Киска

— Простите, к вам не заходила моя киска? Нет? А вы уверены? Извините меня, но я живу этажом выше, а у нее такие причуды… Может быть, вы все-таки посмотрите еще раз, тем более что я вижу открытую форточку… При чем здесь форточка? Видите ли, она привыкла таким путем выбираться

на улицу. Ребенок? С четвертого этажа? Но киска — это не ребенок. Это — кошка. Нет, нет, вы ошибаетесь — это млекопитающее, но давно вымершее. Да, абсолютно, абсолютно.

Благодарю вас, я присяду только на минутку. Я уже три раза спускалась во двор и поднималась обратно. В сто сорок пять лет это несколько утомительно. Вашего робота? Спасибо, у меня есть свой, но я боюсь воспользоваться его услугами он может быть неосторожным. А я так боюсь за мою киску.

Да, о кошках. Несколько десятков веков тому назад они были довольно Широко распространены по всему миру. В основном они использовались для ловли мышей. Мыши? Нет, тоже млекопитающие. Грызуны. Но все грызуны на земном шаре были уничтожены Биологической комиссией по борьбе с вредными и абсолютно ненужными животными. И тогда абсолютно ненужными стали кошки. Да, всех, всех до единой. Конечно, это было ошибкой следовало оставить несколько особей для зоопарков. Тигры есть. И львы. И ягуары. И пумы. Да, да, все есть. А кошки домашней обыкновенной — нет.

Откуда? Видите ли, я ее сама… Что? Я ее сама смонтировала. Когда-то, лет сто — сто десять тому назад, я увлекалась ассимилятивной кибернетикой. Это, конечно, облегчило мою задачу, хотя в те времена не знали таких тонкостей, как квазиорганические схемы на алгогумарных квантопулях. Зато размеры моей киски строго отвечают экстерьерам средней домашней кошки. Много колебаний было с окраской. Согласитесь, что было очень заманчивым выполнить модель в наиболее изящном оформлении — скажем, сделать ее белоснежной или дымчатой ангорской кошкой с голубыми глазами. Но я устояла перед этим искушением и остановилась на наиболее распространенному короткошерстном варианте с чередующимися светло-серыми и темно-серыми полосками.

Нет, это было не так трудно. Вы забываете, что впереди у меня было тонкое программирование. Сначала я заложила в схему привычки, навыки и потребности, характерные для всех кошек. Скажем, мяуканье различной громкости и тембра в зависимости от степени, сытости, температуры в комнате, в ответ на механическое раздражение. Или умение пользоваться ящиком с песочком. Потребность в ежедневных прогулках — правда, здесь меня поставило в тупик отсутствие чердаков в современных домах.

Но моя основная задача была

несравненно сложнее. Я еще очень далека от ее завершения, но смело могу сказать, что многого я уже добилась. Вот посудите сами: я предлагаю моей киске обычные витаминизированные сливки. Вместо ожидаемой реакции — мурлыканья и выгибания спины — следует протяжный зевок и усиленные движения хвоста в горизонтальной плоскости. Вы понимаете, что произошло? Моя киска начала капризничать. Я перепробовала по меньшей мере две сотни блюд, прежде чем она согласилась есть. Да, я забыла вам сказать, что процесс принятия пищи имитируется с поразительной степенью достоверности.

Или еще пример: она ловит мышь (мне пришлось сконструировать два десятка мышей), играет с ней и — отпускает. Это уже проявление характера. Я внушаю ей, что мышей следует поедать, а не отпускать. Тогда следующую мышь она приносит ко мне в спальню и кладет на подушку. Мне приходится пугаться. Я продолжаю внушать ей, что мышей следует поедать и для подкрепления своей мысли я в течение дня лишаю ее пищи. И что же? Киска начинает красть еду. Что? Не понимаете? Э-э-э… Во-ро-вать. Как бы это пояснить… То есть пользоваться какой-либо вещью, не имея на то морального права. Вы представляете себе, что я должна ощущать при подобных актах?

Но самое трудное еще впереди. Нет, я имею в виду не взаимоотношения кошки с собакой. Хотя мне это еще предстоит, модель собаки я закажу в нашем институте — я не имею права столь нерационально расходовать свое время. Нет, не проблему блох и купанья — это пройденный этап. Я имею в виду… котят. Это будет кульминационным пунктом всего эксперимента. Нет, нет, сам факт наличия котят является отправной точкой, а не целью опыта. Я ведь не зоолог. Это значило бы рассматривать проблему в узкотривиальном аспекте… Нет, нет, еще раз повторяю — я не зоолог.

Разве я этого не упомянула? Я заведую кафедрой психоаналитики в Институте истории взаимоотношений людей и животных. И вот уже одиннадцать лет я работаю над диссертацией на тему: «К вопросу о некоторых аномальных явлениях в психологии женщин в возрасте от шестидесяти до ста лет в связи с разведением кошек домашних обыкновенных в конце второго тысячелетия новой эры». Чрезвычайно обширная тема. И такая захватывающая… Однако мне пора. Нет, нет, вы не можете мне помочь — моя киска настроена на определенную звуковую частоту. На чужой голос она не отзовется. Кис-кис-кис-кис-кис…