Кисса
Шрифт:
Запись в главном коридоре была еще более удивительной. Тот же мужчина в темном костюме размеренно шел по ярко освещенному пространству, поглядывая на таблички на дверях и усыпляя при свем приближении охрану. Буквально, еще до того как он появлялся перед служащим в черной одежде, тот засыпал на стуле или падал на пол. Считанные секунды у него ушло на то что бы полностью отрубить всю службу безопасности клуба. Только у последнего охранника хватило сил приоткрыть глаза и взглянуть в след мужчине. Никем, кроме неспящих камер и одного человека незамеченный, он нашел нужную дверь и исчез, выйдя из нее уже с девушкой на руках, так же размеренно пройдя между спящими телами
Тишина, повисшая в комнате была почти осязаемой. Только Дуки ощущал как злость исходящаяя от Ники набирает обороты, разгоняясь подобно паровому двигателю, в топку которого непрерывно подсыпают уголь. Достигнув максимальной отметки и почти придушив своей силой вервольфа, энергия прекратила рост, но сохранила свой уровень. Максимально опасный уровень.
19 глава 2 часть
Резко зазвучавший звонок мобильника заставил всех вздрогнуть и переглянуться. Ракута поднял брови и кивнул головой прося Нику ответить. Оборотень вытащил из кармана телефон и непонимающе уставился на дисплей. Номер был ему совсем не знаком, что, скорее всего, говорило об очередных неприятностях.
– Доброе утро, могу я поговорить с мистером Киссой?
– Вкрадчивый и вежливый голос пожилого мужчины немного дрожал от волнения.
– Можете. Я вас слушаю.
– Ника встал со стула и прошел к Дуки, что бы и он мог слышать разговор.
– Вас беспокоит поверенный мистера Рурка, Дени Майклз.
– При этих словах Ника покрылся холодным потом, а Дуки замер, вцепившись подлокотники стула. Значит и до Рурка добрались. Блядь, что за чудесное начало нового дня.
– Мистер Рурк оставил мне поручение. Я должен был позвонить Вам и передать некторые бумаги в случае его гибели. Мистера Рурка мертвым в своей спальне сегодня утром обнаружила горничная. Вся личная охрана мистера Рурка так же мертва. Нам нужно встретиться… - Голос задрожал и стих. Человек на другом конце был явно очень напуган и расстроен.
– Бл*дь!
– Простите, мистер Кисса, что вы сказали?
– Эти долбанные юристы даже перед лицом смерти не теряют свою чертову профессиональную выдержку. Ника еще раз выругался.
– Ничего. Да, конечно. Когда и где?
– Через час в моем офисе Вас устроит, мистер Кисса?
– Он назвал свой адрес и они попрощались. С трудом запихнув телефон обратно в карман, Ника молча вышел из комнаты видеонаблюдения и на нетвердых ногах, пошатываясь пошел в комнату, где оставались их вещи. Дуки тенью следовал за ним, не приближаясь и ничего не говоря.
Не глядя на кучу новых женских шмоток, лежащих на одном из кресел, Ника вытряхнул из бумажного пакета несколько рубашек, любезно купленных для него другом минувшей ночью. Выбрав черную, он в полном молчании начал застегивать пуговицы и заправлять полы в мятые брюки. Накинув кожаный пиджак и всунув ноги в новые черные мягкие туфли он так же молча вышел из комнаты и спустя несколько минут блуждания по коридорам и лестницам клуба спустился в подземный гараж, где стояла его автомобиль. Ракута любезно позволил скрыть от любопытных глаз такую приметную машину в помещении для служебного автотранспорта клуба. Джип с разбитым боковым стеклом стоял у дальней стены, с немым укором взирая на своего обидчика, даже не взглянувшего в его сторону.
Заведя двигатель своей красавицы, Ника опустил
И вот теперь Нике предстоит встретится с этим человеком что бы исполнить последнюю волю, пожалуй последнего крупного бандита города. Видимо ценность информации была так велика что Люк Рурк поручил это дело самому надежному человеку, Дени Майклзу. Что за дерьмо твориться вокруг?
– Ты… В машине.
– Заглушив двигатель Ника вышел из автомобиля и захлопнул дверь. Дуки ничего не говоря покорно остался сидеть внутри.
Трех этажное кирпичное здание начала прошлого века ничем не отличалось от десятков других на этой улице. Обшарпанная зеленая дверь, маленькие окна с открытыми цветными ставнями, покатая черепичная крыша - ничем не примичательное индустриальное строение в духе времен золотой лихорадки. Даже старомодная вывеска “Д. Майклз и Н. Душе” напоминала вывески из кадров старых американских фильмов о ковбоях, салунах и ловких дельцах в твидовых костюмах.
Насколько Ника помнил партнером Дени Майклза был француз Николя Душе, бежавший в Соединенные штаты от правосудия своей родины, но вскоре убитый в одной из разборок между баронами. Все что от него осталось так это только эта табличка на одной из тихих улиц Денвера и затерявшийся в кипе бумаг запрос на международный розыск. Майклз не поменял вывеску то ли в память о погибшем друге, то ли просто из-за нехватки внимания к таким мелочам, как имя погибшего друга.
Ника не стал стучать в приоткрытую дверь и сразу шагнул в теплый сумрак помещения. На конторке дымилась чашка кофе, а пожилая женщина, с затянутыми в пучок седыми волосами, поливала цветы, занимавшие почти всю площадь первого этажа.
– А! Простите, ради Бога. Вы, наверное, мистер Кисса?
– Ника в очередной раз поморщился от этого выражения, но кивнул. Люди попросту не знали как к нему обращаться. Все что им было известно это его прозвище в криминальном обществе, от того и получалось такое жуткое выражение. Мистер Кисса… - Дени ожидает вас в своем кабинете. Позвольте я Вас провожу.
Женщина была настолько милой и приветливой что Ника подумал не ошибся ли он. Такое чувство что он пришел не за смертельными новостями из кошмарного кровавого мира криминала, а за оформлением вклада на счет своего ребенка. Впрочем, он уже устал удивляться.
Дени Майклз выглядел так же, как и звучал его голос. Пожилой мужчина, с короткостриженными седыми волосами, морщинистым круглым лицом и выцветшими голубыми глазами под тяжелыми веками напоминал старого университетского учителя теологии. Идеально отглаженный костюм не мог скрыть возрастного брюшка и протеза на левой ноге. Значит про ногу правда.
– Мистер Кисса.
– Майклз подошел к Нике и, на удивление крепко пожал руку.
– Присядьте. Это займет некоторое время.
– Майклз удалился в соседнюю комнату, откуда послышался шорох перебираемых бумаг и звон ключей.