доверенные лица нашей госпожи рани, — поправил его Ронгорадж.
— Какова рани, такова и свита, — едко заметил Броджешор. — И зачем мне идти к ней? Может быть, вы думаете поживиться, если бросите меня в темницу?
— Конечно, — подтвердил Ронгорадж. — На баркасе нам ничего не перепало, может, повезет, если придержим вас у себя.
— Ну что ж, я и сам не прочь побывать у вашей предводительницы. Тем более что на нее, как говорят, стоит посмотреть. Она молодая?
— Мы относимся к ней, как к матери, — строго проговорил Ронгорадж. — А дети не ведут счет годам своей матери.