Киллерша
Шрифт:
— Ты так сильно любишь её или у тебя зависимость?
— Люблю. И хуже всего то, что мне жить не хочется без неё, но Маргарет не простила бы себе, если бы я что-то с собой сделал — она тоже любила…
— Ты стал называть её Маргарет? — на мгновение задумался, но ответ был да. Почему я это делал? Да и я сам не знаю, как-то переклинило в один момент и всё.
— Крис — киллерша, а Маргарет нет. В последнее время со мной была не Крис, а Маргарет… она была собой.
— Понятно.
— То как? Ты мне скажешь где находится нужное мне место?
— Домик,
— Спасибо, Гилли. Ты мне очень помог. Я как-то могу связаться с тобой, когда мне будет нужно, а то ты всё время вне зоны? — на мой вопрос мужчина коротко засмеялся, но ответил.
— Я тебе брошу номер сообщением, но по пустякам не звони! — предупредил мужчина, на что я улыбнулся. Тон у него хоть и деловой, но довольно смешной.
— Договорились. До встречи, Марк Гилли.
— До встречи, юрист.
На улице уже скоро должно было стемнеть, но мне было всё равно — я стремился сегодня найти нужное место и посмотреть где именно родилась Маргарет, где провела счастливые годы своей жизни до той поры, пока её семья была целой и в ней царил мир, покой и любовь.
Выселившись из гостиницы, арендовал машину и как только сел за руль, ввел в навигаторе нужный мне адрес и отправился в путь.
Глава 33
Владимир
За размышлениями дорога не отняла много времени, ну или мне так показалось. Хорошо, что хотя бы следил за знаками, а ещё спасало то, что до ушей долетали слова из навигатора куда ехать и когда какой поворот!
Сам домик был такой, как тысячи в Новом Орлеане: в тихом районе, с красивым газоном и без забора. Массивные парадные двери из дерева, по их краю шли окна, а к ним вела красная дорожка из мостовой. По обе стороны клумбы из хвойных кустов, а по правую сторону ещё виднелся второй этаж с массивными окнами, из-за которых были видны шторы.
Оставив машину возле дома, я пошёл по тропинке к озеру. По фото знал, что могилы должны быть возле высокого дерева, поэтому именно на них обращал внимание.
Долго искать не пришлось. Как и говорил Гилли "ты быстро увидишь нужное место", так и было.
Глаза были зациклены на трёх небольших плитах в тени дерева и я незаметно для себя приближался к ним.
Два надгробия были один возле другого и на них надписи: «Навеки моя», а на другом «Навеки мой». Никаких дат смерти или рождения, только голые слова, но с глубоким смыслом.
На третьем надгробии, который был в нескольких шагах от двух других, было написано одно единственное слово: "любовь…"
Вроде бы бессмысленно так писать на могиле, но вот многоточия заставляют задуматься, что именно имел в виду тот человек, который сделал надпись.
Каждый понимал их по-своему, добавлял что-то в мыслях, размышлял, но вот для меня любовь — это чувство искреннее, яркое, красочное, местами
Всё-таки смерть ему не по плечу…
Держа в руках кейс, где лежал пистолет, я никак не мог подобрать нужные слова, не знал как именно прощаться, что говорить, но чувствовал…
Пустота! Она съедала меня изнутри настолько, что ноги сами подкосились, а сердце пропустило удар.
Меня накрыла паника из понимания того, что это всё, точка. Жирная и такая мучительная, что сердце разрывалось от боли, рассыпалось на тысячи осколков, которые навеки останутся здесь… с ней!
В голове жуткая потасовка из мыслей, а в какой — то момент — пустота, покой. Именно на двух последних эмоциях я стал выкапывать неглубокую ямку голыми руками. Земля неприятно окутывала кожу, но о какой лопате могла идти речь, когда на сердце такое бремя?!
— Прощай, моё безумие…
Произношу, глядя на холмик из сырой земли, и иду к воде.
До озера Пончартрейн спускаюсь по лестнице из цемента, которые размещены по периметру. Где-то на них сидят рыбаки или отдыхает молодёжь, или парочки преклонных лет, мило воркуя между собой.
Мою руки и поднимаю глаза на горизонт. Что бы там ни было и как так произошло — я не знал, но именно на этом месте находились могилы родителей Маргарет и возлюбленной Гилли, а ещё… красота, которую не так просто описать словами.
Вода играет с солнечным лучом в то время, когда солнце заходит за горизонт, разливая на нём свои краски, а ветер окутывает своей заботой голубую воду и убаюкивает её, создавая при этом нежную мелодию для ушей.
Глаза некоторое время блуждали по воде и рассматривали пейзажи, я осматривался вокруг и скорее всего ничего не заметил бы, если бы не девичья фигура, сидевшая на лавочке возле могил. Именно по этой причине я и обратил своё внимание на неё.
Девушка сидела передом ко мне, но вот лицо повернуто к дереву, под кронами которого были те самые надгробия. Издалека было трудно что-то разглядеть, поэтому начал медленно приближаться. Где-то в голове жила мысль, что возможно эта девушка моя киллерша, но приблизившись, заметил, что незнакомка подстрижена под каре, а вспоминая слова Маргарет, она ненавидела эту стрижку, но именно такой был у неё парик.
Я шёл неторопливо, но вот сердце колотило так, что был вынужден остановиться за несколько шагов от девушки и прикрыть глаза, ведь взгляд стал расплывчатый, а в голове слишком сильно кружилась от эмоций, охвативших в ту же секунду и никак не хотели отпускать.
Руки оказались на висках и помассировав их, я медленно открыл глаза, которые сразу же наткнулись на пустую скамейку. Сердце просто оказалось в пятках, потому что пришло понимание того, что и на трезвую голову мне мерещится то, чего нет — не могла девушка так быстро исчезнуть и пройтись так, что не было слышно ни шагов, ни взгляда. А учитывая то, в каком я состоянии…