Кингчесс
Шрифт:
Все они активно снабжались снаряжением и оружием от французов, включая орудия и пулемёты. А ведь какие были планы! Поднять восстание на территории бывшей португальской Анголы и, навстречу им, на территории провинции Убанги. Не на всей, а только на той её части, что прилегает к Камеруну и реке Конго, где расположены золотые и алмазные прииски.
Потом восставшие должны были двинуться навстречу друг другу и соединиться в районе города Бомо, захватив и морской порт Матади. Получив моральную и материальную поддержку от Германии, они бы взялись за Габон и захватили его, освободив от американцев.
И всё по-честному! Ну, а в случае, если бы Иоанн Тёмный решил воевать, то можно было заключить перемирие с французами. Объединить усилия и ударить на него со всех сторон, вышвырнув обратно в центральную Африку, где он и дальше может управлять своими черножопыми дикарями, никто туда из белых никогда не полезет.
— Да, — решил губернатор, — планы надо менять, но полностью отказываться от них не стоит, ибо… В конце концов, вместо одной чёрной фигуры появится другая, а потом и третья. Единственный вопрос, который напрашивался сам собой. А кто знал об их договорённости с Мванги? И кому выгодно было его убрать?
Кто, в конце концов, слил эту комбинацию тайному врагу. У губернатора была идея, что слили их англичане, а убили Мванги французы, но никаких доказательств не было, да и доказывать это уже было поздно. А может, так сложились определённые обстоятельства, и всё это совпадение. Ведь и так в жизни бывает!
— Бывает, но не у немцев, нас переиграли, — ещё раз вздохнул фон Путткамер и густо задымил любимой трубкой из эбенового дерева, пытаясь успокоиться и заново обдумать произошедшее, чтобы представить детальный расклад кайзеру.
Кайзер будет недоволен, но что тут уж поделать. Людской ресурс был сильно ограничен. Вот если бы у него были люди, как Феликс фон Штуббе, то ещё были шансы на успех, но таких людей у него в подчинении больше не было. А потому, придётся обходиться тем, что есть.
Глава 7 Переговоры.
Весь тысяча девятьсот восьмой год сенатор Патрик Джозеф Кеннеди подготавливал избирательную кампанию кандидата на пост президента от демократической партии Уильяма Дженигса Брайана. Яркие выступления и зажигательные речи сменялись активным вкладыванием денег в избирательную кампанию.
Нет, никаких подкупов избирателей не было, здесь, скорее, использовалось сарафанное радио. На все предприятия, которые разом перешли в собственность ирландских кланов, стали принимать не только самих ирландцев, но и активно внедрять социалистические преференции для всех остальных рабочих этих предприятий.
В Бостоне и во всём штате Массачусетс была организована первая медицинская помощь нуждающимся, оказание бесплатной адвокатской помощи людям, находящимся на грани нищеты, снабжение фермеров техникой в кредит под смешные проценты. Открывались бесплатные столовые, для временно потерявших работу. И такие меры принимались во всех городах, где компактно проживали ирландцы, но понемногу.
По национальному признаку различий не было, только для негров делалось исключение, для них организовывались отдельные столовые и всех, кто имел желание
Этот лозунг имел такой успех у чернокожего населения САСШ, что даже негры, ленивые от природы, боящиеся воды, шли учиться в бесплатно организованные для них мореходные школы, получая там даже стипендию, на которую могли содержать себя и помогать своим родителям.
В Америке создавалась круговая порука, пока не сильно заметная, но очень действенная. Ирландцы знали, кто выступил для них благодетелем, а негритянское население Америки знало, по чьей указке действовали ирландцы.
Кроме этого, каждый ирландец, поступавший в полицию, получал небольшое пособие от ирландской общины, а каждый ирландский фермер получал льготный кредит. Но это были вершки тщательно продуманной политики захвата власти. Основная борьба была ещё впереди, и значительная часть её должна была происходить с банкирами и промышленным бизнесом, агрессивно настроенным по отношению к Иоанну Тёмному.
Известие о том, что «Первый Африканский» и «Трансатлантическая Африканская торговая компания», сокращённо ТАТК, перешли в руки ирландцев, шокировало многих, если не всех. Такого неожиданного хода не предполагали. И как на него реагировать, также не знал никто.
Глава африканского банка Ефим Сосновский канул в лету, не оставив после себя ничего, кроме договора, оформленного по всем юридическим правилам о передачи прав на свою собственность, сроком на один год, с возможным продлением ещё на два года, при форс-мажорных обстоятельствах.
Наличие всех необходимых документов, а также полное отсутствие жалоб, со стороны руководства банка, могли убедить кого угодно в обоснованности переадресации управления другому владельцу. Джон Пирпонт Морган, который не раз и не два проворачивал финансовый аферы и был инициатором банковского кризиса тысяча девятьсот седьмого года, с которым сам же и боролся, был в недоумении от этого ответного хода.
Каждый мог оценить прелесть этого неординарного события, узнав о том, что африканские кампании ушли под юрисдикцию ирландцев, влиятельных в Америке, и промышленного лобби, контролируемого демократической партией САСШ.
Морган сначала не поверил этой информации и счёл это шуткой, как сейчас бы сказали, фейком. Но иногда чьи-то глупые шутки оказываются суровой правдой, с которой приходится смириться и принять её, как данность. В связи со всем произошедшим, он пожелал встретиться с нефтяным королём — Рокфеллером, чтобы обсудить все детали этих изменений, настояв на том, что это очень важно.
Рокфеллер согласился, он тоже не понимал, что задумал, делая такой ход, их чернокожий компаньон и чего он добивается. Кто их знает, этих дикарей, чего им надо? Но в Нигерии находились его нефтяные прииски, и работал нефтеперерабатывающий завод. Что будет с ними? Пока никто не собирался разрывать их договорённости. Никакой информации от Иоанна Тёмного не поступало, и все ранее заключенные договоры были в силе. Там даже находилась рота американских чернокожих стрелков для защиты объектов.