Киллерёныш
Шрифт:
Игорь не умел молиться, а сейчас это было бы просто необходимо. Перед глазами у него проносились события сегодняшнего утра: электричка, вокзал, полумрак в столовой, скамейка в парке, мороженое, капающее на асфальт, смех Антошки, злополучная пятиэтажка...
Вот он подхватил мальчика, подкатившегося к самому краю крыши, перетянул наспех ремнем плечо. Бросив «дипломат» с винтовкой, забыв обо всем на свете, сбежал по ступеням на улицу. Подбежав к шоссе, стал ловить попутку... Как в сказке, рядом остановилась «Скорая», возвращающаяся с вызова. Без лишних расспросов, так неуместных сейчас,
Игорь Николаевич смутно понимал все происходящее. Словно не он, а кто-то другой, подстрелив мальчика, едет сейчас в «Скорой», на неудобной скамейке, покрытой клеенкой. Словно не он, а кто-то другой, слушает приказ молодого врача готовить срочную операцию...
Игорь Николаевич полностью потерял чувство времени. Он не знал, подъехали они к больнице через пять минут или через час. Серое здание было неприветливым, как и положено больницам. Мальчика без проволочек унесли внутрь, а Игоря подозвал санитар:
— Подойдите к регистраторше, она вас запишет.
Игорь Николаевич подошел к окошку. Медсестра с бесцветным лицом и таким же голосом стала оформлять бумажки. Игорь сунул липовый паспорт за стекло, назвал данные своей «легенды», сказал, что нашел мальчика на улице, и сообщил адрес, где он был якобы прописан.. Наконец его отпустили, и он буквально упал на стул, бессильно опустив голову. Оставалось только ждать...
Но ждать Игорь спокойно не мог. Тяжелый больничный запах не давал ему дышать. Игорь Николаевич вышел на улицу, постоял и вспомнил о винтовке, оставленной на крыше дома. Он не беспокоился, что винтовку найдут. Он и так собирался все оставить на месте после дела, но сейчас ему было просто необходимо чем-то заняться, и Игорь пошел к остановке. Автобус быстро довез его в уже знакомый район. Людей по-прежнему было мало, и Игорь без помех снова поднялся на крышу. Нет, все же он не растерял весь профессионализм – хоть как торопился, но впихнул «дипломат» под груду битых кирпичей, неизвестно как и зачем оказавшихся на крыше.
Когда Игорь Николаевич вернулся в больницу, ничего не изменилось. Он подошел к регистраторше узнать, как там Антон. Она позвонила:
— Еще идет операция, — потом добавила: — вы не уходите далеко. Сейчас из милиции прийти должны. Мы их на «огнестрел» всегда вызываем.
«Блин, мне еще ментов сейчас не хватало» — недовольно подумал Игорь
Он присел на холодный цементный подоконник. Но на этот раз ждать почти не пришлось — в холл вбежала девчонка-практикантка. Она оглядела ожидающих родственников и безошибочно направилась именно к Игорю.
— Ваш мальчик раненый поступил сегодня?
Игорь кивнул в ответ, внутри появился неприятный холодок.
— Пройдите со мной, с вами Шалва Датикович побеседовать хочет.
— Он кто, главврач?
— Нет, хирург. Это он сейчас мальчика зашивал, — спокойно сообщила студенточка.
Она постучалась в кабинет, вошла, и через минуту появился огромный дядька.
Игорь даже слегка оробел.
— Твой мальчик? — послышался почти львиный рык с явным грузинским акцентом.
— Мой.
— Кто стрэлял, пусть милиция разбирается. Я свое сдэлал — жить будет, конечно.
От такого обилия информации Игорь подавленно молчал. От доктора веяло такой энергией и оптимизмом, что стало понятно — Антон в надежных руках.
— Пусть у вас остается пока, дальше видно будет, — наконец ответил Игорь.
— Иди узнай, когда часы приема у нас, что принести можно. А ты ему отец, или кто? — вдруг спросил доктор.
Игорь вконец растерялся.
— Никто... — сказал он.
Это короткое слово так резануло его по сердцу, что он молча развернулся и ушел обратно в холл приемного покоя.
«Никто» — повторял он про себя. Разум с этим соглашался, но душа сопротивлялась, как могла. Ему уже казалось, что с Антоном он знаком множество долгих лет, чуть ли не всю Антошкину жизнь. Все больше утверждаясь в этой мысли, Игорь подошел к знакомому окошку, где ему сунули в руку памятку с перечнем продуктов и датами посещений. Там же он узнал, что мальчика из реанимации переведут в детское отделение, в двенадцатую палату, на третьем этаже. До пяти вечера делать в больнице было больше нечего, и Игорь решил поискать квартиру на съем; не трястись же каждый день в электричке из пригорода. Он не сомневался, что будет навещать Антошку каждый день.
Игорь шел по небольшой улочке, чуть в стороне от центра города, рассматривая объявления. Найти вот так, за один день, подходящее жилье, он, конечно, почти не надеялся. Но чем черт не шутит, когда Бог спит? А Судьба видимо решила, что одной беды на сегодня хватит, и подкинула Игорю подарок в виде маленького, написанного от руки, клочка бумажки, приклеенного к столбу.
«Сдается...» и т. д.
Минут десять ушло на поиски указанного адреса и вскоре, договорившись с хозяйкой, Игорь отправился на вокзал.
А в электричке он вспомнил про отключенный еще утром мобильник. Включил и набрал номер шефа.
— Але.
Трубку взяли тут же, словно ждали звонка. Впрочем, так и оказалось. Едва шеф узнал его голос, как тут же ехидно спросил:
— Ну и где же вас носит? Клиент разъезжает по городу, как ни в чем не бывало. Раньше такого с тобой не случалось.
Ехидство закончилось, и шеф сухо сказал:
— Рассказывай, как облажался.
Игорь с трудом проглотил обиду:
— Шеф, сегодня не получилось. По телефону долго рассказывать. Не волнуйтесь, все сделаю, вы же меня не первый год знаете.
— Я не волнуюсь, это тебе поволноваться придется. В четверг клиент не должен попасть в банк. Переведет бабки — ищи их тогда... В общем, на все про все, у тебя три дня.
Раздались короткие гудки: разговор был окончен. Беседа с шефом никак не могла добавить оптимизма.
Добравшись до своей, теперь уже старой, квартиры, Игорь побросал в большую спортивную сумку одежду. Не всю, но на первое время хватит. Он ведь получил залог, довольно приличный, бедствовать не будет. Посидев на дорожку на стареньком диванчике, Игорь снова двинулся на вокзал. На этот раз поездка прошла без приключений.